Ирина Муравская – Ребелиум. Цена свободы (страница 5)
Прошло несколько месяцев, а ему никто ничего не сообщил, пока он сам не начал докапываться! Несколько месяцев! Не могли найти! Президент не мог найти человека в собственных владениях! Чёрта с два! Ложь! От первого до последнего слова! И сплошное притворство, а не соболезнования! Они бы так ничего ему и не сказали, если бы он ничего не делал! Им плевать! Им на всех плевать!
Чёртов Навель! Чёртов Индастрил! Из-за них погибла его сестра! Последний родной человек! Та, ради кого он жил! Сравнять бы столицу с землей! Будь проклят и президент, и его тупые законы, из-за которых погибла Дженнис!
В тот день в Хантере словно что-то сломалось. Со смертью Дженнис ушёл и смысл жизни. Он бросил шахту и с головой погрузился в теневой мир, пристрастившись к картам и алкоголю. Совершал необдуманные поступки, связывался с нехорошими людьми и в прямом смысле наплевал на собственное будущее.
В этот самый период Алекс и проигрался Спиро. Да так, что пришлось продать родительскую квартиру, чтобы хотя бы частично погасить долг. Сам же он перебрался на съём в полуразвалившееся общежитие.
Прогнивший пол. Убитая лестница с частично отсутствующими ступенями. Штукатурка отслаивалась от потолка и сыпалась на голову. Грязь. Паутина. Кухня, туалет и ванная общие на весь этаж, а в соседях самое дно населения. Зато сдавали ту халупу задаром.
Место отвратительное, не о чем и говорить, поэтому, как только появилась возможность (как раз после неудачи на фабрике), Хантер устроился барменом в один из местных кабаков, в которых раньше надирался. Помог старый школьный друг, что сам там работал, и убедил начальство дать ненадёжному товарищу шанс.
Более того, Алексу даже выделили одну из подсобных комнат. Раньше та использовалась как склад, но парни разгребли там все, притащили из комиссионки довольно приличного вида диван, перевезли его вещи из общежития, и вуаля – апартаменты готовы.
Смех сквозь слёзы, но только потеряв всё, Хантер будто очнулся от своего коматозного состояния. И хоть боль утраты никуда не делась, стало очевидно, что топить себя вот так и дальше просто нельзя. Дженнис может и нет больше, но он-то есть. Он жив. И должен бороться.
И первое, что ему необходимо, – погасить остаток грёбаного долга. Ради этого приходилось выкраивать большую часть зарплаты, оставляя себе лишь гроши на пропитание, но это ничего. В бедности он уже бывал, не привыкать. И подняться со дна снова тоже сможет.
Однако раньше этого судьба подготовит Алексу очередной неожиданный финт, который изменит… всё. И случится он в тот самый момент, когда однажды на пороге того самого бара появится… девушка. Да не одна, а с целым багажом проблем.
Глава четвёртая. Когда и выбора-то нет
Эрика терпеть не могла, когда нарушался заранее распланированный ход событий. Она жила по предельно простому принципу: находишь себе нишу, занимаешь её, ставишь цель и последовательно движешься к ней. Никаких полутонов и спонтанных выходок.
Эти же конверты были подобны эффекту разорвавшейся бомбы! И каждый рушил её эмоциональную стабильность, портя… совершенно всё!
Первый такой ультимативно требовал после работы оставить открытым доступ к базе центра, что само по себе являлось нарушением протокола и влекло последствия.
Браун, разумеется, не послушалась, и на следующее утро её ждало потрясение – ночью отдел системы безопасности взломали, камеры главной из башен отключили, а печать с кабинета заместителя главы отдела секретной информации сломали. Неясно, были ли украдены какие-то данные, но по сети хорошенько так прошлись, сильно наследив.
Не обошлось и без жертв. Трёх охранников нашли застреленными. Именно с тех пор безопасность «астрономической башни» усилили, добавив кучу дополнительных проверок на входе и выходе.
Произошедшее можно было списать на случайность, если бы не второе письмо, пришедшее Эрике спустя два месяца. В котором ей незатейливо намекнули, что если она не хочет новых жертв, то наконец сделает то, о чём её просили.
Браун была пацифистом по натуре, однако прекрасно понимала, чем ей грозила подобная халатность на работе. И снова проигнорировала послание. К счастью, последствий (как бы тавтологически это ни звучало) не последовало. На центр не произошло нового нападения, и все остались живы-здоровы.
Расслабиться Эрика, конечно, не расслабилась, но некое облегчение испытала. Хотя вопрос о непонятных сообщениях засел в её голове прочно. Для начала хотелось понять, каким образом оно вообще оказалось на столе в её лаборатории, обойдя датчики и камеры. То есть принести незаметно письмо – это они могут, а как взломать сервер без её вмешательства, так начинаются проблемы?
Странно всё это. Странно и страшно.
Ещё страшнее стало, когда спустя ещё месяц, третий конверт обнаружился в саквояже, который ВСЕГДА находился у неё перед глазами. Максимум, когда Эрика выпускала его из рук, – это оставляла в кабинете, пока сама отлучалась ненадолго в течение дня.
То есть кто-то умудрился незаметно прошмыгнуть по центру в разгар рабочего дня, снова-таки обойти всю охранную систему и остаться незамеченным? Как-то жутко было осознавать, что рядом бродят подобные «призраки». Не говоря уж о том, что у третьего послания явно заканчивалось терпение:
ШУТКИ ЗАКОНЧИЛИСЬ.
СОВЕТУЕМ ПРОДУБЛИРОВАТЬ СВОИ АРХИВЫ.
ЕСЛИ, КОНЕЧНО, ХОЧЕШЬ ИХ СОХРАНИТЬ
Ну тут уж Эрика перестраховалась. От скрытой копии на жёстком диске вреда ведь не будет. Тогда же, уже в конце дня, вся компьютерная система слетела с катушек. Экраны на мониторах превратились в кислотные квадраты с мелькающими на них цифровыми кодами. Кто-то нагло и буквально напролом влез в системное обеспечение и выкачивал данные с серверов.
Поднялся жуткий переполох, и, что самое удивительное, обратный айпи-адрес никто так и не смог отследить. Пудря всем головы, тот проходил почти через два десятка адресов, разбросанных по всей стране, а его хвост и вовсе затерялся где-то посреди Средиземного моря.
Остановить хакерство смогли, но слишком поздно. Половина хранившейся информации была зачищена и уничтожена вирусным червём, о котором Браун раньше и не слышала, хотя вот уже пару лет в свободное время занималась вполне себе безобидными вычислительными алгоритмами на поиск уязвимостей.
Не Индастрила, конечно, упаси боже!
Но разгуляться и без того было где, ведь весь Ребелиум построен на кодах и шифрах. От самых защищённых точек Навеля до простейших кассовых аппаратов. Криптография в чистом виде. Повсюду и на каждом шагу. И это понимание стало для Эрики, с её-то умом и тягой к самосовершенствованию, непреодолимым искушением.
Данное увлечение не было хакингом как таковым, однако стояло на шаткой границе между «это весьма занимательно» и «но хорошие девочки так не делают». В любом случае в ней играло лишь любопытство и непрестанное желание знать и уметь всё, чем попытка пойти против правил. М-да, бунтарка из неё выходила никакая.
После такой зачистки в научном центре уцелело, слава богу, достаточно, а закрытую информацию на удалённом сервере так и вовсе не смогли тронуть, но всех больше волновал другой вопрос: у кого теперь наработки «башни» и их схемы? В чьи руки они попали? И чем это грозит? Разумеется, в Навель сразу был предоставлен отчёт о столь топорно проведённой электронной краже, но что именно там писалось, Браун, конечно, не знала.
Благодаря пришедшему ей посланию свои наработки она смогла сохранить в полном объёме. Только удовольствия от этого не получила и никак не могла взять в толк, с какой это чести её предупредили? Чтобы помочь? Нет, спасибо, конечно. Если бы полетел её многомесячный труд о рассредоточении электроэнергии, как слетели работы у других, она бы взвыла от отчаяния и грызла бы сейчас зубами бетонную стену. Но…
Четвёртый конверт не заставил себя ждать, но никакого очередного поручения в нём не было. И недовольства не было. И… и вообще, это было самое странное из того, что ей приходило:
ГРЯДУТ ПЕРЕМЕНЫ. БУДЬ ГОТОВА
Э-э… спасибо. И как это расценивать?
Могли бы тогда хоть намекнуть, что за перемены и каким образом они коснутся непосредственно Эрики. В любом случае это письмо ей понравилось не больше, чем остальные. К любым модификациям она относилась так же недоверчиво, как и к спонтанным поступкам.
И вот снова началось – спустя четыре тихих и таких спокойных месяца очередной изумрудный конверт. Бегать по комнате и ломать голову, как тот сюда попал, ей хватило ума не делать. Если уж «неизвестные» спокойно шастают по техническому центру, то чего уж говорить о её толком не защищённой квартире?
Так, ладно. Разберёмся по порядку:
Тут она даже не сомневалась. Сказали, дадут – значит, дадут.
А вот это интересней. Снова от неё требуют поставить карьеру под угрозу. Видимо, то, что она уже дважды игнорировала подобные приказы, их мало волнует.
Кому ему? Какого прибора? Бр-р… чего?
Разумеется, не должны. Если хоть кому-то станет известно, что она в принципе скрывает подобные письма, не миновать беды. Добропорядочный житель Индастрила давно бы отдал их руководству и продолжил жить как ни в чём не бывало, со спокойной совестью. Только вот Эрика никому ничего не рассказала. Почему-то.