Ирина Михеева – Лето в деревне. Или приключения во время каникул (страница 3)
В голове пронеслось: «Ништяк! Вот попала, так попала! Класс! Это же точно настоящая сказочная избушка, такая же паутина в углу, пучки засушенных трав развешаны под потолком. Пыльное окошко в сенях. Дощатый пол. Ну точно, как в мультиках. Кому рассказать – не поверят. Ребята обзавидуются».
Войдя в маленькую комнату-кухню, бросила взгляд на окна: никаких бычьих пузырей вместо стёкол. Оглянувшись, увидела огромную русскую печку с лежанкой, обмазанную чем-то белым и занимающую почти всё пространство маленькой кухни. «Похоже на мел», – подумала Ирка и поковыряла пальцем поверхность.
– Печка! Настоящая? – спросила она обернувшись у Акулины, которая молча шла за ней.
– Конечно, настоящая. У нас тут всё по-настоящему.
– И топится дровами? – с умным видом продолжала расспрашивать Ирка, открывая заслонку и заглядывая в печь. В нос ей ударил горячий пар от раскаленных углей, на которых стояли чугунки и огромная сковородка. Ирка быстро задвинула заслонку на место.
– А где плита?
– Какая плита?
– Ну газовая, конечно? Что тут непонятного?
И тут вдруг Ирке пришла на ум картинка из любимого фильма «Морозко», где баба Яга хотела сварить главного героя себе на обед. Из раздумий её вывел бабкин голос.
– Есть будешь?
– Буду, – неуверенно ответила Ирка и с опаской посмотрела на Акулину, а вдруг… Нехорошая мысль зашевелилась у неё в голове: «Ну нет, что это со мной. Воображение разыгралось».
– Тогда садись за стол, я тебя сейчас кашей накормлю.
– Фууу, – сморщилась Ирка, – нет!!!! Кашу я не ем!
– А что же ты ешь?
– Щи с капустой, борщ со свеклой, суп с фрикадельками, картофельное пюре с котлетой, – начала перечислять Ирка. – Ну куриный суп с тоненькой вермишелью.
– Ну тоненькой не обещаю, такую у нас в сельпо не продают. Я сама замешиваю тесто и делаю домашнюю лапшу. Она гораздо вкуснее фабричной. И есть ты будешь всё, что я приготовлю. Возражений не принимаю. Не нравится, ходи голодная.
И Ирке ничего не оставалось, как привыкать к новому образу жизни, к деревенскому нехитрому быту, но, как оказалось, очень вкусной стряпне её бабки Акулины.
Новые друзья
– А ты и вправду городская внучка Акулины? – окликнул Ирку мальчишка из-за забора, когда она спускалась с крыльца.
Ирка подошла поближе.
– А что, не похожа?
На нее смотрел худенький, невысокий парнишка, на вид её ровесник – это Ирка сама так решила. Оттопыренные уши торчали через растрепанные волосы. Светлые пушистые ресницы, как у девчонки, («Везет же некоторым, а у меня таких нет», – позавидовала она) прикрывали светло-голубые глаза, взгляд смышленый и лицо добродушое, курносый нос усыпан рыжими конопушками. «Смешной какой», – разглядывая мальчишку, подумала Ирка.
– Не-а, не очень. Не похожа. Да ты и на городскую совсем не тянешь. У нас деревенские даже лучше тебя выглядят, одеваются «модняче». А ты такая…
– Какая такая? – вскинулась Ирка и пошла в наступление. – Это у вас, в вашей богом забытой деревне так принято знакомиться? – фыркнула она.
Мальчик, что пониже ростом, стоявший рядом, (Ирка не сразу обратила на него внимание), такой же нечесаный, светловолосый, очень похожий на старшего, схватил его за руку: «Серый, не надо! Ну не надо, ты же обещал!»
– Что же это он тебе обещал? – передразнивая мальчишку, спросила Ирка. – А это, я полагаю, твой брат?
– А как ты догадалась? – нахмурясь, произнес он.
– Да это и так видно. «Двое из ларца, одинаковых с лица» – процитировала она фразу из любимого мультика. – Небось, ходит за тобой хвостом?
– Ну и что? – насупился мальчишка, – он не только мой брат, но и самый верный друг. Мы с ним не разлей вода.
– Как Санчо Панса, – почему-то у Ирки сразу всплыл этот образ, вспомнились герои из романа Сервантеса про Дон Кихота, и Ирка засмеялась. «Только бы эти братья не сделали меня своей Дульсинеей, вот смеху-то будет», – подумала она про себя. Серый, так звали старшего брата, окончательно надулся, опустил вниз голову, младший теребил его.
– Ну давай, давай познакомимся.
– Ладно, не канючь, – тихо проговорил он, выдернул руку, обтер её о широкие и не очень чистые штаны, и протянул Ирке.
– Меня Сергей зовут, но лучше Серый. А мал
Ирка вышла за калитку и осторожно пожала протянутую руку.
– Серым, значит, кличут. Твое имя тебе подстать.
– Чего? – не понял Серый.
– А то! Имя, говорю, тебе подходит, соответствует.
– Аааа! Ну тогда ладно, – примирительно махнул он рукой.
– А Борюсик твой, между прочим, очень похож на нашего барашка и зовут его также.
И Ирка опять засмеялась. Борька набычился, хотел обидеться, но передумал, он был очень добрым и простодушным мальчиком.
– Во-во! Точно также выглядит, копия. Также наклоняет вперед голову и лезет бодаться, – и Ирка хихикнула.
У Акулины было небольшое хозяйство: стадо из семи овечек и большого старого барана. Незадолго до Иркиного приезда у одной овцы родился маленький и смешной барашек, черный, как смоль, и кудрявый, как баран. Его назвали Борькой, он всё время бегал за Иркой, блеял и просился на руки, очень любил, когда его тискали, гладили и играли с ним.
Ещё у бабки было с десяток кур и злой-презлой петух с красивым длинным разноцветным хвостом, он охранял своих несушек и не подпускал к ним близко, так и норовил клюнуть в ногу, не давал Ирке проходу. Расфуфырится весь, нахохлится, гребень покраснеет аж до черноты, голову опустит вниз, клюв откроет, издаст победный клич, и давай когтистой лапой скрести землю – готовиться к атаке. Ирка, завидев его издалека, старалась обойти стороной, а то попадёт ни за что ни про что. Приходилось даже вооружаться палкой, чтоб дать отпор этому чудовищу.
В хлеву жила огромная свинья, её никогда не выпускали, да и Ирке бабка строго-настрого запретила приближаться к ней – мало ли чего у этой свиньи на уме, в целях безопасности лучше не подходить.
По утрам Акулина выгоняла своих овец из сарая на дорогу, и местный пастух сгонял их в общее деревенское стадо. Паслись они на лугу за картофельным полем, иногда за соседним лесом. А вечером, когда солнце начинало садиться за горизонт, он возвращал стадо по домам. Животные как будто бы знали, куда идти, и дружно разбегались по своим дворам. Как они это делали, для Ирки было загадкой. «Это же не собака какая или кошка. Это же коровы, овцы, бараны», – удивлялась она и пожимала плечами, глядя на эту картину.
Борька, увидев Ирку издалека, с громким блеянием несся к ней на всех парах, крутился вокруг, как собачонка, подпрыгивал, норовил заскочить на руки. Акулина всегда заранее отрезала несколько толстых ломтей серого, деревенского ноздрястого хлеба, густо посыпала крупной солью и кормила своих овец. Для них это было лакомством, как для детей сладкие конфеты.
– Ешьте, ешьте мои хорошие! Устали, притомились за день. Умаялись, – говорила Акулина, отламывая куски хлеба и засовывая им в открытую пасть, гладила по голове, а потом загоняла в сарай и запирала на ночь. И так каждый день…
– А ты к нам надолго? – задал вопрос Борюсик. Глаза у него были голубые-голубые, как лазурное небо.
– Интересно, у них что, у всех такие яркие глаза? – завистливо подумала Ирка. – Везет же некоторым. Не то, что мои – то ли зеленые, то ли желто-карие. Почему-то она считала цвет своих глаз некрасивым, хотя это вовсе было не так. Когда она смотрела на солнышко, то они становились золотисто-лучистыми, но Ирка этого не могла видеть, а ей, к сожалению, никто об этом не говорил.
– Да как получится. Если понравится, то поживу в вашей деревне немного, – соврала Ирка, а про себя подумала: «Конечно надолго, лето только началось».
Она продолжала разглядывать своих новых знакомых: «На вид вроде безобидные, даже симпатичные, ну уж лучше такие, чем никаких. Ну что ж, поживём – увидим, на что они сгодятся, похоже, ничего лучше здесь не найдёшь». Она вздохнула и вслух спросила.
– А чем вы тут занимаетесь, развлечения какие? Кино, танцы, дискотеки? Что у вас в деревне интересного?
– Да у нас всё интересно! У нас отличная рыбалка, коровы, молочная ферма, дремучий лес – можно заблудиться, болота – можно утонуть, засосет и не выберешься, грибов не счесть, землянику ведрами собираем.
«А он ничего! – оценивающе разглядывая Серого, подумала Ирка, – ишь, как воодушевился. Ну нет! Это мне не интересно. Грибы какие-то. Скукотища!»
– Я про телевизор спрашиваю.
Серый потупился.
– Нет, телека у нас нет. Есть только у председателя, но он никого к себе не пускает, только своих. По субботам в клуб кино привозят. Фильмы там всякие. Но мы не ходим, не любим. У нас с Борюсиком есть дела поважнее.
И тут Борюсик вдруг спросил: «А кто такой Санта Панча?» – и тут же стушевался, слишком сложное имя, сразу и не выговоришь.
– Эх ты, тютя! Ты что, Сервантеса не читал? Не Санта Панча, а Санчо Панса! Деревня! – засмеялась Ирка, но увидев, как покраснел Борюсик, самой стало стыдно. «Видно, до них цивилизация ещё не добралась, – про себя подумала она. – Да и библиотеки у них, по-видимому, тоже нет, книжки не читают. Глухомань, одним словом – деревня».
– Санчо был верным оруженосцем, другом и помощником странствующего рыцаря Дон Кихота, благородного и честного, – начала объяснять Ирка, напустив на себя умный вид, – который боролся с врагами, мельницами, защищал слабых и угнетенных, пытался творить добро. Ради своих идеалов готов был пожертвовать собой. В отличие от Дон Кихота, Санчо был хитрым и практичным, и всегда ездил на осле. – Ирка с пафосом рассказывала мальчишкам о когда-то прочитанном романе. Борюсик слушал, открыв рот, Серый – с недовольным видом.