Ирина Мельникова – Совершенно секретно (страница 9)

Мы подъехали к какому-то клубу, и я перевела взгляд на Наташу как на главную.

– У нас еще что-то сегодня запланировано?

– Да. У Ильи выступление в клубе, а после съездим поужинать. Ты будешь в зале, пока он не закончит.

– Это обязательно? – уточнила жалостливо, прекрасно понимая, что пощады не будет.

Один суровый Наташин взгляд ясно дал понять, что спорить здесь бесполезно. Я выползла из теплого салона авто и лениво потащилась следом за артистом и музыкантами. Наташа тут же скрылась в служебном помещении и попросила одного из администраторов заведения меня проводить.

Мне было не по себе, и даже немного страшно, но спорить с теми, кто меня нанял – себе дороже, поэтому я молчала, решив, что всё не так плохо. В клубе точно есть охрана и, если что, меня отобьют от ужасных фанатов, если те вдруг решат «пообщаться».

Едва я попала в зал, с невольным удивлением осмотрела пространство. Клуб оказался в разы больше того, что я видела в собственном городе, где мне уже довелось посещать выступление Ильи. Здесь два этажа, несколько сцен, яркая светомузыка и просторно, даже несмотря на то, что народу немало.

Неуверенно продвинулась вперед, понимая, что снова не вписываюсь со своим нарядом в стиле «кэжуал» – в переводе на русский, повседневном – во всю эту обстановку. Тем лучше. Меньше ненужных взглядов буду собирать от любителей «погорячее».

Мимо сновали официанты, свободных столов не было, и я кое-как нашла незанятый стул у барной стойки, где, пусть и не слишком хорошо, всё же просматривалась сцена, на которой рано или поздно должен был появиться Озерский.

Я достала телефон как раз в тот момент, когда он зазвонил. В этом шуме ни за что бы его не услышала, если бы, по совпадению, не решила скоротать время, листая ленту соцсетей. Звонила Кристина. И в этот момент я остро ощутила, как сильно за столь короткое время соскучилась по подруге.

– Лида, наконец-то! – выдохнула она в трубку. – Я уж подумала, что тебя похитили инопланетяне. Что за шум? Где ты? Озерский рядом?

– Нет, его нет. Но я в клубе, скоро он будет здесь выступать, – выдохнула устало.

– А ты теперь постоянно за ним таскаешься?

– Это моя работа, – еще один вздох сожаления. Как они все живут в таком ритме? Мне уже хотелось тишины и покоя. Или это дело привычки?

– Вздыхаешь так, как будто тебе за старым дедом приходится судно выносить. Получай удовольствие, подруга! Что там вокруг тебя, расскажи? Хочу увидеть эту тусовку хотя бы твоими глазами.

Я снова обвела взглядом пространство клуба и, стараясь звучать нейтрально, а не раздраженно, потому что это совсем не моя стихия, перечислила:

– Высокий потолок, пространство поделено на два яруса. На втором диванчики. Здесь внизу тоже такие есть, но серого цвета, а вверху красные. И две сцены. Одна высокая, круглая и с шестом… Тут, по ходу, танцуют стриптиз, – непроизвольно поморщилась. Надеюсь, это не случится сегодня. – И вторая с небольшим выступом над танцполом, побольше. Подозреваю, что именно тут и будет выступать Озерский.

Поймав на себя взгляд бармена, тотчас отгадала его мысли: думает, фанатка пришла поглазеть на кумира. Я бы ушла подальше, но свободных мест, где можно присесть, в зоне видимости не оказалось, поэтому пусть потерпит. А мне с высказываниями стоит быть осторожнее.

– Ну а Озерский как? Вы общаетесь? – услышала я голос в мобильном.

Можно ли назвать то, что между нами, общением? Сомневаюсь.

– Мы постоянно рядом, но он такой гавнюк. Просто отвратительный характер.

Кристина засмеялась, и мне от ее смеха стало чуточку легче.

– Я знаю, что ты не сдашься из-за такого пустяка, – заверила она.

– Я-то не сдамся, мы всего лишь работаем вместе. А вот его суженой я не завидую. Не представляю, насколько нужно любить его, чтобы терпеть. Плюс все эти «побочные эффекты» его профессии – тоже приятного мало.

Я сейчас о его вечной занятости и неадекватных фанатах в комментариях и, наверное, в жизни тоже, с чем соприкоснулась лишь косвенно, но уже ощутила всю «прелесть». Что уж говорить о полноценной чаше, которая выльется на голову этой «счастливицы»! Но произнести это вслух я не могла – побаивалась. Варианта два: либо меня сейчас примут за одержимую фанатку, либо поверят в то, что мы с Озерским знакомы, и тогда результат еще хуже.

– Кстати, девушка-то у него есть?

– Не знаю, – ответила честно.

А если есть? Об этом Рогозин не говорил, но, судя по их настрою переть вперед танком, даже если и есть, о ней мало кто будет заботиться. Надо как-нибудь выведать…

И что? Я тогда пойду к продюсеру и скажу: «Вы знаете, это не по-человечески, мужика уводить. Даже если не от жены, а просто от любимой и любящей девушки. Женская солидарность, знаете ли». Какой, интересно, будет эффект? Проверять не хочу.

– Согласно последним сводкам прессы, с девушкой он появлялся месяца три-четыре назад. Наверное, расстались, и он сейчас мучается от тоски, – выдала Кристина.

Не похоже, что мучается.

– Или продюсеры запретили ему выносить свое личное на всеобщее обозрение, ведь кумир всегда должен быть свободен.

И тут ее предположения тоже дают сбой. Но, блин, я не могу откровенничать даже с собственной подругой, поскольку есть контракт и есть вещи, которые по телефону просто не объяснишь. Поэтому, чтобы не взваливать на себя ворох лжи, решила закончить наш разговор.

– Кристин, прости, мне сейчас не очень удобно разговаривать. Рядом люди, и тут становится очень громко. Давай потом перезвоню?

– Конечно. Я буду ждать! Илье привет.

Непременно.

Обойдется.

Я убрала телефон и вновь осмотрелась. Людей стало больше. И дыма тоже. Когда хоть уже Илья выйдет на сцену? Зачем мы приехали сюда так рано? Неужели звезда не должна заскакивать в помещение буквально за пять минут до выступления? Или, наоборот, нужно приехать раньше фанатов?

Мой любопытный взгляд по сторонам перехватил блондин лет сорока с неприятным лицом – есть такой тип: он еще даже не заговорил, только посмотрел на тебя и улыбнулся, а уже понимаешь, какой подонок. Я поспешно отвернулась, надеясь, что он не успел ничего надумать, но поздно. Нутром ощутила еще прежде, чем он прикоснулся к моему плечу, что он уже рядом. А от касания и вовсе едва не подпрыгнула на месте.

– Привет, – он склонился ко мне с правой стороны, чтобы я могла его разглядеть.

Спасибо, всё, что надо, я уже для себя разглядела. Просто отойдите, мужчина. Пожалуйста!

Но мысли читать он, очевидно, не умел. Обратился к девушке, что сидела рядом со мной:

– Цыпа, можно я тут присяду? А тебе закажу коктейль, ладно? Выбирай любой.

Цыпа? Он это серьезно?

Девушка посмотрела на него странным взглядом и ушла прочь без коктейля. Пожалуй, мне тоже следует так поступить. Только куда я уйду?

Блондин занял освободившееся место.

– Тебя как зовут?

Промолчала.

– Вижу, скучаешь тут? Почему одна?

А он настырный! Но я опять не выдала ни слова и демонстративно продолжала смотреть в другую сторону.

– Я – Максим Шведов, – протянул мне ладонь.

Вежливость победила, и я повернулась. Но не для того, чтобы ответить на рукопожатие.

– Я не скучаю. И не знакомлюсь.

– Да? Почему же? – в его глазах интерес.

За что мне это, а? Почему с того дня, как я встретила Озерского и Рогозина неприятности сыплются на меня как из рога изобилия?

Пыталась проигнорировать, но молодящийся мужик зашел с другой стороны в надежде перехватить мой взгляд.

– Вон мой парень, – кивнула головой в сторону сцены, где весьма удачно появились музыканты и вместе с ними Илья, который на ходу переговаривался с гитаристом.

Мой навязчивый компаньон обернулся через плечо, мельком взглянув в указанном направлении, а потом фыркнул:

– Ага, а я встречаюсь с Мадонной.

– Любишь девушек постарше? Тогда здесь ты точно не по адресу, – не сдержалась от ехидной шуточки.

Он обиженно поджал губы. Может быть, это ранит его настолько, что он захочет отстать?

Но не тут-то было: незнакомец вдруг схватил меня за руку и потянул в центр зала.

– Пойдем потанцуем.

– Я сказала нет, – выпалила резко и гневно, ощущая испуг, но тщательно маскируя его злостью.

И ведь никто меня не спасет! Где тут охрана? Вон, Озерский даже не смотрит в мою сторону. Да и с чего бы ему искать меня в толпе? Я всего лишь какой-то там пиарщик, работающий у него два дня.