Ирина Медведева – Безобразия в образовании (страница 36)

«Кто это сделал, лорды?» – как вопрошал устами Макбета «соотечественник» великой Ролинг, некий У. Шекспир. Кто, не считаясь ни с какими затратами, способен осуществить такой глобальный информационный вброс? Понятно, что это не какое-то отдельное издательство или несколько разрозненных фирм. Подобный всемирный проект может реализовать только очень влиятельная и богатая международная организация или крупная транснациональная корпорация. Но опыт показывает, что сегодня их коммерческая и гуманитарная деятельность теснейшим образом увязана с политикой, а часто и подчинена ей.

Конечно, не все политические силы спешат представиться публике, многие предпочитают быть в тени. Но со временем что-то высвечивается. И иногда узнаёшь довольно неожиданные вещи. Например, несколько лет назад в одном из центральных выставочных залов Москвы состоялась невиданная по своей наглости акция: художник на глазах у изумленной публики разрубал топором иконы, а за отдельную плату предлагал поучаствовать в осквернении святынь всем желающим, причем на разные виды глумления был свой прейскурант цен.

Возмущенные граждане подали в суд. Защитники негодяя с умным видом рассуждали об искусстве перформанса, о праве на творческое самовыражение и о свободе художника. Затем, почувствовав, что аргументация слабовата, начали намекать на психические проблемы «творца». Но неожиданно из группы поддержки выделилась женщина, которой стало стыдно ломать комедию, и она призналась, что безобразие в Манеже носило отнюдь не спонтанный характер. Это была запланированная акция в рамках одного из проектов, спонсируемых фондом Сороса. И цели проекта были отнюдь не творческими, а политическими, о чем свидетельствовало даже его название (естественно, не сообщавшееся широкой публике): «Изучение реакций радикально настроенных социальных групп».

А если еще немного углубиться в историю, можно вспомнить сексуальную революцию 1960-х годов – группы музыкантов, ставших вдруг кумирами половины земного шара, идеологию хиппи, распространявшуюся как-то удивительно быстро (невзирая на отсутствие тогда на большей части планеты «открытого информационного общества») и включавшую в себя моду на наркотики. Долгое время казалось, а многим и до сих пор кажется, что все это происходило само собой, стихийно. Дескать, что поделаешь? – Веяние времени…

Но потом журналисты заговорили о проекте «МК-ультра», осуществлявшемся под руководством ЦРУ и направленном на «сдвиг культурной парадигмы». А «сдвиг» этот состоял в создании так называемой молодежной культуры «рока-секса-наркотиков» (по-английски «rock-sex-drug culture»). Интересы разработчиков проекта «МК-ультра» и тем более его заказчиков простирались очень далеко. За мудреным выражением «сдвиг культурной парадигмы» скрывались планы по сокращению рождаемости, направлению протестной энергии молодежи в безопасное русло, намерение ниспровергнуть традиционные ценности, являющиеся оплотом суверенных государств.

Значительно унифицировав культурные коды юного поколения, постаравшись подогнать их под некий «общечеловеческий» (то есть западный) стандарт, авторы проекта «МК-ультра» совершили мощный рывок на пути к глобальному миру. И, похоже, нечто подобное затевается с «Гарри Поттером». Только теперь «экспериментальный материал» не молодежь, а дети и подростки. Почва уже основательно подготовлена, так что можно действовать гораздо более откровенно, чем при осуществлении «сексуальной революции».

В проекте «МК-ультра» тоже содержался оккультный компонент, но он был прикрыт борьбой с ханжеской моралью, политическими лозунгами типа «Любить, а не воевать» («Make love not war»), модой на индуизм и йогу. Сейчас, по расчетам новых (или все тех же?) проектировщиков, видимо, настало время совершить оккультную революцию мирового масштаба, создать для подрастающего поколения единое культурное поле, заряженное магией. Чтобы у детей всего мира, от Кремля до самых до окраин, в ответ на определенные образы и сигналы возникали однотипные реакции.

Нашу догадку подтверждает и список участников. В пропаганде «Поттера» принимает активнейшее участие голливудская компания «Уорнер бразерс» (свидетельство о чем имеется на форзаце русского перевода). В 1989 году эта компания выпустила видеоклип Мадонны под названием «Как молитва» («Like a prayer»). Клип рекламировал очередной альбом певицы, а заодно и напиток пепси, не говоря уже о самой компании «Уорнер бразерс», которая этот альбом выпустила. В Италии, Германии и некоторых других странах клип запретили, сочтя кощунственным. Вот что пишет об этом немецкая исследовательница Элизабет Хелленбройч: «В фильме „Как молитва“ знаменитая американская поп-звезда Мадонна разгуливает в полуобнаженном виде по церкви среди горящих крестов. Потом в церкви происходит насилие и убийство. Затем Иисус сходит с Креста и целует ее чуть ли не взасос. После чего певица берет нож и, богохульствуя, протыкает себе руки, имитируя Христовы раны. Вы спросите, кто спонсоры и продюсеры кощунственного видеоклипа? Это директор „Пепси-колы“ Роджер Энрико, потребовавший в своей книге „Война колы“ создать новое „поколение пепси“. Не буду вдаваться в детали, скажу только, что компания „Пепси-кола“ теснейшим образом связана с латиноамериканской наркоторговлей. (Ни для кого не секрет, что в культовый напиток „нового поколения“ добавляется небольшой процент наркосодержащего вещества из листьев коки, из которых готовят и кокаин. – Авт.). В частности, с венесуэльской наркоимперией Сиснеросов»112.

Вот и приплыли, всё те же и всё то же: опять смычка рок-музыки, секса и наркотиков – новых, сатанинских «ценностей».

Похоже, сатанисты уже открыто рвутся к власти. А когда ставки так велики, когда на карту поставлена возможность покорить сознание огромного числа детей на планете, никаких денег не пожалеешь. Ведь тот, кто завладевает чужим сознанием, обретает и политическое господство. А это дает в руки и нужные экономические рычаги, так что, безусловно, игра стоит свеч.

В поисках жанра

В начале наших скромных изысканий мы пытались разобраться с жанром «Гарри Поттера» и пришли к выводу, что это не сказка, обещав попозже ответить, что же это такое. Должны честно признаться: тогда мы и сами твердо не знали ответа. Можно было, конечно, написать про вульгаризацию (специально для детей) популярного сейчас жанра фэнтези, но что-то останавливало, почему-то казалось, что это лишь отговорка. Интуиция подсказывала некую подмену…

Но главную подсказку дала сама Дж. К. Ролинг. Цитируя название учебников в школе магов, мы вдруг заметили, что эти учебники уж больно странно называются. Не «Занимательная магия» или «История призраков», а так, как может называться детская художественная литература (мы имеем в виду языковую конструкцию названий): «Заговор вампиров», «Каникулы с каргой», «Духи на дорогах».

Это с одной стороны, а с другой – реальные школьные учебники все чаще пишутся в форме приключений, в них есть некие сквозные герои: мальчики, девочки, зверюшки. Почему бы и детскому пособию по оккультизму не называться «Гарри Поттер и Тайная комната» или «Гарри Поттер и узник Азкабана»? Такая гипотеза все ставит на место.

Учебное пособие и не должно отличаться высоким литературным мастерством: самобытностью персонажей, оригинальностью сюжета, тонким психологизмом, богатством языка. Здесь необязательны и даже неуместны законы, которые необходимо соблюдать, создавая художественное произведение. Главная цель учебника – максимальная усвояемость материала. Чем увлекательнее материал, тем лучше он усваивается. Волшебство, магия – сам по себе материал увлекательный, а если к тому же подать его в форме незатейливых приключенческих историй с героями-школьниками… Да еще с помощью убойной рекламы внушить, что только читатель «Гарри Поттера» имеет право на звание человека, – тогда можно не сомневаться: материал будет усвоен на пять с плюсом и переход в следующий класс гарантирован.

О вкусах спорят

Читающий эти строки, наверное, подумал: «Но что же делать, если детям действительно нравится?!».

Это, между прочим, один из самых частых аргументов. Предупреждаешь родителей о какой-нибудь гадости, о чем-то безусловно вредном для их ребенка, а в ответ слышишь: «Так ему же нравится!».

Но детям (как, впрочем, и взрослым) очень часто нравится дурное. «Горе мне, несчастному! Как увлекательно зло!» – восклицает преподобный Феодор Студит113. А у ребенка, который находится в стадии активного познания мира, к тому же и не разработана оценочная шкала. Он, глядя на мухомор, тянет руку к новому и яркому, еще не зная, что это яд. Взрослый тоже может оказаться в такой ситуации, но гораздо реже. И ему это менее простительно, особенно если он родитель, то есть лицо ответственное.

Мало ли что еще понравится детям: взрывчатка, наркотики? Некоторым детям нравится обижать слабых, некоторым – мучить животных.

Не надо кривить душой: тут дело в системе ценностей взрослых. Почему-то родители не рассуждают о бессмысленности запрета, когда маленький ребенок рвется встать на подоконник открытого окна или тянется к коробке с лекарствами. Не рассуждают, ибо такие интересы ребенка осознаются ими как несомненная угроза, несомненное зло. И не стоит себя оправдывать тем, что одно дело трехлетки, а другое – одиннадцати-двенадцатилетние школьники, почти подростки. Дети этого возраста еще полностью зависят от родителей, хотя, конечно, справиться с ними бывает сложнее, чем с малышами, особенно если долго потакать их своеволию. Но, не желая «связываться» и трепать себе нервы, мы обрекаем себя в дальнейшем на гораздо более затяжные и трудные бои. Так уж устроена жизнь: пытаясь избежать скорбей, человек терпит скорби еще большие. И уж лучше осознать это, не дожидаясь вразумления свыше.