Ирина Матлак – Преемница темного мага (СИ) (страница 24)

Кончики пальцев знакомо закололо, по телу разлился темный холод. То, что я собиралась сделать, нельзя было назвать иначе, как самонадеянным безумием, не имеющим ни малейшего шанса на успех, но меня это не остановило. Бесчисленное количество раз мне приходилось молить о чем-то Поднебесье, но сейчас я собиралась обратиться к Глубине. К темной магии, что пугала и бурлила внутри меня все последние дни.

Перед глазами замелькали образы заснеженного леса, поднимающиеся на ноги мертвые ши и безжизненная птица, а затем я смежила веки и погрузилась в черноту. Время замедлилось, став густым и вязким, как смола. Дыхание сделалось редким, сердце больше не билось так часто, как прежде, и даже стынущая кровь струилась по венам гораздо медленнее. Погружаясь вглубь самой себя, я разрушала все мешающие барьеры и предрассудки, позволяя своей темной магии выплеснуться в полную мощь. Вместе с тем снова окуналась в энергию этих вод, добиралась до самого дна и ощущала лежащие на дне смерти… их было несколько тысяч. Несколько тысяч тех, кто или стал жертвой ритуалов, или погиб так же, как сейчас могли погибнуть ловцы потерянных душ.

И они — мертвые, пролежавшие под толщью воды долгие годы, должны мне подчиниться. В Глубину все страхи и нерешительность — если есть хотя бы крошечная, пусть даже безумная возможность задержать смыкающиеся скалы, я обязана ее использовать!

Холодно было невыносимо, до боли, но в какой-то момент боль прошла, а холод начал казаться чем-то естественным и даже приятным. Я ощущала, как ласкает лицо ветер, как падают на губы и щеки капли, которые по сравнению с кожей были не ледяными, а теплыми. Море бурлило, разразился шторм, но в том замкнутом, наполненном потусторонним холодом мире, где теперь находилась я, было спокойно и умиротворенно.

Так странно… Я всегда думала, что смерть — это нечто страшное и разрушительное. И темная магия тоже. Но, оказалось, она может быть спокойной и безмятежной. Приятно бесчувственной…

Каким-то внутренним зрением я видела тонкие, практически незаметные нити, тянущиеся из самых глубин. Пуская по ним свою магию, наполняла их ею, заставляя приглушенно мерцать и становиться толще.

Покой долго не продлился. По мере того как я чувствовала все больше и больше «нитей», подчиняла давно почивших бедолаг, меня заполняло необъяснимым торжеством, смешанным с ложащейся на плечи тяжестью. Мозг будто отключился, и я превратилась в сосредоточение интуиции и ощущений. Не анализируя и не задумываясь над своими действиями, концентрировалась на цели, которую хотела достигнуть. Я выкладывала все неведомо откуда берущиеся силы, а те только этого и ждали — некромантия, которой дали волю и позволили взять верх, вырвалась на свободу, смешалась с беспокойной водой, достигла дна и безудержной мощью прокатилась по глубинам Сумеречного моря.

Я не могла видеть, что происходит, но все тем же внутренним зрением ощущала, как разрозненные части скелетов соединяются вместе, а темная магия наполняет полуистлевшие кости удивительной силой. Как лишенные душ тела поднимаются на ноги и упираются подобиями рук в стремящиеся соединиться скалы.

Армия… моя личная армия подводных скелетов синхронно пыталась противостоять древней магии, и, судя по моим ощущениям, у них получалось! Движение скал замедлялось, а вместе с ним замедлялось и биение моего сердца, которое, казалось, уже почти остановилось.

От напряжения на лбу выступили липкие капельки. Я едва осознавала, что вытянула вперед руки, словно управляя невидимыми марионетками. От прикладываемых усилий мне должно было быть жарко, но я находилось во власти все того же холода. Когда-то давно в библиотеке господина Слоуэна я читала книгу сказок, в одной из которой добрая принцесса противостояла злому магу, использующему запретную темную магию. Я всегда стремилась быть такой «принцессой», а сейчас самозабвенно, отчаянно пользовалась той силой, о которой или рассказывают в книгах, или говорят шепотом.

В сказках все просто и понятно. Это — добро, а это — зло. В реальности все куда сложнее, и порой тем, кто стремится быть положительным персонажем, приходится использовать темную магию во благо. Да и вообще, бывает ли магия темной и светлой? Может, все дело в том, как ее использовать?

Обрывочные мысли мелькали где-то на краю сознания, в то время как вся моя суть была занята контролем над подчинившейся нежитью. В какой-то момент до этого замедлившее ход время вошло в привычное русло, и полная интуитивность уступила место частичной осознанности.

Открыв глаза, я смотрела на громадный каменный череп и сходящиеся скалы, которые теперь почти остановились, но все же проход стал заметно уже. «Летящий» буквально трещал, устремлялись к выходу шлюпки, весь грот наполняли крики и всполохи огня, порожденные саламандрами. Большинство ловцов, объединив усилия, тоже старались сдержать натиск скал — на шлюпках уплывали считаные единицы.

Магия вытекала из меня, как вода сквозь пальцы, и я понимала, что долго не выдержу. Колени дрожали, как и руки, которые я упорно вытягивала перед собой, не чувствуя ледяных онемевших пальцев. Понятия не имела, сколько прошло времени и сколько мне уже удавалось использовать некромантию, — может, минуту, полторы…

Опустившиеся мне на плечи руки стали полнейшей неожиданностью. Как и шепот, коснувшийся уха:

— Сделаем старика Нагхара, а?

И в тот же миг чужая, но чем-то схожая с моей магия заструилась по венам, вплеснула в меня заряд новых сил, и я пропустила ее через себя, чтобы передать своей «армии». Флинт стал подпитывать меня по такому же принципу, каким я сама всегда передавала силы Косичке во время плетения сети.

Я пребывала в глубоком потрясении от всего происходящего, так что не могла изумиться еще сильнее… и все-таки изумилась! Подумалось, что я схожу с ума или тону и вижу предсмертный бред!

Легендарный капитан пиратов, гроза всех морей и головная боль Объединенного Двулунного королевства передает мне свою магию, чтобы подпитать тысячи управляемых мной скелетов… Нет, это уже не сказка! Это… да вообще ши знает что!

Но как только стало очевидно, что у нас все получается и «старик Нагхар», чья магия привела скалы в движение, проигрывает, все посторонние переживания перешли на второй план. Обо всем этом сумасшествии можно подумать потом, а сейчас — только действовать, выжимать из себя максимум, пользоваться магией во всю мощь!

Внезапно сквозь шипение огромных чернильных волн и завывание ветра слуха коснулся раскат, идущий откуда-то из-под воды. А затем на поверхности показались и тут же исчезли двенадцать змеиных голов — гидра тоже устремилась к гроту. Подплыв ближе, протиснула несколько голов внутрь и надавила ими на разные стены, отчего те содрогнулись, разошлись еще немного, а затем и вовсе замерли.

Как руки Флинта исчезли с моих плеч, а я оказалась безвольно висящей на этих самых руках, помнила смутно. Просто в какой-то момент испытала невыносимую слабость, во рту появился противный горький привкус, а роящиеся перед глазами черные точки превратились в сплошную, поглотившую меня целиком беспросветную тучу…

Все же избавление от привычек — дело медленное и трудное. Привычки — это не пустяк, так просто себя изжить не позволяют. Вот и я по старой доброй и, как мне казалось, уже почти побежденной привычке открыла сначала один глаз, а затем осторожненько второй.

Почему-то первой в голове промелькнула мысль, что сейчас я услышу знакомое шутливое:

«У вас привычка такая — падать в обморок?»

«А вы всегда помогаете девушкам, теряющим сознание в вашем присутствии?» — когда-то ответила я адмиралу Рею на такой вопрос.

Как же давно это было…

Открыв уже оба глаза, увидела над собой темный и как будто слегка покачивающийся потолок, свидетельствующий о том, что я нахожусь на корабле. Скользнув взглядом по каюте, отметила, что она мне знакома и принадлежит Кайеру Флинту — значит, нахожусь не просто на корабле, а на «Черном призраке».

Следом пришли воспоминания о «Летящем», гроте и двигающихся скалах, в результате чего я резко села на кровати, силясь попять, сон то был или же реальность. Перед глазами тут же все поплыло, по телу разлилась невыносимая болезненная слабость, и я рухнула обратно.

Итак, учитывая скверное самочувствие, все же самая реальная реальность. Меня словно провели через все круги Глубины: голова раскалывалась, пальцев рук я почти не чувствовала, а прислушавшись к себе и положив руку на грудь, не различила биение сердца. Оставалось надеяться, что оно просто бьется очень тихо, а не остановилось вовсе, отправив меня в Глубину… со своей темной магией на Поднебесье я больше не рассчитывала.

Но все физические недомогания не шли ни в какое сравнение с терзающим меня душевным волнением. Я помнила, что в итоге скалы все-таки остановились, но отнюдь не испытывала уверенности, что никто из ловцов не пострадал. А «Летящий»? Что стало с ним? За совершенные на этом корабле рейды я успела сильно к нему прикипеть и, как и остальные ловцы, воспринимала его почти как живое и родное существо. Одна только мысль о том, что сейчас он может лежать на дне рядом с останками тех, кто затонул в этих неспокойных водах, заставляла все внутри сжиматься в ледяном ужасе.