Ирина Матлак – Круг двенадцати душ (СИ) (страница 43)
Снова подумала, что Киран не ответит, и снова ошиблась.
— Когда сестра пропала, я сам начал ее поиски, которые в итоге привели в это поместье. Мои попытки привлечь к происходящему внимание центра оказались бесплодными. Поместье уже осматривалось ранее, и никто не хотел верить, что уважаемый лорд Баррингтон является черным магом. Заявлений о пропаже дочерей никто не подавал, и мое — о похищении сестры — было единственным. Я докопался до правды слишком поздно и начал действовать всего за день до назначенного дня ритуала. Погибли все, а я долгие годы жил с жуткой тяжестью на сердце. Хотел изучить всю подноготную Баррингтона и вывести его на чистую воду, но это ни к чему не привело. Он переехал в наше королевство в семнадцатилетнем возрасте, и все это время его репутация была безупречной. О его семье известно немного, как и о детстве. В сущности, о его жизни до переезда не известно вообще ничего.
— Целых десять лет, — прошептала я. — Никто ничего не делал целых десять лет, и все это время граф находился на свободе, собирая силы для нового ритуала. Киран… — назвав его по имени, я замялась, но лишь на мгновение. — Я сочувствую вашему горю. И повторю: сделаю все, что в моих силах, чтобы на этот раз исход был иным.
Теперь окончательно стало понятно, почему он действовал в одиночку и не мог рассчитывать на поддержку своего центра. Так же, как и тогда, сейчас специалисты по сверхъестественному отказывались реагировать на происходящее. Повлияли ли на них весомые взятки, именитость графа или что-либо еще, в сущности, было не важным и положения вещей не меняло.
— Это я сделаю все, что в моих силах, — поправил меня Киран и, прищурившись, бросил долгий взгляд куда-то за мою спину. — В этот раз Баррингтон за все ответит.
Перед тем как Киран ушел, я рассказала ему о Габи, а точнее, о ее вменяемости. Приняв информацию к сведению, он ободряюще улыбнулся напоследок и покинул комнату, снова оставив меня одну.
Следующая неделя мучительно медленно тянулась в томительном ожидании. Как я и предполагала, из комнаты меня выпускали только в столовую, которая превратилась в самое кошмарное место в доме. Девушки окончательно стали походить на бездушных кукол, и смотреть на это было невыносимо. После трапезы миссис Эртон провожала меня до покоев, избегая при этом смотреть в глаза, и запирала на ключ.
Так повторялось изо дня в день, и я была готова лезть на стены. От бессилия что-то изменить, от страха и злости, которая все разрасталась. И я приняла ее, даже радовалась ей, потому что злиться в моем случае значило бороться, выражать протест обстоятельствам и не сдаваться.
Я думала о Бекки, которая так и не появилась, о несчастной Делоре и о Киране. Думала и о Викторе. У меня вообще появилось много времени, чтобы думать и анализировать, чем я и пользовалась.
Сопоставив некоторые факты, пришла к выводу, что живущая в лесу ведьма являлась прямым потомком дочери виконта Палмера, выжившей во время пожара. Если верить приблизительным подсчетам — внучкой, а возможно, и дочкой. Кроме того, я все чаще мысленно возвращалась к образу женщины с девочкой на руках, увиденной на старом кладбище, и висящему в комнате графа портрету. Но чем больше пыталась понять, что за ними кроется, тем дальше становилась от разгадки.
Киран, как и обещал, приходил примерно раз в два дня, чтобы принести еду. Фиону ко мне больше не пускали, вместо нее приставив совершенно потерянную Оливию. После того случая, когда я требовала от нее ответов, горничная стала меня опасаться и походила на побитого, запуганного зверька.
В один из вечеров в мою комнату кто-то постучал. Я встрепенулась, поняв, что это не миссис Эртон, которая сразу отпирала дверь ключом. Вслед за стуком послышался тихий щелчок вскрытого замка, и через несколько мгновений вошла Банни.
— Ты что здесь делаешь? — удивленно спросила я. — Как вошла?
Девочка приложила указательный палец к губам, а другую руку вытянула вперед, демонстрируя лежащий на ладони ключ.
— Взяла у мамы, — тихо произнесла она. — Мне Габриэлла помогла.
Банни подошла ближе и посмотрела мне в глаза сосредоточенным, совсем не детским взглядом и нараспев произнесла:
Девочка замолчала, но пробирающего до дрожи взгляда не отвела и смотрела так, словно ждала от меня ответа. Я же стояла, не в силах шелохнуться и не зная, что на это ответить. Уже завтра нам с Кираном предстояло идти в скрытую магией комнату, и весь вечер я морально на это настраивалась. Слова Банни всколыхнули в душе нечто большее, чем простое беспокойство, и это было совсем некстати.
Заметив, что с ответом я не тороплюсь, она снова заговорила:
— Я не чувствую Оливии… никогда не чувствовала. Она любит меня, но как-то не так. Помоги мне узнать правду, завтра у тебя будет такой шанс.
Больше не дожидаясь от меня каких-либо слов, Банни бесшумно выскользнула за дверь, в замочной скважине повернулся ключ, а я так и осталась стоять в центре комнаты — ошарашенная и растерянная.
Промучившись кошмарами всю ночь, утром я проснулась абсолютно разбитой. Послушно позволила Оливии сделать все необходимое, а после так же послушно проследовала за ней в столовую. Невзирая на плохое самочувствие, я была спокойна и уверенна. Окончательно осознав простую истину, что бояться бесполезно, я отогнала отчаяние и приняла реальность как факт.
Даже на девушек за столом смотрела по-другому, тоже воспринимая их состояние как факт. Главное, убрать чувства и не позволять им брать верх. Стать такой бездушной, какой меня долгое время считали, и не показывать слабости, что бы ни происходило. Хватит. Больше принижать себя не позволю.
Когда-то в далеком детстве я читала сказку, где принцессу взяли в плен, держали в темнице и кормили лишь хлебом да водой. Ее хотели сломать, унизить, но она держала себя так, словно стояла гораздо выше удерживающих ее людей. Благодаря этому и выжила. Я решила поступать так же. Ведь недаром говорят, что в простых сказках кроется великая мудрость.
Поймав взгляд Габи, я едва заметно улыбнулась одними уголками губ, и она ответила тем же. Это послужило дополнительной поддержкой, и я преисполнилась решимости попасть в скрытую комнату.
Такая возможность представилась через пару часов после завтрака, когда в мою ставшую темницей комнату вошел Киран.
— Готова? — спросил он, внимательно всмотревшись в мое лицо.
— Готова, — подтвердила я, спокойно встретив его взгляд.
Мы вышли в коридор и стали медленно спускаться вниз по черной лестнице. Когда я услышала впереди негромкие шаги, сердце ухнуло куда-то вниз, но Киран тут же обернулся и покачал головой. Я не сразу поняла, как расценивать этот жест, и, лишь когда увидела Фиону, поняла, что горничная нам помогает.
Оказавшись на первом этаже, мы свернули в нужный коридор, и в этот же момент совсем рядом снова раздался звук шагов. На сей раз Киран не показал, что все в порядке, и напрягся. Взяв меня за руку, одним рывком оттащил за угол и вынудил вжаться в стену.
— Снова бродишь по особняку? — спросил дворецкий, в голосе которого отразилась тень недовольства.
— Простите, господин Дженкинс, — проговорила Фиона. — Я шла на кухню.
— Не испытывай моего терпения, девочка. Будь рядом со своей леди, большего от тебя не требуется.
Я замерла, забыв дышать. Второй раз я находилась в подобной ситуации. В прошлый раз в кабинете все обошлось, но сейчас я вовсе не была уверена, что Дженкинс нас не заметит.
К счастью, обошлось и сейчас.
Когда дворецкий скрылся из виду, Киран снова взял меня за руку, только теперь его вела я. Мы миновали длинные коридоры, которые за прошедшее время будто стали еще мрачнее, проходили по пустым галереям и скользили мимо множества темных дверей.
Оказавшись перед нужной комнатой, я указала Кирану место, где находилась массивная, украшенная ковкой дверь, невидимая обычным зрением.
— Покажи, где тут замочная скважина, — попросил он, бросив быстрый взгляд в конец коридора. — Чтобы отпереть, мне нужно знать точно.
Я ткнула пальцем туда, где находилось отверстие для ключа. Киран сосредоточился и положил ладонь на то место, где находилась дверная ручка. К моему изумлению, ладонь прошла сквозь нее. Но охотника это не остановило: прикрыв глаза, он замер и словно превратился в каменное изваяние. Как и в случае с оградой, потребовалось несколько минут на то, чтобы появились какие-то заметные изменения.
Воздух завибрировал, дверь подернулась рябью, и пальцы Кирана обхватили материализовавшуюся ручку. Еще через несколько мгновений темно-вишневое деревянное полотно проявилось полностью, но замок поддаваться не спешил. Киран действовал осторожно и предельно аккуратно. Хотя я не понимала его манипуляций, но предполагала, что он старается не оставлять следов. Магия сокрытия — тонкая материя, подобная завесе. Можно приподнять резко и одним рывком, а можно плавно и практически незаметно.
Щелчка не было, но я сразу поняла, что у Кирана получилось.
Бесшумно отворив дверь, он пропустил меня вперед, и в следующую секунду мы оказались по другую ее сторону.