Ирина Лейк – Зелёные против «зелёных» (страница 31)

– Что-о-о-о? Да я тебе сейчас покажу! – закричал Жорж и бросился на гиацинта Эдуарда, щёлкая зубастыми челюстями.

Когда Юра вернулся домой, его квартиру можно было смело снимать в сериале про полицейских и грабителей. Юра и сам не любил прибираться, но такого беспорядка даже он не мог себе представить. Все вещи были разбросаны, на полу валялись стулья, разбитые кашпо и порванные бумаги, мимо летали комья земли, керамзит, ложки и грабельки для рыхления, а его питомцы кричали на все голоса и пытались кого-то поколотить.

– Я требую вернуть мою леечку! – возмущался лимон Филимон.

– Сейчас я его прокушу! – вопил венерина мухоловка Жорж.

– Шарлатан! – кричала Розалия Львовна. – Где мой вымпел? Верни мои подпорки!

– Врун и обманщик! – визжала орхидея Галатея. – И желание не исполнил, и кашпо сломал!

– Дайте мы его поколотим! – требовали фикусы Вениамин и Валентин.

И только кактус Кирилл спокойно сидел на подоконнике и наблюдал за этой жуткой дракой. А рядом с ним сидел грустный гиацинт Василий и громко чихал.

– Что тут происходит? – тихо спросил Юра и в ужасе опустился на пол.

Спустя час почти всё было на своих местах. Юра стоял в прихожей в куртке и ботинках и держал в руках картонную коробку, из которой оглушительно пахло гиацинтами.

– Значит, так, – сказал он. – Вам осталось только подмести пол и вернуть на место удобрения, которые вы растащили, чтобы заплатить этому вымогателю. А я поехал к Анюте. Что поделать, придётся сказать ей, что у меня аллергия на этот редкий сорт гиацинтов. Хорошо, что она согласилась забрать его к себе. Не могу же я признаться ей, что аллергия на гиацинты на самом деле обнаружилась у нашего Василия, а этот Эдуард оказался чистой воды шарлатаном.

– Вы неправильно меня поняли! – раздался из коробки приглушённый голос. – Я учил их медитации.

– Это была не медитация, а чистой воды махинация! – крикнул в ответ бонсай Покусай.

– Я думаю, что у Анюты он вряд ли сможет кого-то облапошить, – сказал Юра. – Гардения Евгения быстро им займётся. Ну что ж, дружочки, не скучайте, я скоро вернусь. Василий, а ты не забудь принять капли от аллергии! Розалия Львовна, проследите за ним! Вы всё-таки растение с медицинским образованием, надо будет купить вам вымпел!

Юра уехал, а зелёная мафия осталась приходить в себя. Кто-то по-прежнему громко возмущался, а кто-то уже начал смеяться над Эдуардом Великолепным, которого быстро вывели на чистую воду. И только гиацинт Василий был ужасно грустным. Нарцисс Борис подвинулся к нему ближе и спросил:

– Может, теперь расскажешь нам, что ты хотел обсудить с этим типом? Ты же так его ждал.

– Да, – кивнул грустный маленький гиацинт. – И знаете, что самое печальное? Что он оказался совсем на меня не похож! То есть мы с ним почти одинаковые, но при этом совсем-совсем разные! Ап-чхи! Я понял, что на самом деле я гораздо больше похож на Кирилла или на Демьяна, или на Валентина с Вениамином! Простите меня, друзья! Мне очень стыдно, что я вам не доверял. Я ведь всегда стеснялся, потому что так сильно отличаюсь от всех вас – эти мои странные цветочки и запах… Я чувствовал себя одиноким и думал, что это потому, что я такой… другой. А оказалось, дело совсем не во внешности! Ап-чхи! Теперь-то я точно это знаю!

– Давай договоримся, – сказала герань Антонина. – Если тебе вдруг станет одиноко, сразу зови нас!

– Я так и сделаю! – пообещал гиацинт Василий и наконец-то улыбнулся.

Глава 10

С этого дня все окружили гиацинта Василия повышенной заботой и особым вниманием. Фикусы наперебой рассказывали ему весёлые истории, орхидея Галатея делилась своими секретами о том, как сделать листья гладкими и блестящими, Розалия Львовна советовала полезные упражнения для роста луковицы, а хвощ Плющ и плющ Хвощ позвали Василия в свою команду по игре в шарады. Юра очень расстроился, когда ему рассказали, что Василий чувствовал себя одиноким и переживал о том, что раз он гиацинт, то его никто не понимает. Как-то вечером Юра уселся с ним на кухне, налил себе ароматного чая, а Василия угостил витаминным коктейлем, и они проговорили почти до самой ночи. Кто бы мог подумать, что такой красивый, ароматный и яркий гиацинт на самом деле был ужасно застенчивым!

– Я отлично тебя понимаю, – признался ему Юра. – Я и сам часто робел и чувствовал себя неуверенно, когда учился в школе. Особенно сложно мне было на физкультуре: плавать я так и не научился и всё время боялся утонуть в бассейне. А однажды залез в спортзале по канату почти до самого верха, потом посмотрел вниз и так перепугался, что никак не мог спуститься. Пришлось нашему учителю снимать меня оттуда на глазах у всего класса. И у девчонок, представляешь? Ох и дразнили меня потом! Да и в университете поначалу мне было как-то не по себе. Мне казалось, что я там самый младший и самый тощий, и все думают, что я странный, да ещё такой кудрявый, и из-за этого на меня все смотрят.

– Точно! – подхватил гиацинт Василий. – И у меня частенько такое бывает! Я тоже кудрявый!

– Но почему ты никому не хотел признаваться? – спросил Юра. – Взял бы и прямо сказал нам всем, что тебе грустно и одиноко.

– А я вот прекрасно понимаю, почему он никому ничего не говорил, – влезла в разговор лиана Диана. Она, разумеется, не могла пропустить такую важную беседу и быстро приползла по потолку из комнаты на кухню. – Потому что у нас тут кого угодно поднимут на смех.

– Точно! – пискнула фиалка Наталка. – И кого угодно доведут до слёз своими шуточками! Вон, одни фикусы чего стоят! Да и Хвощ с Плющом вечно задираются.

– Да ты что?! – закричали в один голос фикусы Вениамин и Валентин. – Мы же не злые! Мы просто весёлые! Мы над всеми подшучиваем! И друг над другом тоже! Это весело!

– А весело вам было, когда та ужасная Катя вас подстригла? – прищурилась лиана Диана. – Вот то-то же! Вам тогда было грустно, и никто над вами не шутил, все вас жалели и поддерживали. Так что шутки – это не всегда хорошо.

– Ну вот… – расстроились фикусы. – Получается, Василий грустил из-за нас? Так, что ли?

– Нет-нет! – крикнул им гиацинт Василий. – Вы не виноваты. Я же прекрасно понимаю, что мои друзья шутят и хихикают надо мной не со зла! И знаю, что на близких не обижаются, ведь они на самом деле хорошо ко мне относятся, любят меня и дорожат моей дружбой, но просто… я не знаю. Мне всё время кажется, что я какой-то не такой, что я всё делаю и говорю невпопад. Первое время, когда Юра только принёс меня сюда, я и слово сказать боялся, думал, меня никто не замечает или, наоборот, все только на меня и смотрят. Я очень переживал, что никогда не смогу найти себе настоящих друзей. Потом я решил, что такие мысли лезут ко мне в бутоны, потому что я – гиацинт и все гиацинты такие, но после знакомства с этим… Эдуардом я понял, что то, как ты выглядишь, вообще не имеет никакого значения для настоящих друзей! Даже если ты на них не похож! И даже если ты иногда… сильно пахнешь.

– Я очень рад, что ты это понял, – улыбнулся Юра. – Мы все – твои друзья и твоя семья, мы никогда тебя не бросим и не оставим в одиночестве. А ещё я хочу тебе признаться, что очень многие растения и люди часто чувствуют себя одинокими, это большая проблема. Недавно я говорил с одним моим другом… – Тут Юра почему-то замешкался и покосился на кактуса Кирилла, который, конечно, тоже примчался на кухню послушать и уселся на краешек табуретки, которую уже успел починить Юрин папа. – Так вот, у меня есть один друг, и он рассказал мне, что ему часто бывает очень одиноко. Он такой же робкий, как и ты, Василий, хотя при этом отличный парень! Понимаете, мои дорогие дружочки, нам с вами очень повезло, у меня есть все вы, у вас есть я, у нас с вами есть мои мама, папа, Анюта, много-много знакомых в университете и подписчиков моей страницы «Ботаник Юра». А этот мой друг приехал сюда учиться из другого города, его мама и папа живут далеко, все его друзья остались там, где он жил раньше, а здесь он дружит только со мной и боится, что никогда не понравится ни одной девчонке, потому что он очень худой и шутит только про растения и всегда невпопад. Хотя мне его шутки нравятся. И он очень добрый, потому что любит растения и ботанику. А я точно знаю, что если человек любит растения, то он не может быть злым и вредным.

– Это точно, Юра! Это ты очень верно сказал! – закричали все.

– Надо же, как обидно за твоего одинокого друга, – вздохнул гиацинт Василий. – А что же он делает, например, по вечерам?

– Сидит дома совсем один, представляете, – пожал плечами Юра. – Он живёт в маленькой комнате, там всего одно окошко, и оно выходит на север.

– Какой ужас! – закричала зелёная команда. – Это ведь значит, что он даже не может завести себе много комнатных растений. Как это грустно! Вот бедолага! Людям очень плохо без растений!

– Вы совершенно правы, – сказал Юра и погладил по макушкам фикусы. – Конечно, есть такие растения, которые могут жить почти без света, с одним крошечным окошком, но вы же сами знаете, какой у них характер.

– Да уж! И не говори! – подхватили зелёные друзья. – Они ужасные зануды и скандалисты. Вечно им всё не так.

– Юра! Но тогда ты должен почаще приглашать этого друга к нам! – воскликнул кактус Кирилл. – Пусть он приходит в гости, мы с удовольствием будем смотреть с ним фильмы и играть в шарады и настольные игры!