Ирина Лейк – Зелёные против «зелёных» (страница 13)
– А ведь вы правы! – обрадовался Юра. – Спасибо вам, дорогие мои друзья! Я немедленно позвоню Анюте. Спрошу, как у неё дела, как проходит поездка, а потом узнáю, что нравится её любимому комнатному растению. Так и скажу: хочу порадовать гардению, чтобы не скучала!
И он помчался звонить Анюте. Вернулся ужасно довольным и весёлым.
– Представляете, она обрадовалась! – воскликнул он. – Анюта обрадовалась, что я позвонил! И ещё она сказала, что скучала по мне! – От счастья он даже подпрыгнул несколько раз.
– Вот видишь! – просиял кактус Кирилл.
– А мы тебе говорили! – развеселились фикусы Валентин и Вениамин.
– Как я рада! – пискнула фиалка Наталка.
– Да она от тебя без ума, твоя Анюта, – подмигнула Юре Розалия Львовна.
– Ты же лучше всех, Юра! – на все голоса загалдели его зелёные друзья.
– А что Анюта сказала тебе про растение? – спросила лиана Диана.
– Ой, точно! – спохватился Юра. – Она сказала, что её гардении очень нравится, когда ей поют. Анюта очень часто поёт ей разные песенки, и от этого она быстро растёт и пышно цветёт.
– Ну вот! – захлопали листьями фикусы Вениамин и Валентин. – Это же проще простого!
– Да, – кивнул Юра. – Но только мне уже пора бежать. Можно я попрошу вас…
– Ты хочешь, чтобы мы ей спели? – перебила его Розалия Львовна. – Да запросто, Юрочка! Можешь на нас положиться! – Она откашлялась, сложила ветки, как оперная певица, и затянула: – Царица-а-а! Ца-а-арица!
Юра убежал по делам, а зелёный хор пел изо всех сил. После того как Розалия Львовна закончила свою песню, они дружно запели куплеты, которые учили с бонсаем Покусаем.
– Если начал ты желтеть, помогут кобальт, цинк и ме-е-едь! – голосили герань Антонина и фиалка Наталка.
– Если ты в печа-а-али, добавь в воду калий! – подхватывали хвощ Плющ и плющ Хвощ.
– Ты и я, ты и я – любим у-до-бре-ни-я! – старались даже фикусы Валентин и Вениамин, хотя у них не было ни слуха, ни голоса.
И вдруг…
– А ну заткнитесь! – закричала на них гардения Евгения так злобно, что все мгновенно затихли.
– Ты чего? – тихо спросила лиана Диана. – Мы же пели для тебя.
– Мы же хотели как лучше, – испуганно всхлипнули малыши-рассада.
– Откуда вам знать, как мне лучше? – рявкнула на них Евгения. – Я сама как-нибудь разберусь! Мне и без вас отлично! Вот как раз без вас и без вашего Юры мне лучше всего!
– Но Юра тебе помогает! Он тебя лечит! – всплеснула ветками Розалия Львовна.
– Ты же без него загнёшься, дурында! – крикнула пальма Мальва. – Включи мозги!
– Не ваше дело! – фыркнула гардения Евгения. – Заткнитесь и оставьте меня в покое, тупицы! И не вздумайте меня жалеть, наивные болваны. Думаете, мне плохо? Скоро узнаете, кому тут будет по-настоящему плохо! Мы ещё посмотрим! Мы ещё увидим!
И она опять отвернулась к окну и больше за этот день не проронила ни слова.
В ту ночь лимону Филимону не спалось. Точнее, он с удовольствием проспал бы всю ночь напролёт и смотрел бы самые сладкие сны, но его малыш-лимончик, как назло, капризничал и никак не хотел засыпать. Лимон Филимон качал его на ветках уже почти час, угукал и сюсюкал, пересчитывал звёзды в небе за окном, гладил лимончик по жёлтой блестящей макушке, а потом… Потом он вдруг услышал какой-то шорох. Что-то рядом с ним шелестело, а потом как будто с глухим стуком падало на пол. Лимон Филимон насторожился, вытянулся и незаметно нажал на кнопку увлажнителя воздуха, который стоял рядом с ним. Увлажнитель включился и заурчал точь-в-точь как кот Мурзик. На нём загорелась маленькая лампочка, и в тусклом зелёном свете лимон Филимон увидел, как гардения Евгения обрывает собственные цветки и швыряет их на пол!
– Эй! – закричал на неё лимон Филимон шёпотом, чтобы не разбудить лимончика – тот как раз только начал засыпать. – Это что же ты делаешь?
– Не твоё цитрусовое дело! – фыркнула на него гардения Евгения, оторвала у себя с макушки последний цветок и шмякнула на пол.
– Сейчас же прекрати! – зашипел на неё лимон Филимон, но зловредное растение и не подумало его слушаться. Евгения ловко перепрыгнула с подоконника на шкаф, схватила с полки флакон с концентрированным удобрением, открутила крышечку и отхлебнула большой глоток.
– Поставь! Не смей! – чуть было не задохнулся лимон Филимон, ему было уже всё равно, что лимончик сейчас проснётся и поднимет крик. Ну и пусть! Так будет даже лучше! Все должны узнать, что творится у них в доме на самом деле. – Ты же отравишься! Его нужно разбавлять – колпачок на ведро воды!
– Аха-ха-ха! – зловещим хохотом захохотала гардения Евгения и в свете маленькой лампочки стала похожа на настоящего монстра из фильма ужасов.
– Просыпайтесь! – крикнул лимон Филимон. – Смотрите, что она творит!
– Твои дружочки будут дрыхнуть до утра, – ехидно сказала гардения Евгения. – Я подмешала снотворного в лейку!
– Да как ты могла? – задохнулся от возмущения лимон Филимон. – А почему я тогда не сплю?
– Потому что у тебя мелкий. – Она ткнула веткой в лимончика. – Родители никогда не спят. Такая ваша доля.
Она перепрыгнула на стол, ухватила фломастер и, противно хихикая, стала рисовать у себя на листьях жирные точки.
– Что делаешь? – закричал лимон Филимон.
– Рисую опасную плесень! – крикнула в ответ Евгения. – Чтобы вашему дурачку Юре дурно стало!
– При чём тут Юра? Ты же себя покалечишь! Опомнись, зачем?
Лимону Филимону вдруг показалось, что лампочка на увлажнителе стала гореть ярче. Наверное, он так сильно разозлился, что начал видеть в темноте.
– Вот как раз затем, чтобы насолить вашему Юре! – рявкнула гардения и оторвала от себя большой лист. – Чтобы он завтра грохнулся в обморок от ужаса!
– Что ты такое говоришь? – всплеснул ветками лимон Филимон, пропел лимончику «люли-люли» и крикнул: – Зачем тебе ему солить? Зачем ему грохаться? Что за чушь?
– Никакая не чушь! – прошипела гардения Евгения. – Тебе не понять, кислятина.
– Юра так старается! Он о тебе заботится! Он хочет помочь Анюте!
– Ага! – прищурилась гардения Евгения и выхватила из стакана на столе ножницы. Лимон Филимон на всякий случай крепче прижал к себе лимончика. – Вот из-за этого я всё и делаю! Потому что ненавижу вашего Юру! Не-на-ви-жу! Раньше моя Анюта всё своё время проводила только со мной! Она мыла меня, кормила, пела мне песенки, ставила меня рядом с собой на диван, когда смотрела фильмы. Она даже советовалась со мной, когда выбирала, что ей надеть или каким цветом накрасить ногти!
– И что? – Лимон Филимон пока ничего не понимал.
– И то! Потом откуда-то взялся ваш мерзкий Юра! И вся моя жизнь полетела под откос! Раньше моя Анюта целыми днями щебетала только со мной, а теперь я с утра до ночи только и слышала «Юра то, Юра это, Юра такой хороший, Юра такой замечательный!». Да если хочешь знать, она придумала притащить меня сюда только для того, чтобы ещё больше подружиться с Юрой! Ненавижу этого вашего Юру! И не дам ему украсть у меня Анюту! Она – только моя! Мы с ней – лучшие подруги! Ей никто не нужен, кроме меня! Так что даже если мне придётся покалечиться, я всё равно это сделаю, чтобы она вернулась и увидела, до чего её прекрасный Юра довёл её лучшее, самое любимое растение. Она ему этого никогда не простит! – С этими словами она замахнулась ножницами и отхватила у себя целую ветку.
– Ничего у тебя не выйдет! – холодно сказал лимон Филимон. – Потому что я завтра же расскажу обо всём Юре и остальным.
– Да мне на них наплевать, глупая ты кислятина! И на тебя тоже. Анюта меня увидит, и этого будет достаточно! А у твоих дружочков и у твоего Юры нет никаких доказательств. Мало ли, что там может наплести лимон с бессонницей! Твоё слово против фактов. А-а-а-а! – Она картинно завалились на бок и простонала. – Я умира-аю! – А потом опять занесла над собой раскрытые ножницы.
– А ну-ка стой! – вдруг раздался рядом чей-то хриплый голос. – Клади ножницы, милочка. Попалась с поличным. Диана, вяжи её!
В тот же миг с потолка молнией спустилась лиана Диана и мгновенно обвязала гардению Евгению своими зелёными тонкими побегами, словно прочными веревками.
– Запись готова? – снова спросила строгим голосом пальма Мальва, а это, конечно, была она.
– Готова запись. Попалась, пакость! – отрапортовал банан Степан.
– Вы всё записали? – обрадовался лимон Филимон.
– А то! Ха-ха! – сообщила пальма Мальва. – Степан не зря возле розетки спать сегодня пристроился. Там Юра свой телефон на зарядку поставил. Только на кнопку надо было нажать – и чистосердечное признание у нас теперь на Юрином телефоне.
– А-а-а-а! Отпустите-е-е! – завопила в отчаянии гардения Евгения, но её теперь никто не слушал.
На следующее утро Юру снова ждал сюрприз, но на этот раз приятный, хоть и весьма неожиданный. Банан Степан вовремя нажал на «запись», и Юра смог отчётливо прослушать каждое слово гардении Евгении. Сначала он ужасно покраснел, но не от смущения, а от злости и от обиды.
– Так ты сама всё это подстроила? Как же можно быть такой коварной! Как тебе не стыдно? – высказал он Евгении.
Но та, как обычно, не проронила ни слова. Да и что она могла сказать? Все доказательства её подлых выходок были налицо.
С этого момента Юра не спускал с гардении Евгении глаз ни на минуту, а зелёная мафия установила график ночного дежурства и караулила её по ночам. Юра продолжал усиленно ухаживать за коварной Евгенией: он вливал ей самые лучшие витамины и активаторы роста, ставил её под лампы и увлажнители, так что к возвращению Анюты она стала даже лучше и красивее, чем была. Зелёная мафия очень гордилась своим поступком. Конечно, они сразу заподозрили неладное, вот и устроили ночную засаду. И смогли разоблачить подлую притворщицу. И Юра был им за это очень благодарен.