Ирина Леухина – Где начинается радуга? (страница 22)

— Ты тоже никому не сказала. Ведь так, Малахит? — Дина подошла ко мне слишком близко.

Я чуяла ее запах. Смесь кислого пива и дешевого курева. От нее несло потом. Скорей всего до нее не дошла информация про дезодорант.

— А теперь получай.

Рука без ножа ударила меня в живот. Резко. Без промедления. Я сложилась вдвое.

Это было больно.

Я никогда не дралась. Тем более меня никто никогда не бил. Во мне теплилась надежда, что приду сюда. И разрулю ситуацию. Без потерь и тем более без рукопашки.

Но никто не хотел разруливаться. У них была задача меня прогнуть. И испортить мою жизнь. И во вселенной существует такая вероятность. Что они смогут сделать задуманное.

Только страха не было.

Я приняла ситуацию. Я всегда смогу справиться с любой проблемой. Даже с виду самой безысходной.

Снова удар без ножа.

Выдох вылетает из моего рта. Для буллеров он прозвучал как сигнал к действию. На периферии вижу как подельницы разминают руки.

Дина закинула в третий раз руку. Но вот ударить я уже не дала.

Я не умею драться. Я любила заниматься аэробикой, степом и танцами. Но точно не борьбой. А вот посмотреть боевики я была не прочь.

Моя левая рука согнутая в локте блокировала руку Дины. Тогда буллерша замахнулась ножом. Целя прям в боковую часть.

Чудом я успеваю перехватить нож. Мы стоим словно в танце. Только в неправильном. Мы напряжены и сгорблены. Глазами мы друг друга давно поубивали, но мое тело не вздумало сдаваться.

НО.

Я всегда знала, что стратег из меня так себе. Планирую себе день, месяц или год хорошо. Но предугадывать поступки других я не умела. Поэтому продумывать стратегию включая в план других я не могла.

Я внимательно следила за Диной. И не заметила.

Как кто-то подошел ко мне сзади. И накинулся на меня. Обхватывая мою грудную клетку. Девчонка, которую я не заметила, крепко удерживала меня за руки. Раскрывая меня для удара.

Я стояла беззащитная перед врагом. И чувствовала такую ярость. Она полыхала в моей крови. Разъедая мои внутренности от огня. От не возможности выплеснуть свою ярость на обидчиков.

Я начала пинаться ногами, опираясь на захватчика сзади. Но четкий удар в солнечное сплетение выбил меня. Я захрипела. Пытаясь перебороть боль, распространившуюся по груди.

Перед глазами помутнело.

Мне даже показался что где-то рядом прозвучал голос Глеба.

— Какого черт! — озверевший голос одноклассника казался усладой для моего помутневшего рассудка.

Первая драка в моей жизни. Не хватает еще отключиться мне. Тогда точно останусь с изуродованным лицом.

— Отвалите от нее!

— Глеб, свали. Не твоя проблема. Так что не влезай. — Дина нагло оскалилась. И глянув через плечо продолжила. — Могу предложить только одну.

Арину толкнули в спину. И девушка растерянно упала на колени. Царапая нежную кожу рук. По ее щекам давно текли слезы, размазывая тушь. Впервые накрашенную в школу.

Глеб злился. Его крылья носа раздувались. В глазах появился огонь гнева. За ним прошла огромная тень и басовитый голос снес накатившее напряжение.

— А если я влезу?

От тени исходила еще большая ярость.

Рустам встал рядом с другом и скрестил руки на могучей груди. Футболка почти трескалась от мускулов парня.

И Дина подняв руки перед собой отступила.

— Я поняла мальчики. Девки обе ваши эскортницы. И под вашей защитой.

Глеб не сдержавшись подскочил к буллерше и схватил за шею. Выплевывая каждое слово, он грозно произнес прямо ей в лицо.

— Ты не тронешь больше Ксюшу и ее подругу. Ты меня поняла. И передай главной, чтобы завязывала.

— Да поняла я.

Стряхнув руку, Дина кивнула своим подопечным и ушла.

Я же сложенная в четверо сидела на асфальте. Я все это видела, и не могла понять. Реальность это или фантазия психа.

Но нежные теплые руки, которые обняли меня. Его тихий ласкающий голос. Подтверждал реальность событий.

— Тише, Ксюша. Все закончилось.

Моя голова упала на его плечо. И мое сознание тут же отключилось.

Глава 18

Сознание возвращалось постепенно. Сначала ворвался приятный мужской запах одеколона. Потом теплота обнимающих рук и холод земли. Твердый резкий голос просил друга отвести Арину в класс.

Воспоминания ворвались резко. Мой приход в школу. Где все думают, что я подрабатываю эскортом. Затем следуют боль и отчаяние. Ведь с такой репутацией проучиться спокойно год будет трудно. И нужно прекратить общение с Ариной. А то тень с меня на нее переползет. Но если я собираюсь уехать, то она нет. Тогда она не сможет отмыться от этой грязи.

Затем следует звонок. Удар. Второй удар. Захват сзади. И спасение.

Открываю глаза.

Мне не померещился голос. Он был реальностью. И я впервые была в такой близости от него.

— Глеб?

— Тшш, Ксю. Молчи. Я тебя сейчас отнесу в мед кабинет.

Машу в отрицании головой. Не хочу поднимать этот вопрос в школе. Ведь после обследования последуют вопросы. Кто, где, почему. Это дойдет до тетки. А я пока не в состоянии отбрыкаться еще и от нее.

— Тогда может домой тебя? — с беспокойством спрашивает Глеб, и отводит локон волос за ухо.

Слезы подступили. Я не плакса. Но сейчас хотелось зашмыгать носом от естественности его действий. Словно он это делает каждый день.

— Не надо, — хриплю я. — Там тетка противная. Только хуже будет.

Глеб осматривается по сторонам, а потом берет меня на руки и уносит.

— Куда мы?

— Ко мне. Я живу на соседней улице.

Глеб с легкостью поднял мои почти шестьдесят килограмм и не поморщился. Одноклассник не казался особенно спортивным. Футболки на нем точно не рвались из-за объема мускулов. Но слабаком он не был. Он понес меня в темпе и ни разу не остановился.

Я устало положила голову ему на плечо. Взглядом я зацепилась за его подбородок. Щетины не было, но я заметила маленькую ранку. После бритья. Около уха. Откуда она у него? Он торопился или его кто-то отвлек. Мысли прыгали в моей голове в размытом сознании.

А еще от Глеба пахло морем. Он сам был похож на теплое размеренно море. Теплое и нежное. Но в момент бури — убивающим и опасным для любого.

Я ведь его слышала. Как он говорил с Диной. Голос давящий и убивающий волю другого.

Тем временем мы зашли в подъезд, а потом и в лифт. Я попыталась слезть с рук, но меня прижали крепче к груди. Запрещая двигаться.

Поставили только около двери. И то потому что Глебу не удалось достать ключи и открыть замок.

— Ты как себя чувствуешь?

— Как после драки.