Ирина Леухина – Где начинается радуга? (страница 21)

— А как объяснить то, что он вокруг нее как коршун летает.

Еще раз смотрю на бумажку. А там мои фотографии со старой съемкой. Там я экспериментировала со своей сексуальностью. И фото были такого формата. Откровенные и соблазнительные. Не ню формат. Я там даже не обнажаюсь. Но во время той съемки я раскрывала свою чувственность.

Но добивал буклет фотками из ресторана с Матвеем. С пометкой об эскорт услуге, которые я предлагаю. Фотографии выглядели так словно я имею опыт работы. А Матвей мой очередной клиент.

Вот стерва!

Шум поднимается в классе. Каждый считает в праве высказаться обо мне. В моем же присутствие. Я сжимаю руки, чтобы не закричать и никого не ударить. Но внутри меня разорвалась граната с болью.

Света что не понимает, что Матвей не такой уж хороший. И он вряд ли будет с ней. Да и со мной, в том числе. Я ему сейчас привлекательна как диковинка. Которая ускользает из его рук. А она тупо предлагает себя. Не ценя саму себя.

За что ее злость обращается в мою сторону. Если виноват он в отвратительном отношении к ней.

Мне что мало страданий. Или все думают, что раз я их не показываю. То я их не чувствую. Так что ли?

Валерия Ивановна незаметно зашла и с непониманием следила за гамом класса. Она пыталась их утихомирить. Но никто не слушал ее. И кто-то вдруг уставился придирчивым взглядом в классную руководительницу и спросил приторным голосом.

— Вы что защищаете эскортницу?

Этот вопрос поверг класс в мертвую тишину. И раздавшаяся затрещина прозвучала как выстрел.

— Не повышай голос на учителя! — окрик Рустама привел меня в чувство. Как и всех.

Я осмотрела класс и не знала что делать. Мне впервые было страшно. А глаза Арины выдавали столько жалости и боли. Что внутри меня что-то сломалось.

Я развернулась и побежала на выход. Не могу здесь быть сейчас. Врезавшись в Глеба, я затормозила в дверях. Не мешкая я оттолкнула его. И выбежала под звон звонка.

Долго бежать я не смогла. Я спряталась в женском туалете. Маленькая девочка внутри меня хотела зареветь. Я даже позволила себе побыть слабой на этот период.

Ведь все девочки плачут. Почему я себе не позволяю. Но в то же время я сбежала. Я испугалась и сбежала от объекта страха.

Пиликанье телефона отвлекло меня.

Не время нюни раскидывать. Отвечаю. И откладываю быть слабой в долгий ящик. Сейчас или никогда. Я должна показать кто здесь жертва, а кто хищник. Потому что от моего решения могут пострадать и другие. Не только я.

А я Малахит. Камень исполнения желаний всегда со мной. И внутри меня. Никто не сделает меня жертвой, кроме меня самой.

— Малахит, тебя ждут на том самом месте. Приходи одна.

Голос знакомой мне буллерши. От которой я защищала Ксюшу.

Вот только звонила она с номера Арины. А значит она с ними. Как гарант моего прихода.

Глава 17

Подхожу к тому месту, где не так давно вытаскивала Ксюшу. Внутри все подрагивает от напряжения. И почему-то мне кажется что нужно отменять завтрашнюю съемку. Мое лицо будет не в форме.

Подхожу к закутку и слышу Арину.

Глупая она. Зачем полезла.

— Она не эскортница, — кричит она. — Зачем вам это всё?

— Ей не нужно было меня позорить.

Женский голос с твердыми нотками повысил тон. Я знаю ее. Она была за главную при избиении другой Ксюши. Как насмешка для меня. К пример той тени, которой я хотела побыть в этом году.

Сейчас же об этом даже мысли не может быть. Потому как если выберу модель поведения тени, миротворца или даже спокойного и уравновешенного человека. То меня в любом случаи сожрут.

— Она по крайней мере хороший человек, не то что ты. Всего лишь пешка Светки. Разве не так, Дина?

Последующий рык говорил о много. Дине не понравилось приравнивание ее к пешкам. Никому не нравится сама мысль, что ты кому-то подчиняешься.

Интересно, как их всех подчинила Света?

С виду миниатюрная и даже местами милая девушка. Если бы она искоренила в себе качество стервы. Хотя может это у нее от матери.

Хлесткий удар. Приводит меня в чувство.

Потому что Арина страдает из-за меня. Вчера я только задумывалась о вшивости людей. И как можно было бы проверить своих друзей на качество. В насмешку судьба моментально реагирует на мою мысль. И подкидывает ситуацию для проверки.

Потому что Арина друг. Только друзья могут вот так защищать. Даже ценой возможного буллинга и битья.

— Я тут.

Выхожу из-за угла и встаю в стойку. Руки на бока, губы сжаты, глаза прищурены. Скорей всего сегодня придется идти в больничку. Хоть бы в лицо не били. Ну и ладно. Все заживет как-нибудь.

— Вот и Малахит пожаловала.

Дина немного горбатясь шагала ко мне. Ее искривленные черты выдавали в ней хулиганку со стажем. Не удивлюсь, что курение и алкоголь у нее в постоянном рационе. Я не замечала ее в школе. Но Арина рассказала, что она на год младше нас. И держит в страхе почти всю школу. И по секрету подруга рассказала, что на самом деле за проступками Дины стоит Света. Об этом знают некоторые. Но доказать никто не может.

Их никто вместе не видит. Да и Дина отказывается от слухов. Света же просто игнорирует намеки.

И раз сейчас эта Дина заинтересовалась мной. Да еще так тонко. Через Арину. То слухи являются правдой.

Только от кого Света узнала про ресторан.

Ну конечно же!

Олеся.

Сплетница.

Она ведь там работала в тот вечер. Значит могла и сфотать меня. Я ее узнала в конце. Может она меня увидела когда мы пришли.

Тогда понятно откуда тянутся ноги.

Кроме Дины стояли еще три рослых девицы. Незнакомые мне. И даже возможно они с улицы. А не со школы. Одна из них держала Арину за волосы. На щеке которой алел след от руки. Подруга чуть не плача смотрела на меня.

— Нет, Ксюша, уходи, — крикнула она.

За что получила тычок в бок.

Вот гадина.

Четверо против одного. Как благородно.

Дина кривой улыбкой на меня взглянула и достала из кармана перочинный ножик. Маленький тоненький. Но острый.

Приказ понятен без слов. Изуродовать меня.

А на этом основывается моя карьера в будущем.

Клянусь, если что-то пойдет не так. Света будет страдать до конца дней. Я в этом деле буду особенно старательна.

— Я думаю, она, — киваю на Арину. — Больше вам не нужна. Отпустите ее. Я ведь здесь.

— Верно. Но только эта дрянь стала защищать тебя. И обелять твое имя в классе. А это не правильно. Ты должна стать черной как сама смерть. А для этого нужно испортить твою репутацию. Твое лицо. Твою жизнь. Что бы ты не покушалась больше на чужое.

— Слышу слова Светы, а не твои. Ты как цепной пес выполняешь любой приказ хозяйки?

— Малахит, не зли. Могу и зашибить не вольно.

— Это подсудное дело. Тебя это не смущает? Я не буду молчать. Арина тоже показала стойкость. Или ты думаешь, что никто не видел как ты уводила ее?

Дина оглянулась на своих, но на их лицах скользнула довольная улыбка.

Арина побежала за мной. И ее выловили в пустом коридоре. Им нечего бояться. А я ведь тоже дура. Раз побежала сюда и никому не сказала.