Ирина Лазарева – #на_краю_Атлантики (страница 44)
– У меня важные новости. Дорогие мои! Вера, Лиза! Я улетаю… в Бразилию.
Молодые женщины озадаченно переглянулись, а затем обернулись к нему в ожидании пояснений.
– Я не хочу заранее вас обнадеживать, – а затем он поправил себя: – тебя, Вера, обнадеживать. Знаешь, как говорят… не говори «гоп», пока не перепрыгнешь. Но и хранить в себе это больше, кажется, не могу… Меня распирает изнутри.
В течение всего его подробного рассказа обе женщины с сомнением смотрели на него, уж слишком хорошо они знали склонность Сергея верить любой подозрительной информации, сливаемой во Всемирную паутину, в виде статей, видеороликов, блогов, новостей, форумов, лекций. Он легко зажигался и готов был через себя зажечь целый мир, а потом так же быстро остывал. Чего стоили только одни акции МММ! Все эти негативные мысли заведомо принижали ценность того, о чем он им поведал, но Сергей, казалось, ничего не замечал: ни сжатых губ Веры, ни распахнутых глаз Лизы, ни волнения огненной рябины вокруг них, – он уже унесся в свой собственный мир. Физически – он был здесь. Но его здесь никогда не было.
Глава тринадцатая
Самые предрешенные события можно разбить на беспомощные части, если хватит на то силы ума, а главное – силы духа. Такого мнения всю свою карьеру придерживался Алексей Викторович – блестящий хирург, ученый и не менее блестящий управленец. Но он никогда не думал, что эта же теория будет с легкой руки применена против него самого.
В этот прохладный августовский день с самого утра шел дождь, и воды смывали все на своем пути – они бежали по дорогам, по мостовым и по канавам в поисках углублений, оврагов, низин, неровностей и маленьких ям в асфальте. Вопреки всему разумному, природа пыталась очистить то, что очистить было никак нельзя: огромный бескрайний город и через него – само общество.
Сергей пришел в кабинет к заведующему. Он был взволнован, но это ускользнуло от внимания Алексея Викторовича: как человек пожилой и многого достигший в жизни, он нес в себе, своей манере, своем отношении к другим неподражаемое чувство превосходства, которое казалось настолько бесспорным и безоговорочным, что почти все вокруг верили ему и через это поддавались его харизме, жизнелюбию и до известной степени – высокомерию. Но был ли среди этих людей Сергей? Вера была убеждена, что был. Она с самого начала ревновала его к руководителю.
Алексей Викторович почему-то сразу подумал, что Сергей не мог прийти к нему ни по какой другой причине, кроме как по причине того, что прослышал про его уход на пенсию. Ему нравилось думать про себя, что ум его еще быстрый и хваткий и что он улавливает все настроения в отделе. Он все равно собирался на днях сообщить Сергею об этом первому, потому как именно Сергей был в выигрыше. О, как он посмеется над Дубровским и Алексеевой, которые столько лет подсиживали его и мечтали о том, чтобы его сняли с должности!
Нет, уж если уходить, уж если пришел возраст и ему тяжело уже работать полный день, когда можно не работать и не страдать от этого финансово – к нему обращались за частными консультациями люди с Рублевки, – то уходить надо было так, чтоб враги от этого не выиграли! Временами он думал о том, чтоб хранить этот пост до глубокой старости, но здоровье было уже не то, физических сил не хватало… так зачем было тянуть на себе эту работу, да еще и в таком возрасте, когда было нелегко просто доехать до больницы?
– Так, рассказывай, Сергей Владимирович, – сказал он, откидываясь в кресле, – зачем пришел? – Сергею показалось, что он почти подмигнул ему. Алексей Викторович был высоким, статным, и лицо его, несмотря на сухие морщины, бороздившие щеки, веки, скулы и шею, казалось все еще молодым, строгим и сохранившим следы былой красоты. Глаза его под широкими темными бровями были необыкновенно живыми. – Я, кажется, догадываюсь зачем.
– Не может быть, – засмеялся весело Сергей. – Хотя, зная вашу прозорливость…
– Ты уже в курсе всех новостей в отделении, так? – подбодрил его Алексей Викторович.
– Новостей? – переспросил машинально Сергей, даже не вдумываясь в смысл этих слов. – Да нет, я уже давно не в курсе сплетен. Вы же знаете мою ситуацию, я и к родителям переехал, хоть мне это и крайне неприятно…
Тут только Алексей Викторович осознал, что что-то упустил, он перестал смеяться и уже с осторожностью смотрел на подчиненного.
– Дело вот в чем, – продолжил Сергей. – Вы знаете, я искал альтернативные способы лечения аутоиммунных заболеваний…
– Да-да, знаю, – перебил его нетерпеливо Алексей Викторович. Чувствовалось, что он до такой степени не верил в успех его изысканий, что ему было совершенно неинтересно слушать. А ведь он, между тем, был врач.
– И я нашел один аутоиммунный протокол, который показал невероятно высокую эффективность. И он очень прост. Он безопасен. Кажется, все звезды сошлись, это то, что нужно.
– Ну так попробуй его, – скучно сказал заведующий.
– Я пока не могу, дело в том, что в России нет специалистов, работающих по нему.
– Почему? Это настолько новый протокол?
– Да.
– Так а я чем могу помочь? Не будешь же ты лечить сам, не зная протокола!
– Я хочу получить лицензию и сам лечить людей с аутоиммунными заболеваниями.
– Но как получить такую лицензию? – тут только Алексей Викторович встревожился. Казалось, он наконец начал понимать, что дело вовсе не так просто, как могло показаться на первый взгляд.
– В том-то и суть! Мне нужно будет на какое-то время оставить работу. Взять вроде как длительный отпуск за свой счет. Я, видите ли… уеду в Бразилию.
– В… Бразилию? – Алексей Викторович с трудом подбирал слова, настолько неправдоподобно звучало это откровение о путешествии за океан. – Ты… говоришь об этом как о чем-то уже решенном, но разве ты не думаешь… сначала узнать мое мнение?
– А зачем? Я все решил, – Сергей ответил быстро и совсем не то, что думал; он сам не понял, почему так сказал.
– Но ты хочешь оставить работу, а ведь именно сейчас у нас в отделении такие события, мягко говоря, которые не могут отпустить тебя в Латинскую Америку.
– Что за события?
Сергей нахмурился; он с глубоким уважением относился к Алексею Викторовичу и не желал никак подставить или предать его. Если то, что он поведает ему, станет существенной преградой на пути к его цели, пойдет ли он до конца? Или сразу ухватится за проблему в отделении как за возможность оправдать свое бездействие и возможность отложить намеченные планы на сроки настолько отдаленные, что сами эти планы естественным способом померкнут по прошествии времени, а затем никто не вспомнит и не укорит его, тем самым дав ему еще большее оправдание?
– Видишь ли… Я ухожу на заслуженный отдых. Мне не так мало лет, как могло показаться… Два года назад праздновали юбилей, 65 лет… А тебя я рекомендовал главврачу как заведующего отделением. И он уже одобрил твою кандидатуру. Так что ты это зря. Ты уже купил билеты?
Сергей был поражен: так все переиграть, и в такой момент!
– Нет еще, – ответил он, чуть заикнувшись.
– Ясно. Этот метод… протокол… он уже научно доказан?
Сергей не хотел этого вопроса, хотя и ждал его. А все-таки внутренне он был не готов к нему и не знал, какой облик надеть на себя, как костюм, чтобы лучше отразить удар: равнодушие, скрытность, горячность и веру в протокол – что из этого выбрать, он так и не определился, потому случилось то, что случилось. Он стал говорить по наитию, говорить так, как говорил бы другу, который имеет в него больше веры, чем сомнения.
– Понимаете ли, – сказал Сергей, – медицинское сообщество пока не приняло протокол. Но это вопрос времени. Протокол новый, недавно открытый. Ученый, который обнаружил взаимосвязь между лечением и ремиссией аутоиммунных заболеваний, успешно лечит пациентов с самыми серьезными диагнозами. Эффективность крайне высокая.
– Быть такого не может! При столь высокой эффективности он был бы известен по всему миру и исследования велись бы во всех странах.
– Мы этого знать не можем.
– Что ты имеешь в виду? – резко спросил Алексей Викторович. Он не понимал, как можно не согласиться со столь очевидной истиной, как можно было оспаривать то, что знал всякий. Но для Сергея этот постулат не был постулатом, он готов был оспорить любое утверждение, сколько угодно древнее и сколько угодно доказанное. И он, в свою очередь, не мог понять, как можно настаивать на том, чего ты до конца знать не можешь, о чем имеешь представление лишь с чьих-то слов, а сам никогда не испытывал на себе. Потому он стал объяснять своему руководителю:
– Мы не знаем, что необходимо для того, чтобы исследования велись во всех странах. Я имею в виду, что мы не знаем, что конкретно нужно. Удача, финансовая заинтересованность инвесторов, стечение обстоятельств… Бывают успешные исследования даже в сфере онкологии, которые не приводят ни к чему глобальному.
– Ох, – Алексей Викторович вздохнул и с дружелюбной улыбкой посмотрел на Сергея. Казалось, тому не удалось достучаться до него. – Все это похоже на сказку. Сергей Владимирович, ты же знаешь, сколько существует методик лечения различных заболеваний. И они вроде как кому-то помогают. Но вот стоит именно тебе обратиться к ним, как на тебе они чудесным образом не работают.