Ирина Крицкая – Девушка с веслом (страница 5)
Юленька тогда еле дошла до их скамейки в парке под ивой. Молча забрала из рук прячущей глаза Светы сумку, молча повернулась и ушла. А то, что та кричала вслед казалось ей каким-то белым шумом
Глава 7
Голова болела жутко. Юлия Владимировна кое-как сползла со сволочи дюшеса, проклиная того идиота, который придумал этот чертов диван, кое-как доковыляла до стола, поискала воду. Но стол был стерильно чист, белоснежная скатерть лежала снежным полем зимой, аж искрило. Халат напоминал чехол на танк, субтильное тело Юлии им можно было обернуть раза три, она затянула его кое-как поясом, неуверенно взяла колокольчик, стоящий ровно посередине стола, позвонила. Марта возникла сразу, как будто стояла за дверью, ждала.
- Доброе утро, Юлия Владимировна. Жду ваших распоряжений. Душ? Ванна? Бассейн? Чего вам сейчас больше хочется?
Юлия коснулась кончиками пальцев висков, Марта проплыла куда-то в сторону одного из буфетов, открыла дверцу, и что-то там сделала. И вот уже стояла около Юлии, держала в одной руке рюмку размером с наперсток, в ней плескалось что-то красное, а в другой - хрустальный узкий стакан. И в нем тоже была красная жидкость, вернее бордовая, страшная, и с больной головы Юлии показалось, что горничная решила напоить ее кровью.
- Вы только не противьтесь, дорогая. Алкоголя вы не почувствуете, там его капля. Но оживете разом, проверено.
Юлия сейчас, наверное, бы выпила и деготь, только бы эта нудная и мозжащая боль отпустила. Она кивнула, Марта выплеснула одну кровь в другую, жестом фокусника достала откуда-то бутылку с минеральной водой, долила стакан до краев. Протянула.
- А что это? Марта, вы сейчас похожи на ведьму.
Марта улыбнулась, вложила стакан в слабую руку Юлии, качнула головой - пей, мол.
- Не бойтесь, не кровь. Это гранатовый сок, кампари и вейн, водичка. Очень действенно, поверьте.
Юлия залпом выпила. Сразу, конечно, легче не стало, но то, что мозжило начало отступать, сморщиваться, и голова проясняться. Марта забрала стакан, показала глазами на дверь.
- В бассейне сейчас двадцать один градус. Чуть проплывете, я вас завтраком накормлю. Как план?
Юлия плотнее закуталась в халат, покачала головой.
- Нет, спасибо. Я домой. Где мои вещи, и мне нужно такси. И где Наталья?
Марта покорно наклонила голову.
- Без проблем, желание гостьи закон. А хозяйка на работе, ранним утром уехала. Ее такой дозой не пронять, да и дел у нее. А насчет бассейна зря.
Она вышла из комнаты, но быстро вернулась. В руках у нее было платье Юлии - выглаженное, в идеальном состоянии, и явно выстиранное белье.
- Все здесь. Туфли в прихожей и сумка там. Такси будет через десять минут - ехать не близко.
Юлия, одевшись, присела на пуфик. Ее просто глодала одна мысль - но спросить не хватало смелости. Она понимала, что вот сейчас уедет, и так никогда не узнает, того, что мучило ее последние пять лет. Но Марта подошла, села напротив, вгляделась в ее лицо, и глаза у нее были странные - остановившиеся, затягивающие, как у змеи.
- У него, Юлия, мотор заглох на середине реки, и лодка начала пропускать воду. Он кричал, но никто не ответил. А потом - ледяная вода, сердечный приступ, не спасли. Несчастный случай…
Юлия встала, взяла сумку и молча вышла. Такси уже стояло у крыльца.
…
Квартира бабки была похожа на склеп. Крошечная, как пенал, на пятом этаже отвратительного, провонявшего насквозь кошками дома. Внутри тоже пованивало, и даже не поцмешь чем. Чем-то стоялым, нафталином каким-то, грязными половицами, которые бабушка обожала вязать из разорванных на полосы тряпок, старушечьим телом и, что особенно было нетерпимым - канализацией. Юлия закрыла было за собой дверь, но Мария Петровна, та самая с длинным носом, протиснулась в щель, забегала, быстро-быстро заговорила.
- Ты, Юляша, не беспокойся. Квартиру можно отремонтировать, мебель старую выкинуть, пианино продать. И станет свободнее, можно будет дышать. Еще какой ремонт мы с тобой забабахаем - соседи от зависти удавятся. Не плачь, ну что ты.
Юленька кое-как сдержалась, чтобы не зарыдать в голос. Слезы просто обожгли горло, но не вылились, так и остались там, продолжая жечь. Она помолчала, налила из ржавого крана воды, глотнула. И только потом смогла хоть что-то произнести.
- У меня денег нет на ремонт, Мария Петровна. У меня на еду-то их нет. О чем вы.
Старушенция даже подпрыгнула. Она сейчас особенно стала похожа на крыску-Лариску, вернее на гибрид между крысой и ее хозяйкой.
- Как это нет? Ты что? Не знаешь? Сейчас!
Шапокляк Лариска шустро выскочила в коридор, бурча что-то делала в туалете, Юленьке совсем не хотелось туда идти, уж больно воняло. Но старуха уже выскочила, в руках у нее был чемоданчик.
- На! Я думала эта старая дура сказала тебе о нем. А она вон че - брык, откинулась молчком. Тут, думаю, хватит на ремонт. Всю жизнь копила, карга старая, даже в долг не давала. А гляди, пригодилось.
Когда Мария Петровна открыла чемоданчик, у Юлии даже челюсть отпала - столько денег она никогда не видела. А бабка, как ни в чем не бывало, щелкнула замком, толкнула ножкой, затянутой в толстый чулок чемодан в сторонку, сообщила.
- На работу тебе завтра. Будем ездить вместе, тут конечная электрички, даже сможем сесть, ехать не шутка, почти час. Приказ о переводе на вечерний уже есть. А ремонт сделают, есть у меня ребятки. Да там на десять ремонтов хватит.
Юлия долго не могла уснуть. У нее чесалось все тело, она несколько раз включала свет - а вдруг клопы или тараканы. В туалет шла, прикрыв нос надушенным платком, а к утру поняла - в этой квартире она жить не будет.
…
Элеонора - мамин юрист, внимательно глянула на Юленьку, потрогала длинным когтем надутую нижнюю губу, вздохнула.
- Есть у меня риэлтор. И есть условие. Продать эту квартиру, этот хлев в жопе мира сможет только мастер, ее контакты я направо - налево не раздаю. Тебе дам. Условие - мне пять процентов от сделки. Та коза ушлая, она десять возьмет, но без нее ты вечно останешься в том сортире. Звонить?
Юленька глянула на ее шевелящиеся, как розовые пельмени губы и кивнула
- Звоните
Глава 8
В городке, где жила Юлия Владимировна научных учреждений было раз -два и обчелся, плюс пара институтов, в одном из них училась и она, и с десяток училищ. Плюс три дома культуры, театр, ну и так, по мелочи - культура, конечно, была, но не Москва, что уж говорить. Но странным образом к ним в мухосранск затесалось и одно бывшее НИИ, сейчас институт разработки нельзя говорить чего - в нем работал ее отец. Библиотека была одна на весь городок, ею пользовались все - а вот библиотечный день, почему-то, все эти столпы культуры устраивали одновременно, и сегодня был как раз он. У Юлии Владимировны до сих пор на плечах был чугунок вместо головы, но в этот день увиливать от службы было невозможно, тем более, что Марина - ее непосредственный руководитель, заведующая всего библиотечного комплекса отправилась на недельку в Турцию. Весело спихнув на Юлию свое заведование она усвистала, а вот Юлия Владимировна была теперь вынуждена тянуть на себе всю эту бодягу, да еще с такой больной головой.
День тянулся невыносимо. Казалось, что время растянулось, как резиновый шнур плохого качества - тянется, тянется и нет ему конца. Жутко давила горло строгая блузка под горло, а плотные колготки, которые Юлия считала своим долгом носить на работу в любую жару, явно были надеты не на стройную еще задницу, но и на голову - во всяком случае так ощущалось. Очередной раз глянув на часы, на которых стрелка прилипла к одному сектору и отлипать не желала, Юлия Владимировна устало кивнула очередному читателю - приходите, мол еще, налила себе минералки, незаметно швырнула в рот таблетку, села и приняла позу статуи. Как там… Девушка с веслом? Придумал же, гад.
- Юлия? Вы ли? А ведь узнал я вас, вы все так же прекрасны.
С трудом подняв, как Вий тяжелые веки, Юлия Владимировна посмотрела на обладателя веселого, навязчивого голоса. От него у нее тренькнуло в голове, но это не помогло - она его не узнала. Стоял какой-то плешивый, правда высокий, довольно стройный для его возраста, в дурацкой футболке и таких же дурацких джинсах - широких к низу, как трубы. Да еще веревка свисала из под майки, вроде не джинсы, а треники.
- Извините, не признаю. Мы с вами встречались.
Плешивый всплеснул руками, даже присел смешно, поймал ее неприязненный взгляд в сторону его штанов, хмыкнул.
- Вам тоже не очень? Ну вот. Говорил же внуку, не по возрасту мне такие штанцы. А он - надень, да надень, будешь в как его, в тренде.
Юлия чуть потерла пальцами виски.
- Мне нет дела до ваших джинсов, с чего вы взяли. Я просто глянула вскользь.
Мужик присел на высокий стул напротив ее стойки, смотрел, улыбался.
- Я Борис, Юлия. Я работал вместе с Володькой, а потом учился заочно, неужели не помните?
И Юлия Владимировна вспомнила. Ходил все время с Володькой чудноватый парень. Длинный, как хлыщ, старомодно одетый, со смущенным взглядом ярко голубых глаз, молчаливый и скромный. А как Юленька на нем взгляд остановит - краснел. Да так, что веснушки, обычно не заметные, становились похожими рассыпанную по раскаленной сковородке крупу. Юлия нехотя улыбнулась в ответ, от этого движения ей в мозг кто-то влупил раскаленную иглу, вымученно сказала.