Ирина Костина – 10 дней в уездном городе Че. История, которая вполне могла бы произойти (страница 13)
– Анна Яковлевна, я хотел бы задать Вам ещё несколько вопросов. Это очень важно.
– Я устала, – пожаловалась она.
– Тогда я буду вынужден пригласить Вас завтра в полицейское управление.
– Нет-нет. Только не в управление! – испугалась она, – Если дядя узнает, что меня вызывали в полицию, он будет очень зол и отправит меня к отцу!
– А, если я приглашу Вас к себе в гости? – спросил Василий, – Как к этому отнесётся Ваш дядя?
– В гости – это совсем другое дело, – кивнула Анна.
– Вот и отлично. Я буду ждать Вас завтра в половине десятого утра. Надеюсь, Вы уже проснётесь?
– Я с детства просыпаюсь очень рано.
– Замечательно. Я живу в номере…
– Я знаю.
– Откуда? – опешил Аладьин.
– Вы такой смешной, – покачала головой Исупова, – Это уже весь город знает.
Аладьин с Новоселецким возвращались домой далеко за полночь.
– Прислуга клянётся, что никого из чужих в дом не пускали.
– А много у Чикиных прислуги? – спросил Василий.
– Семья Долговых. Жена – кухарка, дочь – горничная. А муж – дворник, при кухне помогает и вообще по хозяйству.
– А как можно попасть в дом?
– Два входа, – пояснил Новоселецкий, – Парадный и через кухню. Парадный за нами закрыл сам Чикин. После нас никто не приходил. На кухне постоянно находилась прислуга. Спрашивается, как чужая девчонка попала в дом?
– Через окно.
– Окна в это время года открытыми не держат, – напомнил Новоселецкий.
– А действовала воровка уверенно, – подметил Аладьин, – Никаких лишний движений. Откуда она так точно знала места, где лежат драгоценности?
– Тоже мне секрет! Зайди в любой дом; все женщины хранят их в ящике комода возле кровати!
– И всё же, это было смело; залезть и ограбить дом, в котором полно гостей. Митрофан Иванович, а ведь это вызов.
– Какой ещё «вызов»? – насупился Новоселецкий.
– Обратите внимание, Своё первое ограбление в нашем городе «Оборотень» совершил именно в том доме и в то время, когда там были полицейский исправник и его первый помощник. Он бросил нам перчатку!
– Иди ты к чёрту со своими аллегориями!
Раздеваясь перед сном, Аладьин уронил жилетку, и из кармана что-то выкатилось. Он наклонился – ах, да! Как же он про него забыл? Камешек из ладони мёртвого Дюрягина.
Василий небрежно положил его на этажерку. И широко зевнул. Какой же был насыщенный день! И сколько осталось вопросов. Впрочем, утро вечера мудренее. Утром к нему придёт Анна Яковлевна. Надо быть выспавшимся.
ДЕНЬ ТРЕТИЙ
Василий проснулся от стука в дверь. На пороге оказалась Тата Дядина:
– Доброе утро, Василий Кириллович. Маменька просит Вас позавтракать с нами. Не откажите.
Он взглянул на часы – девять утра. Проспал! Через полчаса придёт Исупова. И готовый завтрак у Дядиных был бы очень кстати.
– Благодарю Вас. Я буду через пять минут.
Разговоры за завтраком были одни – о вчерашнем ограблении Чикиных.
– Василий Кириллович, это правда, что грабителем был ребёнок? Какой ужас! – закатывала глаза Вера Никитична, – Молочница мне сказала, что кухарка Чикиных проплакала всю ночь; опасается, что Елена Аркадьевна теперь уволит её со всем семейством. А Вы тоже подозреваете слуг?
– Мы пока никого не подозреваем, – уклончиво ответил Аладьин.
– Но ведь попасть в дом воровка могла только через кухню; Парадная дверь была закрыта.
– Я в этом не уверен, – возразил Василий, – В доме было полно гостей. Кто угодно мог спуститься и открыть её.
– Зачем? – удивился Дядин, – Вы подозреваете кого-то из нас в сговоре с преступником?
– Это могло выйти случайно. Если вор пристально наблюдал за домом, то шансом для него была бы оставленная без присмотра дверь даже на полминуты.
– Из нашей семьи никто не отлучался из гостиной, – поспешно заявила Вера Никитична.
– Я спускался вниз за морсом, – возразил Георгий. И заметив испуганные взгляды домашних, возмутился, – Что вы на меня так смотрите? Я не подходил к двери. Я зашёл на кухню. Поболтал с Дуняшей. Она налила морса в кувшин, я отнёс его в гостиную.
– Дуняша, это кто? – уточнил Василий.
– Кухаркина дочь, – пояснила Вера Никитична и гневно поджала губы.
– Георгий Михайлович, а по дороге туда и обратно Вы ничего не заприметили? – спросил Аладьин, – Шаги, шорохи, иные подозрительные звуки?
Тот покачал головой.
– Дуняша на кухне была одна? – уточнил Аладьин.
– Нет. Нина Ермолаевна суетилась у плиты. Муж её Степан был во дворе; он колол дрова.
– А морс был готов?
– Нет. Пришлось сходить в чулан за клюквой.
– И сколько, приблизительно, времени занял у Вас с Дуняшей этот поход? – лукаво подмигнул ему Василий.
Георгий вдруг вспыхнул до корней волос и промямлил:
– Я… не знаю. Минут десять.