Ирина Королева – Гахиджи (страница 48)

– Его зовут Облако, – вдруг раздался голос за спиной. Катерина испуганно обернулась, просыпав сахар из дрогнувший руки.

На дорожке стоял один из вчерашних ухажёров и слегка улыбался: – Да хранит вас всемогущий отец наш! – вежливо поклонился Озахар.

– Да, – ответила Катерина, – оценит он преданность помыслов ваших.

– Как вам спалось после столь насыщенного танцами вечера? – продолжал вежливую беседу мужчина, но Катерина недовольно нахмурила брови, обнаружив, что просыпала всё угощение.

– Нормально, – буркнула она и отряхнула последние песчинки.

Озахар весело улыбнулся и достал из кармана мелкие засушенные абрикосы, напоминавшие скорее мармелад, чем курагу: – На, держи! Облако их очень любит.

Катерина взяла угощение, и они подошли к жеребцу.

– Ой, – воскликнула Катерина, когда конь мотнул головой. – А он не укусит?

– Нет, не бойся. Облако любит хорошеньких девушек, – и Озахар ласково потрепал коня по шее.

Катерина неуверенно протянула руку с лакомством и, улыбаясь во весь рот, зажмурила глаза. Облако, под тихий писк Катерины, взял губами абрикосы.

– Дай еще! – захлопала в ладоши Катерина. – Он такой замечательный! Облако! Ты ведь замечательный, правда? – но Озахар только покачал головой.

– Я думаю ему достаточно. Хочешь покататься?

– Да! Да! Хочу! – обрадовалась Катерина.

Озахар легко вскочил на коня и одним движением усадил Катерину перед собой: – А теперь держись принцесса!

Катерина почувствовала прикосновение широкой мужской груди и оказалась, словно в объятьях. Ей стало немного неловко, но через минуту, когда Гахиджи перешёл в галоп, она уже визжала от восторга. Елене в качестве спутника достался Бомани. Его гнедой конь был одним из красивейших, и она тоже сама его выбрала. Бомани усадил Елену легко и осторожно, но она все равно не получила удовольствия от скачки. Прикосновения Бомани угнетали её по-прежнему. Лошади быстро скакали вперед, легко догоняя и обгоняя, друг друга, стук копыт перемежался с всплесками смеха и победными кличами мужчин, а Бомани вырвался в тройку лидеров. Елена вся сжадась словно пружина, игнорируя смех и крики вокруг. Её мысли занимал только берег. Что там? Что она увидит и что почувствует? Елена затаила дыхание, когда впереди мелькнула полоска серо-синей воды. Даже ноющие мышцы от непривычной скачки перестали болеть. Бомани еще раз пришпорил лошадь и вскоре они оказались на широком берегу покрытым белоснежным песком. Сзади раздавались радостные крики мужчин. Елена грустно вздохнула. Это был не берег, а всего лишь очередной залив, и не такой живописный, как тот, куда водила их Нэйн. Бомани легко спрыгнул с лошади и, обхватив Елену двумя руками за талию, словно пушинку, поставил на песок. Рядом стали спешиваться и остальные пары, заливаясь громким смехом и весельем. Елена осмотрелась. Высокий скалистый берег скрывал просторы океана от их глаз на полтора, два киллометра, в длину и около пятисот метров в высоту. Словно забор, выстроенный для того, чтобы скрыть от них окружающую остров действительность. Но что тогда там? Елена сняла шляпу и нахмурилась. Место, в которое их привезли, было сплошь утыкано разнообразными предметами. Слева к берегу был пристроен небольшой деревянный пирс, а рядом с ним покачивались привязанные тросами лодки. Невысокий сарай, с провисшей на петлях дверью, смотрел пыльными окнами, сквозь которые все же просматривалась разная рыболовная утварь, а на высоких крючках сушились очищенные от водорослей рыболовные сети. Елена вздрогнула от неожиданности, когда к ней подошла Катерина и взяла её под руку: – Как же здесь все-таки хорошо, правда, сестренка?

Елена ей вяло улыбнулась, почувствовав, наконец, как заныли все её мышцы: – Боюсь, что мой зад с тобой не согласиться.

Катерина захохотала и, бегло прижавшись к сестре, побежала в сторону пирса, где столпилась компания. Мужчины разбились на группы и в сопровождении девушек принялись за работу. Акил, Бомани и Озахар стали выносить из сарая мелкие сети, острые длинные трезубцы, сачки и складывать их в лодку. Гьяси, Контар и Паки отправились вдоль побережья собирать моллюсков, а Зубери и Рашиди занялись установкой широкого тента. Остальные повели лошадей на заросшую сочной травой лужайку. Катерина опять подбежала к Елене и потянула её за руку: – Идем скорее, а то в лодке не останется места! – но Елена испуганно посмотрела на воду.

Залив был достаточно глубоким с сильным течением и его серо-голубые воды живо напоминали Елене тот ужас, что она пережила в самолете. К тому же ей дико не хотелось вновь находиться в окружении Бомани. Лодка была слишком тесной, а значит, ей придется опять соприкасаться с Бомани. Это было свыше её сил. Она не понимала, как пережила их совместную скачку на лошади, и повторение было бы сродни самоубийству. Что-то неописуемое происходило с ней, стоило соприкоснуться с этим Гахиджи, дикая боль, отчаяние, черная тоска, все это огромным комом накатывало на неё и ей хотелось кричать, рыдать, впасть в истерику, вырывая волосы на голове. Елена тяжело вздохнула. Она не понимала, что с ней происходило и чем это вызвано и, вообще, терялась, в чем причина, но повторения она точно не хотела.

– Знаешь, я как-то не очень с крабами, – отступила Елена. – Лучше догоню Юлю и помогу им с раковинами.

Катерина нахмурилась, но уступила: – Ладно, тогда я побежала. – Она быстро развернулась и помчалась к пирсу. Озахар стоял возле лодки, когда Катерина подбежала и попыталась запрыгнуть в легкое суденышко, но лодка лишь опасно пошатнулась.

– Тебе помочь? – тут же отозвался Озахар и заботливо придерживая Катерину, шагнул в судно, широко расставляя ноги и ловя равновесие.

Катерина тут же присела на деревянную лавочку и опустила руку в воду: – Какая холодная!

– Здесь сильное течение с моря, – объяснил Озахар. – Поэтому мы можем наловить еще и креветок. Ты их любишь?

– Просто обожаю!

К лодке подошел Акил и придерживая за локоть Марину устроился на соседней лавочке: – Ну что, готовы к отплытию? – Марина слегка покачнулась, и Акил тут же поймал её себе на колени. – А теперь мне наша рыбалка нравиться еще больше!

Марина рассмеялась и, оттолкнув руки Акила села рядом.

– Кто будет грести? – хитро прищурился Акил и Озахар одной бровью шевельнул в сторону пирса.

На свежеструганных досках стоял Бомани и нервно покачивался с пятки на носок. Он провожал взглядом, идущую вдоль берега Елену. Она шла в компании Контара и Паки и чему-то смеялась. Бомани закусил губу. С ним она не была столь раскованной.

– Эй, дружище! – крикнул Акил и Бомани растерянно обернулся. – Нам без тебя будет скучно.

Бомани фыркнул и ступил в лодку: – Лентяи, конечно, вам будет скучно стоять на месте. – Он сел и привычно поправил весла.

– Давай, Бомани, греби, – весело крикнул Озахар и Бомани нажал на весла. Лодка плавно скользнула по течению. Озахар развернул прямоугольный трал с прикреплённой к нему в виде мешка сетью и опустил его в воду по направлению течения. Длинные веревки, которые крепились к тралу, он вручил Акилу.

– Ну вот, – поморщился Акил, – опять мне самое интересное.

– Можем поменяться местами, – ответил ему Бомани, но Акил сразу же отказался.

Акил сел в задней части лодки спиной ко всем и начал выравнивать трал, ловя по течению крупных креветок вперемешку с водорослями. Марина тут же пересела к нему и весело защебетала, расспрашивая о морских обитателях. Бомани направил лодку ближе к берегу и Озахар свесился, освещая фонариком каменистый берег, одел перчатки и приготовил острый трезубец. Катерина тут же свесилась рядом, скинув широкополую шляпу, мешающую обзору.

– Лучше надень, – тут же обеспокоился Озахар, – а то твоя кожа быстро запузырится.

Катерина быстро вернула шляпу на место и покосилась на Озахара:

– А разве не лучше ловить их ночью?

Гахиджи легко дернул плечами: – Можно и ночью, можно и днем, а ты уже ловила крабов?

– Я выросла недалеко от моря и видела, как это делается.

– Хочешь попробовать?

– Нет! – Катерина улыбнулась, округлив глаза. – Не думаю, что у меня получиться, я до жути боюсь их клешней.

Катерина вновь всмотрелась в дно. Лодка двигалась слишком быстро и, ей никак не удавалось ничего рассмотреть под толщей воды, но тут Озахар ловко метнул трезубец и выхватил довольно крупного краба, пробив насквозь его панцирь. Катерина негромко взвизгнула, когда Озахар опустил краба в лодку, но он тут же выдернул трезубец, переложил краба в толстый мешок и вновь вернулся к наблюдению, сжав словно пушинку, тяжелое орудие.

– Как ты его заметил?! – воскликнула Катерина, еще пристальнее вглядываясь в дно.

– У меня хорошее зрение.

– Да и я вроде очки не ношу! – в привычной манере съехидничала Катерина.

Озахар рассмеялся и посмотрел на Катерину: – Просто ты неправильно смотришь. Ты водишь глазами из стороны в сторону, а нужно уметь рассеивать взгляд, тогда можно охватить большую территорию.

Катерина прыснула и скосила глаза: – Я могу только так!

Озахар опять рассмеялся, а Бомани рассерженно фыркнул: – Может, вы делом займетесь, я не собираюсь грести тут до самого вечера. Хотя лодка и сама шла достаточно быстро по течению.

Озахар вновь сосредоточился на рыбалке, а Катерина, сразу заскучав, отсела к другому борту. Она завистливо посмотрела в спины весело болтавшим Акилу с Мариной и, принялась разглядывать мужчин. Гахиджи, безусловно, были тремя лучшими друзьми, это было видно по тому, как они все время держались вместе и постоянно подшучивали друг над другом. Все трое были очень хорошо сложены. Бомани был выше всех ростом, Акил шире их в плечах, с крупными мускулистыми ногами, а у Озахара была тоньше талия, уже бедра и длиннее ноги. Бомани можно было бы назвать самым красивым, за его необычайно зеленые глаза в сочетании с легкой смуглостью и иссиня-черными волосами, но Катерине его красота казалось слишком женственной. Акил был слишком крупным и при каждом его движении мышцы буквально бугрились как у заядлого качка. А вот Озахар был менее накачан. Его мышцы казались гладкими, проступая под золотистой кожей, живот плоским, а ноги сильными. Светло-голубые глаза светились мужеством и всегда смотрели с интересом, а улыбка по-мальчишечьи озорная не могла оставить равнодушным. Сейчас он сидел к ней полубоком, пристально вглядываясь в воду, его светлые волнистые волосы рассыпались по плечам, а рубашка промокла от брызг. Он то и дело стремительно вскидывал руку, и опускал в мешок новых крабов, под нескончаемые подначивания Бомани. Катерина непроизвольно залюбовалась им. Она смотрела, как он ловит крабов, … как вдруг что-то мокрое прикоснулось к её ноге. Она отдернула ногу и увидела краба, вяло ползущего из-за большой раны в панцире и приготовившего свои клешни к атаке. Катерина сильно подскочила, вскрикнула и дернулась назад. Судно качнуло и, потеряв равновесие, она вылетела из лодки и плюхнулась в воду. Марина тоже завизжала. Бомани бросил весла и схватил краба, прижимая его клешни к туловищу. Озахар уже был в воде, бросившись за Катериной. Девушка изумленно выдохнула от прикосновения к телу ледяной воды и на мгновение водяная завеса сомкнулась над головой, быстро подхватив её двойным течением, но сильные руки тут же выдернули её на поверхность. Катерина шумно откашлялась и вцепилась в широкие плечи. Озахар крепко держал Катерину, пока та приходила в себя, и в его глазах притаились смешинки.