Ирина Королева – Гахиджи: «И сойдется непримиримое…» (страница 8)

Голос Натальи продолжал звучать, заглушая все остальные звуки и Делене было спокойно. Она любила эту мелодию, через неё она была будто рядом с мамой и это чувство приносило ощущение счастья. Остров был прекрасен! Но вдруг Делена будто упала вниз. Ощущение «лифта», когда душа не успевает за телом, и восторг от резкого спуска сменились тревогой. Она не упала, но картина острова стала ближе и теперь Делена видела дом. Это был главный дом гахиджи, вот только выглядел он совсем иначе. Вроде те же стены, но только новенькие и крепкие, те же перила и карнизы, только покрытые резными рисунками и свежей яркой позолотой. Широкие окна сверкают чистотой, некоторые открыты и из них льется яркий свет.

Делене вдруг захотелось посмотреть на него изнутри, и она тут же словно влетела в него сквозь стены. Ощущение восторга в смеси с адреналином сопровождалось все той же песнью матери, и Делена полностью отдалась своим чувствам. Она не боялась. Ей было спокойно. Большой зал сверкал особенной роскошью и великолепием. Длинный стол накрытый кружевной скатертью, был заставлен великолепным тончайшим фарфором, резными золотыми кубками и кучей всякой снеди, среди которой особенно ярко пестрели фазаны. Яркие люстры, зеркала, обои и пышные портьеры. Множество элегантно разодетых слуг.

Все это захватило Делену и ей даже показалось, что она слышит их голоса, хотя песнь матери продолжала наполнять все сознание. Неожиданно в зал вошел мужчина и слуги сразу склонились в поклонах-реверансах. На нем были коричневые панталоны, белая рубашка, накрахмаленный шейный платок, коричневый жилет и темно-зеленый сюртук. Его волосы были аккуратно подстрижены, а черты лица казались гордыми и аристократическими. Делена немного приблизилась. Мужчина выглядел очень элегантно, но его лицо вдруг показалось смутно знакомым. Делена изумленно выдохнула. Перед ней было лицо Дэвона! Вот только более взрослое и немного высокомерное. Конечно, это был не он, но все же сходство было поразительным! И тогда Делену словно током пронзило. Это был лорд Бентимор. Теперь она поняла, где находиться, но это открытие не испугало её, песнь Натальи продолжала окутывать словно кокон.

Делена отлетела от мужчины и нахмурилась, пытаясь вернуть способность мыслить.

«Дэвон, потомок лорда Бентимора, но я не знаю Бентимора, а значит все что я вижу… так что же я вижу? Где я?»

Мысли путались, словно в голове вместо мозга находился кисель. Стоило ей чуть задуматься и песнь матери оглушала с такой силой, что все усилия летели прахом. Делена никак не могла поймать нить размышлений и в итоге просто отмахнулась от пустой траты времени. Единственное что она вспомнила, это о жене лорда и огляделась в надежде увидеть высокородную даму, но кроме служанок, женщин в зале не было.

Делена еще раз посмотрела на лорда испытывая странную необъяснимую тоску и резко дернулась вперед. Она вновь задохнулась от восторга, когда её сознание пролетело сквозь другие комнаты и этажи. Все что Делена смогла ухватить вовремя этого перелета, так это множество комнат, украшенных обоями из ткани и разнообразие изящной, но очень старинной мебели, хотя её внешний вид говорил о том, что она будто новая. А еще множество позолоты, до такой степени, что из роскоши она вот-вот готова была перейти в безвкусицу, хотя кто знает, может тогда это было модно.

Делена остановилась и с азартом завертела головой. Её остановкой служила комната. Намного меньшее, чем зала помещение, но тоже очень большое для обычной спальни. Огромная кровать, покрытая воланами тюли, стояла в центре помещения. Возле стен широкий шкаф, стол с тазом и кувшином, обшитая кружевной тканью ширма, большой горящий камин, другая мебель, какие-то сундуки, красивый католический крест на стене, подсвечники и две двери, одна в коридор, а другая в комнату горничной. Делена торопливо огляделась и сосредоточила внимание на женщине, которая лежала на кровати под слоями белоснежной сетки. Маленькая щуплая фигурка свернулась калачиком на шелковых простынях. Её слегка розоватая батистовая сорочка выглядела совсем по-детски, хотя это маленькое тело принадлежало уже женщине. Она пошевелилась и еще сильнее обхватила себя руками. Делена приблизилась и нырнула под балдахин.

Женщина была очень худой, что просматривалось под прозрачной сорочкой и её глаза пылали сильной злобой. Она постоянно ёжилась, хотя в комнате было очень жарко и тихо подвывала. Складывалось впечатление, что женщину мучает лихорадка, но простыни были сухими, а мучительно ненавидящий взгляд слишком ясным. Делена еще приблизилась. Ей вдруг стало безумно жалко это явно страдающее создание, но её порыв перебил громкий стук в дверь. Женщина резко села на кровати, поправила кружева сорочки и спокойным властным голосом разрешила войти. Делена еще чуть отлетела и с изумлением посмотрела на женщину. Все недавние ужасы, одолевавшие её, будто испарились. Теперь перед ней была скучающе-равнодушная царица.

– Да-да войдите! Это ты, Тики?

Дверь отварилась и Делена увидела слишком поспешно вбежавшего лорда. Его безупречно-элегантный вид вызвал у женщины словно оскомину, но она тут же исправилась и мило улыбнусь.

– Ах, это вы, муж мой? Как же обидно, я так ужасно выгляжу, совсем не причесана!

– Нет, нет! – слишком резко возразил лорд и схватил женщину за руку. – Миледи вы слишком очаровательны, чтобы случайно растрепавшаяся прядь могла испортить вашу красоту, – лорд с пылом прижался губами к вялой кисти и жадно посмотрел на женщину. – Я люблю вас дорогая моя супруга! – лорд страстно рванул вперед и прижал к себе хрупкое тело.

Женщина в ответ только единожды содрогнулась и тут же обмякла под натиском мужа.

– Как же я вас люблю! – продолжал бормотать лорд, покрывая её лицо поцелуями. – Вы подарили мне сына, моего наследника, мою кровь! – Бентимор схватил жену за затылок и прижался жадным поцелуем. – Я видел доктора, – бормотал он сквозь поцелуи, – он сказал, что три дня достаточно для ваших родов чтобы я мог вернуться в вашу постель!

Делена поморщилась от этих слов, но не сдвинулась с места. Она видела мелькнувшее на лице женщины омерзение и не могла понять, как лорд этого не видит. Женщина тем временем опять послушно сдалась и лорд, продолжая бормотать слова любви начал срывать с себя и супруги одежду. Вскоре на постели остались только обнаженные тела обоих. Делене было дико неловко, но она никак не могла удалиться как это получалось раньше. Она словно мотылек в банке билась о преграды, но оставалась в зоне ограниченной москитной сеткой. Лорд, словно обезумевший ласкал жену с такой страстью, что Делена сама начала чувствовать возбуждение, но женщина не реагировала. Она безразлично смотрела в потолок и только её черные глаза горели странной злобой, а обессиленные руки поникли словно плети.

Делена перестала метаться и посмотрела на женщину. Лорд лежал сверху между раздвинутых ног жены и его ягодицы с силой ритмично двигались между ними. Его тело покрылось потом от возбуждения, а женщина продолжала лежать безучастно и с ненавистью сверлить потолок. Делена ужаснулась. Как он не видит, что происходит с его любимой? Но лорд уже слез с жены и смачно поцеловав супругу начал одеваться. Его столь элегантный и слащавый вид уже начал вызывать в Делене тошноту, но её опередила эта хрупкая женщина. Бентимор после акта любви быстро ушел, а женщина, рванув к медному тазу содрогнулась и начала исторгать остатки пищи из желудка. Делена видела, как та рыдала, била худенькими кулачками по кровати и выла, но посочувствовать ей помешал очередной стук в дверь. Женщина вновь приняла равнодушный вид и гордо пригласила стучавшего. В комнату вошла смуглая девушка со свертком в руках и присела в неловком отвратительном реверансе.

– Тики? – гордо произнесла женщина. – Почему ты опоздала?

Девушка тут же вспыхнула ярким румянцем, что, казалось бы, должно избавить её от объяснений, но женщину это не остановило.

– Ты дрянь! – голос госпожи сошел на визг. – Или ты думаешь, что твой господин одобрит то, что ты моришь его сына голодом?

Тики тут же рванула вперед и положила возле госпожи сверток. Ей нечего было ответить. Она заслужила бы выговор и за то, что вошла не вовремя от господина и сейчас от госпожи. Женщина тут же послала девушку вон и после того, как закрылась дверь посмотрела на ребенка. Её сын, маленький младенец, мирно спал, но женщина не чувствовала к нему любви или хотя бы обычного умиления. Перед ней лежали оковы, которые она могла оставить навечно и умереть от горя и отвращения или оборвать и получить долгожданную свободу.

Женщина медленно потянула подушку продолжая всматриваться в красное немного припухшее лицо младенца, ей нужно было срочно сделать выбор. Она боялась, а ведь Ихотеп сказал, что ребенок ничего не почувствует, но только если не затягивать, а уже прошло целых три дня. Нужно срочно решаться. Женщина опять замялась. Она прикрыла глаза вызывая в памяти похотливые прикосновения лорда и тихонько заскулила. Делена вновь заметалась возле кровати. Ей хотелось вмешаться, закричать, вырвать из рук этой женщины младенца, но она не могла сделать ни того ни другого. Наталья запела с оглушительной силой, взрывая барабанные перепонки, а женщина тем временем опускала подушку на безмятежно спящее личико младенца.