Ирина Кореневская – Качели времени. Симбионт (страница 2)

Мало того, что меня пытаются убедить в том, что будто бы приключения – это не так здорово, как мне кажется, так еще и опекают все кому не лень! До недавних пор, пока младший брат моей матери не стал отцом, у Оникса не родился сын, и Лия с Майклом не обзавелись дочкой, я была самой мелкой. И все многочисленное семейство постоянно надо мной тряслось. Это значит, что за мной в десять глаз смотрели три брата: родной Оникс и двоюродные Том и Гек, а также двоюродная сестра Лия. И это только наше поколение!

Мама с папой, понятное дело, дядя Оксинт, который близнецов и Лию уже вырастил и, наверное, не знал, чем ему еще заняться. Дядя Антей, который к тому моменту еще не обзавелся сыном, Майкл – он мне тоже дядя. А еще трое дедушек, четыре бабушки, прабабушки с прадедушками… В общем, без присмотра и опеки я никогда не оставалась. Поэтому, наверное, когда встал вопрос, где я буду углубленно изучать специальность пилота, я почти без раздумий умотала на Нибиру, подальше ото всей родни. А то я так никогда самостоятельной единицей общества не стану, хотя уже пора.

Даже удивительно, как меня отпустил весь наш табор. Правда, родители пытались уговорить подождать и пока учиться дома, на Эдеме, напирая на значение моего имени и приводя еще какие-то аргументы. Но вот дедушка Иксион их переубедил, за что ему спасибо огромное. И три месяца назад я наконец-то вылетела из родного гнезда в прямом смысле слова – на звездолете. Теперь мотаюсь туда-сюда каждые десять дней, но мне это даже в радость. Успеваю соскучиться по родным, потом отдохнуть от них, да и практика в пилотировании лишней не бывает. И потом, я и правда верю в то, что на просторах космоса действительно найду свое приключение. А человек – это то, во что он верит. Так любит повторять бабуля-Хронос.

Глава вторая. Приключение начинается?

Правда, та же бабуля тоже придает огромное значение толкованию имен. А на мой взгляд, это полная ерунда, из-за которой, напомню, меня едва дома не оставили. И что с того, что у всей нашей родни значения имен оправдывают их жизнь или характер? Это говорит только о том, что у их родителей интуиция развита и они знали, как называть детей.

Меня вот нарекли Гертрудой. У этого имени аж три значения. Первое – любимая. И это правда, меня все просто обожают. Второе – нуждающаяся в защите и я готова с этим поспорить! Хоть я и самая младшая, да и по комплекции субтильная, как большинство эдемчан, в глаз могу заехать так, что из второго искры полетят. У меня прадедушка и дедушка принадлежат к касте воинов и с удовольствием тренируют младшее поколение. Вот и меня тоже научили за себя постоять.

Однако родители это второе значение использовали в качестве аргумента, чтобы удержать меня в пределах родной планеты. Тут-то я от Иксиона и узнала о том, что имя мое имеет третье значение.

– Прежде чем вы запрете девчонку в комнате до тридцатилетия, вспомните, что ее имя значит еще и «сильное копье». – порадовал он нас тогда новым откровением.

– Это ты к чему, пап? – удивленно спросила мама.

– Да к тому, детка, что сильное копье далеко летит и обязательно поражает цель. Не надо за Труди бояться, она вполне себе боевое копье, в духе рода.

– Но сильному копью нужен грамотный копейщик. – попробовал возразить папа.

– А разве вы ее плохо направляли? – хитро прищурился дед. – И потом, дочка, ты сама с четырнадцати лет требовала относиться к тебе как ко взрослой, если мне не изменяет память. А Труди уже шестнадцать.

Я тогда во все глаза уставилась на маму. А она-то мне говорила, что даже возразить родителям не смела до восемнадцатилетия! Ай-яй-яй! Разговор в тот раз, помнится, маменька быстро свернула. И уже через пару дней позволила своему драгоценному копью учиться на другой планете.

И все равно, я считаю, что все эти значения имен – полная чепуха. Тем более в разных языках они и означают разное. Вот взять хотя бы меня или Лию. Ее имя, например, означает одновременно и горную козу, и королеву – в разных языках, разумеется. Впрочем, ей оба варианта подходят. Она и скакала всю юность, как коза, и вышла замуж за сына Хроносов. Ну чем не королева?

– Гертруда, помой посуду. – вторгся в мои мысли Виатор.

Скрипнув зубами, я убрала тарелку и чашку в посудомойку. Честное слово, ИИ хуже родителей! Я и сама бы когда-нибудь вспомнила о том, что в камбузе надо прибраться.

Вернувшись на капитанский мостик, я уселась в кресло, вывела звездолет из дрейфа и вернулась на прежний курс. Потом проверила показания приборов. Система автоматически показала мне карту, но я на нее даже не посмотрела. И так знаю, что сегодня пройду еще три парсека, потом снова задрейфую в космосе на ночь. Вообще тут всегда ночь, но я имею в виду ту, которая наступает согласно моим биологическим часам. А утром посижу за штурвалом еще пару часиков – и вот я уже на Нибиру.

Вдруг замигал бортовой арновуд и из динамиков раздался легкий шелест. Неужели родители дозвонились до меня в космосе? Это сложно и, чем дольше я от родной планеты, тем труднее им мне позвонить, так что в пути мы в основном обходимся текстовыми сообщениями. Но иногда сигнал пронзает пространство, правда, качество связи не самое лучшее.

– Прием! – сказала я, активируя входящую линию.

И только тут поняла, что вижу на дисплее не наш домашний номер с межгалактическим кодом, а какой-то непонятный набор значков и символов. Это более чем странно! Все планеты, которые уже вышли в космос и стали членами межгалактического сообщества, давно пришли к единой алфавитной и цифровой системе и универсальным номерам, чтобы общаться между собой в космосе. Но знаки, которые я сейчас наблюдаю на мониторе, в нашу азбуку не входят и непонятно даже, что они означают!

Из динамиков вдруг послышалось постукивание. Три быстрых легких удара, потом три посильнее и с паузами между ними, потом снова три быстрых… Да это же морзянка и кто-то сейчас посылает СОС!

Поняв, что слышу сигнал о бедствии, я даже вскочила. Но потом села обратно, глубоко вдохнула-выдохнула и взяла микрофон. Надо наладить связь с тем, кто просит о помощи! Я простучала в ответ прием и спросила, тоже азбукой Морзе, возможно ли голосовое общение с терпящими бедствиями. Получив утвердительный ответ, я произнесла приветствие на универсальном языке, но получила за это из динамиков лишь непонятный набор звуков.

Впрочем, непонятным он показался только в первое мгновение. Потом мозг обработал информацию и настроился на новый для меня язык. Я полиглот, как и многие в нашей галактике, но благодарить за это надо не меня, а деда Иксиона и бабулю-Хроноса Сашу. Они изобрели на основе какого-то растения таблетки и прививки, которые помогают понимать все услышанные языки и говорить на них4. Вот и сейчас мой мозг быстренько настроился на незнакомое раньше наречие и теперь я могу поговорить с тем, кто послал сигнал бедствия. Хорошо, что языковая система у гуманоидов, как правило, схожа. Это-то и позволяет действовать препарату, который лично я с удовольствием сжевала еще когда мне было всего пять лет.

Я знаю, что изобретение дедули и двоюродной бабули имело в свое время оглушительный успех и многие из межгалактического сообщества с радостью им воспользовались. Но знаю также и тех, кто отказался. Например, Том и Гек – они предпочитают, видите ли, учить языки естественным путем! А я считаю, что это напрасная трата времени. Вполне можно изучить и что-то другое, а не тратить годы там, где можно сэкономить свои ресурсы. И вот очередное подтверждение того, что я права. Если бы не чудо-таблетка, пришлось бы перестукиваться с неизвестными, ведь их язык сильно отличается от известных мне. Стоп. А откуда они тут вообще взялись?

Нынешний отрезок пути мне очень хорошо известен, все же я тут постоянно летаю. И знаю, что никаких обитаемых планет поблизости нет. Летательных аппаратов я тоже не наблюдаю. Но я-то ладно, человеческий глаз хоть и уникальная система, но отнюдь не совершенная. Однако радары тоже не засекли постороннее присутствие. Кто и где тут прячется? И зачем прячется? Хотя зачем – можно понять, раз уж кто-то попал в беду. Может, на людей напали, вот они и скрываются. Впрочем, чего гадать – сейчас все узнаю.

– Помогите. – услышала я высокий женский голос. – Я не понимаю, что вы говорите.

– Прием. – ответила я. – Теперь вы понимаете меня?

– Понимаю! Помогите мне, пожалуйста! Я здесь совсем одна и боюсь, что…

Вдруг связь прервалась. Я спохватилась и потянула на себя штурвал. Пока мы говорили, корабль продолжал движение и, вероятно, удалился от местонахождения моей собеседницы, вот сигнал и пропал. Надо вернуться обратно и помочь девушке! Судя по голосу, она моя ровесница, а может быть, еще младше.

Наконец, я вернулась в ту же точку, где со мной связалась неизвестная и стала вызывать ее. Но тщетно. Может, она тоже находится в корабле и успела куда-то улепетнуть? Тогда я даже не знаю, как быть. Приборы по-прежнему не видят других звездолетов, и не могу же я гоняться за ней по всей Вселенной, чтобы помочь?!

– Помогите! – вдруг ожил в динамиках тот же голос.

– Прием! – радостно ответила я. – Борт 9082, Эдем, пилот Архимеди на связи. Доложите, что у вас произошло.

– Все спят. Все вокруг спят, я тут одна, скоро сойду с ума от одиночества. Я никого не могу разбудить. Помогите…