Ирина Комарова – Пятница, тринадцать ноль-ноль (страница 78)
– Но как же, ведь я…
– Не смей! – повторил Ганц и снова обратился к Жонглеру: – Значит, или ты сию секунду исчезаешь, или я сейчас, собственными руками, сломаю тебе шею. В порядке самообороны. Что выбираешь?
– Дай… вздохнуть…
– Без проблем, – согласился Ганц, чуть-чуть ослабляя хватку. – Вздохнул? Теперь говори, что решил?
– А ты… как… думаешь? – смешок Жонглера больше походил на кашель.
– Я не сомневался, что мы договоримся, – Ганц скатился с неподвижного тела, отполз в сторону, опираясь только на левую руку. Правая практически не действовала, рукав почернел от крови.
Жонглер встал на ноги, отряхнулся, посмотрел сверху вниз на Ганца и спросил:
– А деньги? Что с авансом делать?
– Отдай в сиротский приют, – зло ответил Ганц. – Ты уберешься отсюда, наконец, или хочешь непременно Лэрри дождаться?
Жонглер хмыкнул и, не тратя времени на прощальные слова, отступил назад. Через секунду он скрылся в темноте.
– Ты сошел с ума, – констатировал Пироман, наклоняясь к Ганцу и помогая ему подняться. – Ты ему поверил. Действительно, поверил.
– Отстань, – Ганц тяжело оперся на него и сделал неуверенный шаг. – Голова кружится.
– Конечно! Он же тебя чуть не убил! Нет, ты кому поверил, убийце?
Ганц остановился, внимательно, без улыбки, посмотрел Пироману прямо в глаза.
– Ты забыл одну маленькую, но существенную деталь, мой огнеопасный друг. Я тоже убийца. И наши с Жонглером разборки – исключительно внутреннее дело. Ты все понял?
Пироман отвел глаза, проворчал недовольно:
– Пошли обратно. А то кровью здесь истечешь.
– Ты меня понял? – снова спросил Ганц, не трогаясь с места.
– Да понял я, понял все! Пошли, зануда.
Таффи стоял на том самом месте, где их с Пироманом застало нападение, послушно держал щит и страдал. Ну почему в последние дни вокруг него все время что-то происходит? Погони, схватки, ножи какие-то летают над головой чуть не каждый день… В конце концов, он хоть и магистр, но технической магии, понятно вам?! Не воин-маг, а обыкновенный технарь, и ему все эти приключения…
Ганц и Пироман показались из-за угла, Таффи просиял было, и тут же, увидев окровавленный рукав, испуганно вскрикнул. На взгляд Ганца, несколько громче… гораздо громче, чем требовалось.
– Ну что ты орешь? – свистящим шепотом спросил он и остановился, прислонившись к стене. Постоял несколько секунд и, отцепившись от Пиромана, устало сполз на пол, добавив укоризненно: – Сейчас же все сюда сбегутся.
Разумеется, первой появилась Арра. Бросив беглый взгляд на Пиромана с Таффи, девушка присела рядом с Ганцем.
– С тебя вообще ни на минуту нельзя глаз спускать! – она осторожно разорвала рукав, посмотрела на рану, качнула головой. – Клинок-то хоть чистый был?
– Наверное…
Арра подержала ладонь над его плечом, полюбовалась окутавшим пальцы голубым сиянием:
– Чистый. Сейчас я тебя…
– А ну-ка, девочка, посторонись, – гроссмейстер Пьелуджио коснулся ее плеча. – То есть, не девочка, а стажер Даман, разумеется. Да ты не сомневайся, все-таки я поопытнее тебя в таких делах буду.
– Извините, – Арра покраснела и отодвинулась в сторону, присоединившись к забившей коридор толпе.
Гроссмейстер склонился над Ганцем, присвистнул презрительно:
– И всего-то делов? Постарел ты, бродяга, здорово постарел, если тебя такие пустяки с ног валят.
Он вроде бы и не делал ничего: болтал себе весело, прищелкнул пальцами, пару раз подмигнул… а рана на глазах затянулась, превратилась в тонкий розовый шрам.
– Прекрасно, – гроссмейстер Пьелуджио выпрямился и отряхнул руки. Можешь вставать, симулянт.
– Спасибо, – вздохнул Ганц, поднимаясь.
– Что, предпочел бы валяться сейчас без сознания? – хохотнул гроссмейстер. – Не выйдет, мой дорогой, придется отвечать на вопросы. Итак, признавайся, с кем не поделил конфетку?
Ганц поморщился, но ответил честно:
– Здесь был Жонглер.
– Жонглер? – Лэрри не слишком почтительно растолкал гроссмейстеров, вышел вперед, показал Ганцу подобранный с пола метательный нож. Пироман огляделся, нашел около стены второй клинок, окровавленный. Поднял и молча протянул командиру. Лэрри взял нож и повторил возмущенно, – Жонглер?! И куда он девался? Ты что, не сумел с ним справиться? – не дождавшись ответа, он обернулся к Пироману: – Вы вдвоем не сумели справится? Макс?!
Пироман молча опустил голову.
– Парень здесь ни при чем, – хмуро проворчал Ганц. – Это я его отпустил.
– Отпустил, – заинтересованно уточнил гроссмейстер Людвиг, пока Лэрри, потерявший от ярости дар речи, хватал ртом воздух, – или не сумел удержать?
– Считайте, как хотите, – Ганц глянул на гроссмейстера исподлобья. – Мне все равно.
– Все равно! – взорвался Лэрри и взмахнул ножами. – Ты держал Жонглера в руках и отпустил его, просто потому, что тебе так захотелось! Это же убийца!
– А я кто, по-твоему? – не выдержав, рявкнул Ганц. – Мы с ним одного поля ягоды, забыл? Тогда уж арестовывай сразу и меня!
– Ганц, ты с ума сошел, – схватила его за здоровую руку Арра, – перестань!
– И арестую! Пособничество преступнику – тоже преступление! – продолжал бушевать Лэрри.
– Да, пожалуйста, да сколько угодно! Лучше я в тюрьме сгнию, лучше на виселицу, но ты не дождешься, что я буду…
– Прекратите истерику, молодой человек, – поморщился гроссмейстер Элдон. Он говорил негромко, но так внушительно, что Ганц сразу замолчал. – И вы, Огюстен, перестаньте махать руками, это неуместно.
– Да уж, вы оба ведете себя на редкость вульгарно, – поддержал его гроссмейстер Мартисс. – Из-за чего столько крика? Ну, Жонглер, ну подумаешь… если я правильно понял, он не собирается причинять нам больше никакого беспокойства, не так ли, Ганц?
– Не собирается.
– Это ты так считаешь, – возразил Лэрри, но уже без прежнего запала.
– Ну-у, Огюстен! – гроссмейстер Пьелуджио укоризненно покачал головой. – Думаю, Ганц вполне компетентен в этой области, и его мнению можно довериться.
– Да уж, он настоящий эксперт, – сердито фыркнул Лэрри. – Вот только кто…
– А ну, тихо! – вдруг подняла руку Арра. Все замолчали, не столько повинуясь неожиданному приказанию, сколько от удивления. А она, уставившись невидящим взглядом в стену, замерла на секунду, потом сообщила высоким, напряженным голосом: – Он вернулся. Он здесь.
– Кто? – спросило сразу несколько голосов.
– Да этот же! Гроссмейстер Ристен!
– Но это невозможно, девочка, – ласково покачал головой гроссмейстер Пьелуджио, – мы ведь не снимали блокаду. Тебе показалось.
– Он здесь, – упрямо качнула головой Арра. – Рядом.
И вдруг глаза ее расширились от ужаса:
– Усилитель Заклинаний!
Действительно, вот уже сколько времени, все они – гроссмейстеры, маги, Осы – толпились здесь, в коридоре. А Усилитель Заклинаний остался без охраны! Ах да, там, кажется еще и Джузеппе, но что может сделать один, да еще не восстановивший окончательно свои силы магистр, против гроссмейстера? Точно такой же, как на крик Таффи, бестолковой толпой, все рванулись назад, в Зал Совета.
Джузеппе оглянулся на тихий шорох. Все это время, он не сводил взгляда с двери в коридор и, как оказалось, совершенно напрасно. Отъехала в сторону потайная раздвижная дверца, и в зал шагнул невысокий плотный человек. Прищурившись, он оглядел магистра, брезгливо скривил губы:
– Магистр Трио, если не ошибаюсь?
– Не ошибаетесь. А с кем имею честь?
– Зачем же притворяться, магистр! Вы меня узнали.