Ирина Комарова – Прощай, молодость! (страница 24)
В общем, как охранник, Понтонор был подготовлен не хуже других. И в данный момент он испытывал одну единственную сложность: для того, чтобы охранять клиента, нужно чтобы этот клиент был, как минимум, поблизости. А в данный момент, никого, похожего на Реджинальда Хокка в пределах прямой видимости не наблюдалось. Для полной уверенности, Понтонор прошелся по кабинету. Да, никаких сомнений адвокат отсутствовал.
Ничего страшного, это даже на мелкую неприятность не тянет. Всего лишь, досадная задержка. У демонов есть свои способы поиска клиента во времени и пространстве. Собственно, можно было настроиться на Хокка еще в кабинете Минисиаха, и прибыть сразу в нужную точку Сельна, но на таком расстоянии это требовало значительного усилия. А зачем напрягаться, когда можно без затей, по накатанному, так сказать, пути, перенестись в дом клиента и уже оттуда, находясь в непосредственной близости, без труда отыскать «подлежащее охране тело».
Понтонор сосредоточился и быстро просканировал весь дом. На кухне возится Никкель, сосредоточенно занимаясь салатом сложной конструкции, с пряным острым соусом. Демон расширил сферу поиска и через пару секунд удовлетворенно кивнул головой. Вот он, господин Хокк, стоит на улице, печально оглядываясь по сторонам. И чем же это он так огорчен? А, понятно. Притомился бродить по этой деревне, хочет присесть где-нибудь, в тенечке, горло промочить, а трактир найти не может. До чего же беспомощные существа эти туземцы – самые простые вещи у них полный ступор вызывают! Ведь этот трактир у него буквально за спиной, всего-то и нужно, что повернуть направо, пройти мимо трех домов, снова направо, еще четыре дома… впрочем, что это он сам себе объясняет? Доставить жаждущего клиента в питейное заведение – это тоже можно рассматривать, как один из вариантов его спасения.
Короткий выдох, щелчок пальцами и вот Понтонор уже легко стучит Реджинальда указательным пальцем по плечу:
– Господин Хокк!
– О-о! – Реджинальд на мгновение замер, потом обернулся и недовольно поморщился. – Ах, это вы, господин Понтонор. Понятно.
– Что именно вам понятно? – младший демон был несколько разочарован. Конечно, он вовсе не настаивал на воплях ужаса и обмороках, но клиент мог проявить чувства и более щедро. Такое умение держать себя в руках граничит с бессердечием. А равнодушные и бессердечные клиенты, как известно, самый сложный для работы контингент.
– Понятно, что вы успели пообщаться с господином Минисиахом и выработали совместный план действий. Я вас внимательно слушаю.
– Э-э… а что это мы на улице топчемся? Может, пройдем в трактир?
– Вы уверены, что таковой здесь имеется? – Реджинальд обвел сердитым взглядом, стоящие по обе стороны дороги опрятные домики.
– Не стоит село без питейного заведения, – снисходительно усмехнулся Понтонор. – Прошу за мной.
Вскоре они уже входили в не слишком просторный зал, заставленный столиками. Хозяин, вот уже два часа развлекающий себя перестановкой бутылок на полке-витрине, встретил их появление с большим энтузиазмом. На самом деле, трактир вовсе не страдал от отсутствия клиентов. Просто поток жаждущих, в течение суток, распределялся крайне неравномерно.
Поутру – несколько посетителей, которые просто не успели добраться до дома после вчерашней вечерней прогулки и предусмотрительно запасались живительной жидкостью, чтобы скоротать время до вечера нынешнего.
Ранних пташек сменял жидкий ручеек философски настроенных поселян, осознавших в момент пробуждения все несовершенство мира и желающих исправить, если не сам этот мир, то хотя бы, свое отношение к нему, полностью иссякавший к полудню.
С полудня и до шести вечера время было мертвое. Разве что, по дороге с рынка, заглянет служанка из большого дома – купить бутылочку портвейна по просьбе старшего дворецкого, да какая-нибудь придирчивая хозяйка захочет лично выбрать херес к семейному обеду. Еще можно рассчитывать, что забежит мальчишка, заслуживший примерным поведением пакетик леденцов, или зайдет местный священник. Посещение прихожан – занятие довольно утомительное и священник не пренебрегал возможностью выпить стакан сухого вина, в тишине и покое. К сожалению, сей достойный муж обходил свои владения далеко не каждый день, да и мальчишки не отличались примерным поведением.
Зато вечером трактир наполнялся очень быстро. Одинокие мужчины предпочитали съедать свои холостяцкие ужины в приятной компании, женатые спасались от назойливого внимания жен, старики, неторопливо отхлебывая пиво, делились впечатлениями о подрастающем поколении, молодежь непочтительно отмахивалась и пила вино, громко обсуждая достоинства женской половины населения деревни (представительницы которой, даже самые храбрые, после шести вечера, носа в трактир не совали).
В зависимости от времени суток, а точнее, от количества посетителей, этому времени суток соответствующему, менялось и настроение трактирщика. Ранним утром, еще зевающий, он был, в лучшем случае, профессионально вежлив, а вечером, ловко жонглируя бутылками, кружками и стаканами, сыпал не слишком приличными шуточками и позволял себе снисходительно покрикивать на облепивших стойку завсегдатаев. Но в середине дня, изнывая от безделья, с каждым, кто заглядывал в его заведение, бармен был безупречен. Любой, кто открывал дверь трактира, автоматически становился его самым дорогим и желанным гостем.
Хозяин лично сопроводил Хокка и Понтонора к столику у окна, несколько раз заверив, что именно этот столик в его заведении «самый лучший, для благородных господ» и, дождавшись, пока «благородные господа» устроятся, угодливо изогнулся, изображая большой вопросительный знак:
– Что прикажете? Желаете покушать? Или только выпить?
– Только выпить, – Понтонор сделал небрежный жест рукой. – Пиво есть?
– Лучшие сорта! Желаете темное или светлое, полегче или, наоборот, чтобы в голову ударяло?
– В бутылочках?
– Почему в бутылочках? – даже немного обиделся трактирщик. – У нас все по старинному обычаю, как еще при прадедах заведено было. Бочковое.
– Хм, бочковое, – Понтонор, с видом знатока, почмокал губами. – Тогда, пожалуй, сделаем так… – он глубоко задумался.
Трактирщик слегка подался вперед и тихо, почти интимным шепотом, намекнул:
– Лично я рекомендую темное. Не сомневайтесь, вам понравится. То есть, если, конечно, вы не любитель того, что полегче.
– Темное? – вопросительно поднял бровь Понтонор.
– Именно так. В темном, я бы сказал, больше смысла.
– Ну что ж, пусть будет темное. Большую кружку. А вы, господин Хокк?
Реджинальд, недолго поколебавшись, остановил свой выбор на охлажденном белом вине.
Не прошло и минуты, как они уже дегустировали напитки, а хозяин снова занялся бутылочно-дизайнерскими изысками, краем глаза поглядывая на посетителей.
– Неплохо, – сказал Хокк, сделав первый, небольшой глоток. – Весьма неплохо. Даже не ожидал, что в такой глуши можно рассчитывать на заведение с достойным погребом.
– И пиво вполне приличное, – Понтонор облизнул губы. Поднял кружку, посмотрел на свет, перевел взгляд на огромную, занимающую весь угол трактира бочку и ухмыльнулся: – Темное, значит. По старинному обычаю. Ну-ну.
– Белое вино, – Реджинальд снова пригубил из своего бокала и прикрыл глаза. – Если бы вы знали, сколько лет я даже не пробовал белого вина. Врачи говорят, что для здоровья полезнее красное.
– Так в чем же дело? – коротко хохотнул демон. – Что вы его лижете, как котенок? Можете выпить этот бокал, да еще и пару дюжин вдогонку и, поверьте, печень не будет вас беспокоить!
– Хорошее вино требует уважения, – в голосе Реджинальда неожиданно проявились сварливые нотки, характерные для семидесятипятилетнего адвоката Хокка. – Его нельзя хлестать бокалами, это вульгарно и бессмысленно. Хорошее вино нужно смаковать.
– Как знаете, – не стал спорить покладистый Понтонор. – Я-то, честно говоря, по вину не специалист. Я больше по пиву, – он снова покосился на бочку и ухмыльнулся. – Вот в пиве я разбираюсь.
– А что, у вас этот напиток тоже популярен? Я имею в виду, среди сотрудников «Ад Инкорпорейтед»? Ведь насколько я понял, вы имеете доступ к самым разнообразным мирам и ваши возможности, – он прервался на секунду, чтобы смочить вином губы, – не ограничены.
– У нас разные напитки популярны, – дипломатично ответил Понтонор. – А что касается разнообразных миров… вы поверите, если я скажу, что среди них нет ни одного, где не варили бы пива? Светлое или темное, крепкое или слабое, душистое или без запаха, вкусное или отвратительное – но пиво является величиной постоянной. Поверите?
– С трудом. Я, конечно, не романтик, но пиво в качестве всеобщей мировой константы? Мне кажется, что это не самая достойная характеристика для нашего мира, да и для всех остальных тоже.
– Считаете, если бы такой константой оказался коньяк или яичный ликер, то это было бы более достойно? – ехидно спросил Понтонор.
– Я вообще не говорю о выпивке. И о закуске тоже. То общее, что объединяет людей из разных миров должно проявляться… – Реджинальд вдруг осекся, и глаза его округлились: – Минуточку! Но как же так?! Разве вы можете так выглядеть?
– Э? А что со мной не так? – благодушно поинтересовался Понтонор.
– С вами все не так и вы это прекрасно знаете! Вы выглядите, как… как… как черт!