Ирина Комарова – Дивная золотистая улика (страница 38)

– Ты все поняла?

– Могу повторить, – проворчала я. – Хочешь подряд, хочешь в разбивку. Гошка мне подобные лекции два раза в неделю читает, по вторникам и четвергам.

Виктор неопределенно хмыкнул и открыл дверцу.

– Ладно. Выходим.

Это был клуб-казино «Знойный вечер». Я задержалась, разглядывая путаницу мигающих неоновых трубок над головой, но ненадолго – временный напарник обернулся и тихо рыкнул:

– Рядом держаться!

Он убавил звук до минимума, но прозвучало это эффектно, я бы даже сказала, грозно. Наверное, следовало испугаться, но именно в эту минуту меня пробил нервный смех. Уж очень забавной показалась мне ситуация – словно строгий хозяин дал команду своей легкомысленной собачонке: «К ноге!» Развеселившись, я взбежала по широким, очень удобным ступеням и сделала легкий реверанс:

– Айм сорри!

С чего меня вдруг на английский потянуло? Не спрашивайте, все равно не отвечу. Может, дурное Гошкино влияние? Не знаю. Виктор посмотрел на меня с сомнением.

– Ты в порядке?

– Абсолютно, – я хихикнула и тут же состроила самую деловую физиономию, на какую только была способна. – Правда, все в порядке, просто вхожу в роль. Не хочу нарушать пункт третий твоей инструкции. Подумай сам: нелепо ведь, если я буду разгуливать по такому заведению с постной миной? Это может привлечь нежелательное внимание.

Несколько секунд он молча разглядывал меня, потом буркнул:

– Не перестарайся.

– Приложу все усилия! – отсалютовала я.

Виктор снова уставился на меня.

– Это про тебя Баринов сказал: «серьезна и дисциплинирована»? Я ничего не перепутал?

– Серьезность и дисциплинированность – мое второе имя, – заверила я. – И третье.

Неожиданно он подмигнул мне:

– Авантюристка. Тебе это нравится, так ведь? – не дожидаясь ответа, распахнул стеклянную дверь. – Прошу, мадемуазель!

Под руку, правда, он меня так и не взял – небольшой квадратный холл мы миновали хотя и рядом, но каждый сам по себе. Широкие мраморные ступени, еще одни стеклянные двери, и тут же, словно чертик из коробочки, выскочил молодой парень в белой рубашечке с запонками в рукавах и длинном – от пояса и почти до щиколоток – плотном красном фартуке:

– Желаете столик?

– Поближе к фонтану, – кивнул Виктор.

Парень заученно улыбнулся и повел нас в глубину плохо освещенного зала. Поскольку в данный момент я изображала девицу, посещающую клубы семь раз в неделю, проявлять любопытство мне было не положено, но хотя бы одним глазком, хотя бы краешком, я могла посмотреть? Впрочем, разглядеть почти ничего не удалось. В зале, как я уже сказала, было довольно темно: мелкие цветные лампочки, вплетенные в украшающие стены цветочные гирлянды, являлись скорее дизайнерским изыском, а не источником освещения. Примерно те же функции выполняли стоящие на столиках светильники – что-то вроде пестрых китайских фонариков. Хорошо хоть, пол выложен какими-то белыми плитками. Наверное, специально, чтобы было видно, куда идешь.

Неуверенно покачиваясь на тонких каблуках, я немного отстала от Виктора. Должна признать, это было ошибкой. Второй ошибкой, если быть точной. Первая ошибка состояла в том, что я решила проявить самостоятельность и не вцепилась в его рукав сразу, при входе в зал. Если бы я это сделала, то в критический момент меня бы поддержала твердая мужская рука. А так… со стороны это выглядело до предела глупо.

Я шла по белым плиткам, пытаясь незаметно коситься по сторонам, и не слишком внимательно глядя под ноги. Поэтому то, что пол внезапно закончился, оказалось для меня полной неожиданностью. В центре зала протекал широкий, слабо подсвеченный цветными лампочками ручей! Мало того, в этом ручье плавали рыбы! Очень красиво, не спорю, но я-то едва не встала прямо на золотистую рыбью спинку. Непроизвольно взвизгнув, я отдернула ногу. Неустойчивый каблук предательски качнулся, я замахала руками, восстанавливая равновесие…

– Что с тобой? – Виктор, наконец, вспомнил об обязанностях кавалера и, не слишком деликатно, но очень вовремя поймал меня.

– Уф-ф, – я перевела дыхание. – Спасибо. А то я чуть в воду не свалилась.

– В воду? – он посмотрел себе под ноги.

– Ой!

Только теперь я разглядела, что ручей накрыт толстым стеклом, и рыбка, на которую я чуть не наступила, сейчас вяло шевелила плавниками чуть правее каблука Виктора.

– Ой, – шепотом повторила я. – Я не заметила. Извини.

– Выходит, в твоей подготовке все-таки есть пробелы, – ехидно сообщил он. – Надо сказать Гошке, что тебе не хватает опыта посещения хороших ресторанов. Ты ведь в клубе первый раз?

– Первый, – я опустила глаза.

– Будем надеяться, что нам повезло, и на твои показательные выступления никто не обратил внимания.

– Вообще-то я везучая.

– Гоша говорил, – усмехнулся он. – Пошли за столик, везучая.

Паренек в красном фартуке, терпеливо дожидаясь, пока мы закончим разговор, позволил себе расслабить лицевые мускулы, но как только мы подошли к нему, снова растянул губы в улыбке.

Несколько шагов вдоль ручья, поворот, широкая, тоже плохо освещенная галерея с довольно нелепыми архитектурными украшениями в виде просторных ниш. Я бы еще поняла, если бы там стояли статуи или большие вазы с цветами – хоть что-нибудь! Но ниши почему-то были пустыми. Справа осталась арка, через которую виден большой зал с бильярдными столами. Мы сделали еще несколько шагов, миновали странную, из стеклянных бусин и переливающихся серебряных нитей занавеску, и я увидела фонтан.

Ну что вам сказать? Это было красиво. Очень красиво. Двухметровая альпийская горка, сложенная из крупных темных камней, была украшена темно-зеленым мхом и звездочками мелких белых и голубых цветочков. По камням стекали струйки воды и падали вниз, в небольшое озерцо, огороженное прозрачным экраном. Интересно, как устроена вся система? То есть понятно, что вода из маленького водоема идет дальше, в ручей, пересекает зал… А что потом? Вряд ли она уходит в канализацию. Если здесь плавают рыбки, то это должна быть замкнутая система, вроде аквариума. Большая красно-фиолетовая рыба поднялась со дна озерца, посмотрела на меня и, плавно развернувшись, уплыла в ручей. Виктор тронул меня за плечо.

– Рита, ты что, опять в ступоре? Садись.

– Боже! Извини, – я торопливо опустилась на выдвинутый для меня стул. – На рыбку загляделась.

– Угу, – равнодушно кивнул Кириллов и сосредоточился на изучении меню. – Что закажешь?

Я тоже взяла темно-коричневую папку, которую, продолжая улыбаться, протягивал мне паренек. Открыла ее и с умеренным интересом изучила пару страниц. Суп французский луковый, мясо «по-баварски», осетрина «по-монастырски», коктейль «Голубая лагуна»… Я вспомнила манерную героиню какого-то сериала (мне надо было перегладить постельное белье, а гладить я люблю с включенным телевизором и в этом случае смотрю все подряд), захлопнула папку и жеманно пропела:

– Стакан апельсинового сока, пожалуйста.

– Угу. А что еще?

М-да, кажется, шутка не удалась. Я небрежно махнула рукой:

– На твой вкус.

– Угу.

Просто дивный собеседник! Словно в лесу с филином общаешься.

Впрочем, для официанта слова у него нашлись. Не вслушиваясь, что он там заказывает, я снова повернулась к фонтану. Красно-фиолетовая рыба уже уплыла, зато явились сразу две – с золотистой чешуей, золотистыми плавниками и большими, золотистыми хвостами. Только глаза у них были красными. Я любовалась на этих красавиц до тех пор, пока на нашем столике не начали появляться тарелки.

Ничего, кстати, особенного. Трюфелями, устрицами и ананасами в шампанском Кириллов меня баловать не собирался. Овощной салатик на закуску, мясное ассорти, рыба в кляре с картофелем фри и бутылка белого вина. Я попробовала прочесть название, но не смогла – вычурные латинские буквы, стилизованные под готический шрифт, расплывались в полумраке.

– Тебе здесь не нравится? – неожиданно спросил Витя. Без насмешки, без раздражения, просто спросил. Поэтому и я ответила откровенно, без затей.

– Здесь красиво. Только почему так темно везде?

– Для интима? – предположил он. – Или чтобы названию соответствовать: вечер же. Значит, всегда сумерки.

– А зачем это нужно? Вообще, зачем сюда люди ходят?

– Поесть? – улыбнулся он, наливая мне вина.

– Спасибо. А смысл? Разве дома салат трудно нарезать? Или картошку поджарить? А что касается рыбы в кляре, – я отрезала небольшой кусок и положила его в рот. – М-м, неплохо. Но моя мама ее лучше готовит. И потом, дома гораздо дешевле получается.

– Это точно.

Витя слегка приподнял свой фужер.

– Ну что, за знакомство? – и сделал крохотный глоток.

И снова – никакой издевки, нормальная человеческая улыбка. Что ж, очень хорошо. Возможно, моя неожиданная командировка окажется не такой неприятной.

– За знакомство, – отсалютовала я в ответ. Следуя его примеру, смочила губы и поставила фужер на стол. Не могу сказать, что я хорошо распробовала, но вино оказалось совершенно незнакомым: терпкое, чуть кисловатое, с приятным пряным запахом.

– А тебе здесь нравится?

– Я на работе, – Витя слегка повернул голову и бросил рассеянный взгляд на водопад. – Но ты права, здесь красиво.

Он снова нахмурился и замолчал. Ну и ладно, не хочет вести светскую беседу – не надо, его право.