Ирина Кизимова – Тридевятое. Книга вторая (страница 48)

— Василиса, а из какой ты части Тридевятого? — тут же заинтересовалась ей светленькая девочка примерно её возраста.

— Любава, не болтай. Завтра вдоволь наговоритесь, а сейчас уже ложиться пора. — строго отчитала её Марья, и Василиса тут же почувствовала себя не в своей тарелке, сразу понимая, что со старшей у них точно дружбы не получится.

— Как скажешь. — тихо ответила девочка, удаляясь к своему спальному месту.

— А ты, Василиса. Располагайся здесь, я принесу тебе чем укрыться.

Девочка дождалась, пока вернётся Марья с колючим шерстяным одеялом, и покорно легла на лавку.

— Ночью по терему не шатайся, подъём с петухами. — будто наставления читала, серьёзно сказала Марья, глядя на новенькую. — Всё. Доброй ночи.

— Доброй ночи. — прошептала Василиса, подсовывая ладонь под щёку, чтобы спать было мягче. Перину ей, впрочем, никто и не обещал…

Жизнь в тереме среди Сестёр и их учениц оказалась отнюдь не такой радужной, как себе представляла Василиса в тот день, когда Олеся только забрала её из родных Вечорок.

Распорядок дня был чётко прописан, а из-за сего каждый день походил на другой.

Подъём с первыми петухами, за которым следовало умывание ледяной водой, одевание и прочие утренние ритуалы. После девочки занимались домашними хлопотами. В тереме не было мужиков, так что и дрова кололи сами, и воду таскали, и готовили, и даже чего-то строили. В общем, дел было невпроворот.

После утренней трапезы, что обычно включала в себя постную кашу, шла тренировка на силу и выносливость. Будущим Сёстрам следовало иметь не только магический дар, но и крепкое тело, посему ежедневные упражнения с мечом и стрельба по мишеням быстро вошли в привычку.

Тренировки плавно перетекали в обучение грамоте и известным наукам, там-то им и показывали, как варить разные снадобья, где искать целебные травы. А помимо всего прочего, заставляли рисовать карты угольком на досочке, дабы запомнить каждое селение, каждый холм и речку, что только есть на континенте — в будущем сие знание могло спасти девочкам жизнь.

Нередко обед начинался уже во время ужина, поскольку будущие Сёстры подолгу засиживались за обучением.

В конце дня приходило время рукоделия: ткать, плести обереги, шить одёжу, словом, всё, что нужно было знать будущей хранительнице домашнего очага. Поначалу Василиса не понимала, зачем они этому учатся, пока не разведала, что Сёстрам выходить замуж не запрещено. Объяснялось сие очень просто — девочкам часто переходил дар от матери или бабушки, и в будущем они могли пойти по стопам родных. Но всё же мало кто так делал — задания отнимали всё свободное время, а в единственный воскресный выходной девки всё равно помогали по хозяйству, поскольку домашние дела никто не отменял. И какой мужик на это согласится?.. Посему с молодцами порой якшались лишь бы дитятко родить.

Василиса и глазом моргнуть не успела, как прошло с пяток лет. Премудрости священного дела Сестёр давались ей легко, она была одной из лучших учениц, коих постоянно хвалили наставники и сама Глава. Подросшей Василисе льстило чужое внимание, хоть она и старалась не зазнаваться. Вот только Марья, что успела за это время стать полноправной Сестрой, пройдя обряд, всё равно была недосягаема. Василиса во всём равнялась на старшую, выбрав угрюмую девицу примером для подражания, единственное, что было не по душе — её холодный нрав.

Одним солнечным днём после воскресной трапезы Любава вытащила Василису на речку, где они любили провести время лишь вдвоём, предаться мечтам и посудачить о Сёстрах да соседках по светлице. Подруги удобно расположились на камушках, опустив ноги в прохладную водицу, и наслаждались погожим деньком в компании друг друга.

— Вася, ты будешь проходить обряд посвящения? — спросила Любава, переплетая косу подруги, она любила возиться с её мягкими русыми волосами.

— После того, через что пришлось пройти, мы уже не можем уйти отсюда.

— Ты права. — девушка коснулась кривого шрама на щеке, оставленного лешим во время одной из тренировочных вылазок.

— Ты ведь тоже станешь Сестрой, Любава? Нам обеим вскоре стукнет шестнадцать.

— Да, хоть я и не такая одарённая как ты или Марья.

— Что за вздор⁈ — Василиса повернулась к подруге, глядя в её чистые голубые глаза. — Да ты лучше всех нас в рукоделии и стрельбе из лука!

— Ага, потому-то мне и досталось тогда в лесах.

Василиса с сочувствием скользнула взглядом по её шраму и осторожно коснулась щеки подруги, ласково погладив её.

— Жаль, не удалось свести его, но зато ты стала сильнее после того случая.

— Да меня просто боле не берут на такие задания. — тяжело вздохнула Любава. — Впрочем, в тереме тоже куча работы, так что не жалуюсь.

Василиса замолчала, её-то таскали везде, где только можно, а ещё постоянно ставили в пару с Марьей, которая вечно воротила от неё нос и всю дорогу поучала уму разуму.

— Вась, не переживай обо мне. Давай о чём-то другом поговорим. — улыбнулась девушка, решив, что хватит с них грусти на сегодня.

— О чём хочешь потолковать?

— О молодцах, конечно!

— Люба…

— Чего⁇.. Разве тебе не интересно, что такое эта самая любовь, о которой в сказках сказывается?

— Сёстрам некогда любить, ты же знаешь.

— И что? Помечтать-то всегда можно!

— Ладно. — нехотя согласилась с ней Василиса.

— Ты какого жениха бы хотела? — она мечтательно вздохнула. — Мне вот богатыри любы, за такими как за каменной стеной! Правда, муженёк вечно будет пропадать на подвигах, но это так, мелочи…

— Я… — Василиса глубоко задумалась, богатыря в суженые ей точно не хотелось. — Я бы нашла себе кого поумнее, чтоб разным наукам был обучен да магией по возможности владел.

— И красавца! Русого или чернявого?

— Мне всегда темноволосые нравились. Правда, я не так уж много молодцев знавала, дабы сравнивать…

— А мне русые любы! Здорово, что у нас с тобой вкусы разнятся. Точно из-за богатыря не повздорим!

Василиса засмеялась:

— Оно верно.

Подруги ещё немного поболтали о разных пустяках, предаваясь мимолётным мечтам, коим не суждено сбыться, ежели они примут бремя Сестёр.

— Что-то небо потемнело. Гроза что ли собирается? — подняла взгляд наверх Любава, вынимая ноги из речушки.

Василиса проследила за её вздором и нахмурилась:

— Нам лучше вернуться, вдруг остальные хватятся.

Они быстренько надели лапти и поспешили к терему. Василиса ещё издалека заметила неладное — нехороший чёрный дым стоял в стороне их обители. По мере приближения, он усиливался, как и крики. Сердце сжалось, и подруги ускорились, буквально вбегая в гущу событий. Нечисть вышла под покровом потемневшего неба прямо днём из ближайшего к Зачарованному леса.

Доселе было невиданно, чтобы твари днём оттуда шастали, нападения никто не ожидал, посему оставшиеся в тереме вдали от сложных заданий и снующие по домашним делам Сёстры не сразу сумели спрятать учениц. Несколько мёртвых девочек навзничь лежали среди травы, лица застыли в немом крике. Кровь запеклась на светлых волосах. Им не было и десяти…

Василиса с ужасом отвела взгляд от изодранных тел и оттолкнула воздушной волной заметивших их лешаков.

— Любава, держись меня! — крикнула она, зная, что подруга не сильна в боевой магии.

Та понятливо кивнула, призывая заговоренный лук в руки, прикрывая спину Василисы.

Нечисти не было конца-края. Девушки отступали за стены терема, но даже там было не безопасно. Глава, как назло, отбыла недавно с группой Сестёр на важное задание, и не могла помочь. Забор трещал, грозясь обвалиться. Василиса в первых рядах боролась с нечистью, поливая их огненным дождём в общих атаках со сражающимися рядом союзницами.

Ворота всё же рухнули под натиском тварей, и те хлынули во двор, заставляя оставшихся в живых запереться в тереме. Кто-то из Сестёр не успел отступить и теперь отчаянно боролся с полчищем нечисти. Им было суждено погибнуть в сей роковой день.

Олеся взглянула на сражающихся девочек и внезапно заявила:

— Василиса, Любава, Алёна. Вы трое должны забрать остальных и выйти через задний ход под отводящими чарами, пока я отвлеку нечисть на себя.

— Ни за что! Мы не оставим тебя! — нахмурилась Василиса, обожавшая порядком поседевшую за это время женщину всем сердцем.

— Это приказ, Василиса.

— Я ещё не прошла обряд посвящения.

— Василиса! Загляни в светлицу! Эти дети нуждаются в тебе. Вспомни, как я спасла тебя пять лет назад!

Девушка закусила губу.

— Пора вернуть долг, милая. Делай, что велено.

— Но куда нам идти? — спросила Любава, которой план наставницы тоже был не по душе.

— За высокие горы, в Тридесятое. Теперь там ваш дом.

Она выпустила пламя из рук, поджигая беснующуюся во дворе нечисть, отгоняя их от трупов павших в бою Сестёр.

— Пошли вон! Живо!