Ирина Кизимова – Тридевятое. Книга первая (страница 37)

Царевич послушно направился выполнять поручение, предварительно ущипнув себя за руку, проверяя не снится ли ему столь дивный сон.

— И пошевеливайся, иначе останутся одни крошки. Баюн обожает рыбные пироги. — поторопил его Глеб.

Иван быстро налил молоко в чашки себе и Глебу, а также нашел глубокую миску для кота, подумав, что так ему будет удобнее лакомиться угощением.

Вскоре все трое сидели за столом и поглощали отменный рыбный пирог. Иван только диву давался от того, каким всё-таки неоднозначным человеком оказался Глеб, сколько ещё сюрпризов таит он за своей ледяной коркой? И почему вдруг решил сменить гнев на милость?

— Глебушка, пирожок просто объедение! Будь другом, добавь ещё рыбки. — попросил кот, подталкивая свою миску вперёд, а когда на ней тут же оказался пирог, продолжил трапезу. — Жаль, Яночка пока не заходила, она обожает твою стряпню.

— Яна и сама хорошо готовит. — отозвался Глеб, он отпил молока и бросил взгляд на Ивана, который доедал последний кусочек. — Ещё будешь?

— Да, спасибо. — царевич солнечно улыбнулся. — Ты действительно мастер в этом деле. Я таких вкусных пирогов отродясь не пробовал!

— Не перехваливай, я всего лишь делаю всё по правилам. — отмахнулся Глеб, отрезая кусок побольше и передавая тарелку юноше.

— У меня бы никогда такое не получилось. — Иван с удовольствием откусил смачный кусок.

— Не говори с набитым ртом. — сделал замечание Глеб. — Ты хоть когда-нибудь сам готовил?

Иван дожевал, невольно прикрыв рот ладонью, а затем заговорил:

— Нет, никогда!

— Тогда ты не можешь знать о том сложно это или просто.

— Может, научишь? Представляю как в царском тереме все удивятся!

— Я подумаю. — неопределённо отозвался Глеб.

— Знаешь, а ты на самом деле очень добрый человек. — улыбнулся Иван, не отрывая от собеседника заинтересованного взгляда. — Впустил меня, спать уложил, накормил…

— Будешь много льстить, снова за дверь отправишься. — хмуро отозвался Глеб, собирая пустые тарелки, Баюн, пока они трепались, успел до конца подъесть пирог и сейчас довольно умывался, по-кошачьи растянувшись на лавке, его набитое пузо говорило о том, что туда не вместится больше ни кусочка.

— Не серчай! Не хотел тебя обидеть. — сразу же извинился Иван, возвращаться под ворота ему совершенно не хотелось.

— Учитель вернется через неделю. — внезапно сказал Глеб, поворачиваясь к царевичу. — Тогда и поговоришь с ним, если он будет тебя слушать, конечно. Я лишь скажу ему, что ты пришёл с просьбой, а дальше — сам.

Иван на радостях подскочил к юноше, схватив его за руки и начав трясти:

— Спасибо большое! Ты даже не представляешь, что сделал для меня!

Глеб заметался, пытаясь куда-то деться от внезапного напора Ивана, это настолько выбило чародея из колеи, что из головы вылетело то, что он может просто оттолкнуть радостного царевича магией.

— Я знала, что вы поладите! — внезапно воскликнула появившаяся словно из ниоткуда Яна с интересом наблюдая за тем, как Глеб словно ребёнок пытается куда-то деться от Ивана.

— Тебя ещё не хватало. — беззлобно проворчал Глеб.

— Он ведь, правда, такой милый? — Яна растянулась в довольной улыбке и с удовольствием обняла друга сзади, положив голову ему на плечо, встретившись взглядом с Иваном. — Глеб всегда строит из себя этакую язву, а на деле сама доброта.

— Яна, замолчи! — проворчал Глеб, теперь, когда его обступили с уже двух сторон, он совершенно потерялся и не знал, что с этим напором нежности делать.

— Жаль, что я не понял этого сразу. — грустно заметил Иван, но затем вновь повеселел. — А можно я с вами сыграю в ту же игру в камни, которой вы были заняты, когда я только пришёл?

— Ну, разумеется, ваша царская воля — закон. — хихикнула Яна и, выпустив наконец из цепких объятий Глеба, тут же направилась к заветной коробочке.

— Я, правда, не знаю, как тебя отблагодарить. — Иван тоже отпустил уже несопротивляющегося юношу. — И за Кощея, и за гостеприимство, и за пирог…

— Он только что сказал пирог? — возмущённая Яна демонстративно рассыпала все камни по столу. — Я что-то не пойму, Глеб, где моя доля?

— Спроси об этом Баюна. — спокойно отозвался чародей, отряхивая рубаху, словно пытаясь избавиться от только что вылитого на него ушата непрошенных нежностей.

Баюн только блаженно икнул и поскорее смылся, чтобы не отхватить призванным помелом по мягкому боку. Яна ещё немного побушевала в сторону убежавшего кота, обозвав того всеми браными словами, что пришли на ум. Опосля досталось и Глебу на предмет того, что нужно было сразу звать её, как только тот собирался готовить что-то вкусное, и впредь стоит быть внимательнее к своим друзьям. Вскоре обещаниями Глеба приготовить ей лично пару пирогов, девушка прекратила метать молнии из глаз и успокоилась. Иван смотрел на всю эту перепалку, мягко улыбаясь, все трое вели себя как настоящая семья, члены которой иногда по-доброму ссорятся между собой.

— Ты чего лыбишься? — незлобно спросил Глеб, пихнув Ивана вбок.

Тот от неожиданности покачнулся, но всё же сохранил равновесие:

— Просто подумал, что вы ссоритесь как настоящая семья.

— Только не записывай меня в его жинки! Лучше я за тебя замуж пойду! — заявила Яна, ткнув пальцем в Иванову грудь.

— Я бы с радостью, но уже женат. — тот смущённо почесал затылок.

— Все вы мужики одинаковые! Сами женитесь на жабах, а потом страдаете!

— Она лягушка…

— Неважно! Ладно, давайте приступим.

Щёлкнув пальцами, она рассортировала камушки, обсидианы Глеба как обычно расположились на поле, Яна взяла себе играющие алыми гранями на свету рубины, а Ивану достались изумруды, так что он невольно вновь вспомнил о Василисе и грустно вздохнул.

— Играть просто так сегодня не интересно, ты согласен, Иван? — задорно спросила Яна, подхватывая в руки свой алый метательный камушек.

— А меня ты спросить не хочешь? — Глеб бросил на неё холодный взгляд, но девушка сделала вид, что не заметила его.

— Мы с Иваном всё равно задавим тебя количеством голосов, так что твоё мнение не в счёт, Глебушка. — она усмехнулась. — Итак, тот, кто выиграет может задать совершенно любой вопрос проигравшему. И тот будет обязан без утайки на него ответить.

— Я согласен. — без раздумий согласился Иван.

— Я против. — так же с ходу ответил Глеб.

— Что ж, большинством голосов играем на истину! — заключила Яна, таки отправив помело в сторону показавшегося кота, который видимо осмелел, решив, что та простила ему съеденный пирог, и теперь с пронзительным мявком удирал на верхние этажи, ища спасения от бешеной метёлки за попадающейся на пути мебелью.

— Правила игры довольно просты. Тебе, Ванечка, надо сбить все чёрные как ужасный юмор Глеба камни с поля своими зелёными. — доходчиво объяснила Яна.

— Только чёрные? — уточнил Иван.

— Да, если ты хочешь, чтобы Глеб проиграл. — Яна потёрла руки, двое на одного — в этом и заключался её коварный план.

— Хитрая лисица. — беззлобно заметил ученик чародея и перевёл взгляд на Ивана. — Я ваши камни в порошок сотру.

— Ты права, Яна, сделаем так, чтобы Глеб молил нас о пощаде!

На царевича напал небывалый азарт. Он о многом хотел спросить Глеба, несомненно ученица Бабы-Яги тоже вызывала у него неподдельный интерес, но мрачный юноша сейчас полностью занимал его мысли. Ивану было интересно всё: буквально начиная от того, откуда он родом, заканчивая тем, почему стал учеником Кощея Бессмертного и имеет такой скверный характер.

— Поскольку я здесь единственная девушка, то и начну! — Яна демонстративно взяла рубин со стола и сделала первый бросок.

Через какое-то время поле начало пустеть, всё меньше и меньше на нем оставалось разноцветных камушков, но несмотря на то, что Иван и Яна били только по чёрным, их всё равно было больше всего. Глеб виртуозно играл сразу против двух противников, сбивая их камни вниз одновременно, совсем не испытывая трудностей от двойных атак по своим боевым единицам. Ивану даже показалось, что он где-то жульничает, но потом дошло, что в отличие от него, эти двое уже давно собаку на этом деле съели, поэтому для них это не так уж и сложно. Тем более для Глеба, который наверняка отточил технику, пока пребывал здесь в полном одиночестве. Когда последний зелёный камень упал на пол, Иван понял, что проиграл. У Яны тоже оставалось не так много рубинов на игровом поле, но и их быстро не стало из-за следующего удара Глеба.

— Его вообще можно победить? — спросил Иван, обращаясь к девушке.

— Только если он сам этого захочет. — туманно отозвалась та.

— Я проиграл. Что ты хочешь узнать? — царевич перевёл взгляд на чародея, который аккуратно сортировал упавшие камушки с помощью магии на столе.

— Я изначально был против ваших правил, так что не хочу ничего спрашивать. Помимо этого, касательно тебя, всё, итак, очевидно. Так что мы сразу можем начать следующую партию. — безразлично отозвался Глеб, подхватывая обсидиан.

— Мы даже нормально не разговаривали! Как ты можешь что-то знать обо мне? — Иван навис над юношей, не собираясь уступать, он проиграл и с достоинством был готов рассказать всё, что ученик чародея захочет.

— Нет разницы общались мы с тобой или нет, вся жизнь на твоём царском лбу написана.

— Ты относишься ко мне пренебрежительно только потому, что я царевич? А ведь я хотел подружиться с тобой. — горько заметил Иван.