Ирина Кизимова – Архив тети Поли (страница 3)

— И что? Есть подвижки?

— Молчит как рыба.

— Ммм… — протянула старушка напротив, запихивая в себя пятый тост с джемом. — А чего ты вообще этим заинтересовалась?

— Да всё просто, Лара. — пожала плечами та. — На работе жуткая скука.

— Отличная причина, чтобы влезть в полицейское расследование.

— Точно.

Они посмеялись и ещё около часа поговорили о погоде, соседях, последних новостях и сплетнях. Лариса, или как её все называли — Лара, была их источником, она могла болтать без умолку о том, кто с кем повздорил, кто на ком женился, и кто с кем изменял. Так что вскоре архив Полины Сергеевны пополнился кучей непроверенных и не особо важных сведений, что навсегда заняли место на полках.

— Кстати, Поли. — заметила старушка, стоя в прихожей. — Ты не помнишь, куда я в прошлый раз засунула свой новый роман? Тот что про графиню и садовника! Мы с тобой тогда…

— Он под подушкой, что у левого подлокотника твоего очаровательного карамельного диванчика.

— Нашла! — раздался радостный голос из соседней комнаты. — Спасибо, дорогая!

— Будь осторожна на дорогах, Лара. — попрощалась с подругой Полина Сергеевна и вышла во двор.

Там уже стемнело, полная Луна выглянула из-за облаков, предвещая ясную ночь. В собственном доме было тихо, лишь мерно тикали старые часы с кукушкой, да старый кот, прихрамывая, вышел поприветствовать свою хозяйку, едва слышно замурчав.

— Привет, малыш. Будешь ужинать?

Кухня наполнилась ароматами мяса и специй, очередной рецепт спрыгнул с полок собственного архива на горячую сковородку. Она никогда не успеет приготовить всю свою кулинарную картотеку. Как же коротка человеческая жизнь…

Герман раскрыл принесённые с собой дела, внимательно вчитываясь в каждую строчку. Остывший чай в некогда белой чашке, что теперь стала чёрной от налёта, горчил на языке, превратившись в мерзкий чифир. В отделе было тихо, все кроме дежурных разошлись по домам, так как рабочий день давно подошёл к концу. Там их ждали заботливые близкие, свежая газета и горячий ужин, чего не скажешь о пустой каморке, в которой обитал детектив. Он считал, что большего ему и не нужно, работа давно заменила всё. Другой жизни Герман Васнецов не знал.

От усталости глаза слипались и отказывались читать написанное. После того, как он вышел из архива, пришлось ехать на бесконечные допросы подозреваемых и свидетелей, которые ни к чему в конечном счёте не приводили кроме как: «я видел, как господин Эн заходил в свою квартиру, комнату, дом (нужное подчеркнуть)» и это всё, что можно было выпытать у свидетелей. Подозреваемые и вовсе были не в курсе происходящего и даже не делали вид, что не осведомлены, как могло бы показаться на первый взгляд. Эти люди были невиновны. За всё время следствия не было ни одной крохотной ниточки, ведущей к убийце, ни одного волоса, совсем ничего…

— Замешен ли здесь маг? — пробормотал под нос Герман, он знал, что следствие обычной полиции тоже продолжалось, поскольку начальство обменивалось информацией, и, судя по всему, у них было так же глухо.

Взгляд выхватил вложенную последнюю страницу и удивлённо впился в знакомый ровный почерк. Генеалогическое древо с полным описанием потомков проходящего сквозь стены Владимира Слуцкого. Лишь на одного из них было досье в магическом архиве, но способность не подходила. То же самое обнаружилось в других папках, и вновь ни одной зацепки, что могла привести к убийце. Тётя Поли сэкономила ему массу времени на поиски, если, конечно, верить её записям… Но он почему-то знал, что те не лгут. Эта старая дама словно была вне системы, никто не обращал внимания на скромную работницу архива умерших, расположенного на подвальных этажах.

Герман подошёл к общей доске, где была представлена вся информация по главному делу. Шесть убийств за текущий месяц, жертвы заходили в свой дом, квартиру, комнату и так далее, и пропадали до тех пор, пока родственники или близкие не начинали бить тревогу. Все двери были заперты изнутри, в двух случаях смерть наступила через повешение, трое отравились, один перерезал вены. Первые случаи списали на самоубийство и не придали этому особого значения до тех пор, пока не свёл счёты с жизнью видный политик, и во время того, как полиция с детективами из отдела магического правопорядка пытались разобраться с убитыми горем родственниками и опрашивали свидетелей, произошло ещё два подобных инцидента. Теперь рассматривалась версия о том, что некто обставил убийства как добровольный уход из жизни. Были ли у преступника магические способности, или он сделал это классическим способом — не ясно. Следствие хваталось за любую зацепку и последние недели проводило в архиве в поиске подходящих по дару подозреваемых.

Горы бумаг, собранных по делу превышали все допустимые человеческие возможности, никто ещё не придумал машину, что могла бы одновременно проанализировать все эти документы и сопоставить всё, что в них говорится, не тратя на сие колоссальное количество времени, не говоря уже о тысячах дел в реестре. Подходящего оборудования не было, но в доступе была она…

Герман пришёл в ужас от собственных мыслей… Стоило ли действительно привлечь к делу обычную старую даму без сверхспособностей, уповая лишь на её хорошую память?.. За долгие годы работы в архиве она действительно могла запомнить некоторые дела. Нужно было самому убедиться в уникальности её мозга и за одно проверить старые записи о проверках. Сама по себе феноменальная память ничего не стоит. Важно то, умеет ли человек ей пользоваться, сопоставляя в голове факты. Это тоже следовало уточнить, хоть и Герман был уверен, что тётя Поли на сие способна.

С ворохом мыслей, что роились в голове подобно пчелиному улью, он направился к рабочему столу. Было несколько дел, кои отправились в долгий ящик за неимением улик. К ним были приложены рассказы свидетелей и подробное описание мест преступления. Не слишком ли он надеется на удачу?..

Скоро это выяснится.

Утром Полина Сергеевна обнаружилась на том же месте, она ловко перебирала спицами, и, почти не глядя на вязание, читала большой экземпляр энциклопедии, позаимствованный из местной библиотеки. Там старушку хорошо знали и разрешали ей выносить книги за пределы читального зала, хотя обычно сие было строго запрещено. Каким-то образом тётя Поли со всеми находила общий язык и всегда знала, что сказать тому или иному человеку, дабы случайно его не обидеть.

— Снова пришел, Повелитель туманов? — она даже не подняла глаз, дабы посмотреть, кто посетил её владения.

— Просто Герман. — ответил тот, подходя к стойке. — Я пришёл вернуть дела.

— И собрать новые?

— А что? Вы вновь подготовили для меня дружеский совет?

Она-таки подняла на него глаза, необычный серый оттенок которых становился ещё более серебристым на фоне полностью седых волос. Глубокие морщины залегли в уголках губ, но выражение лица было приветливое, будто зашёл не в государственное учреждение, а в гости к любимой бабушке, что вяжет тебе свитер.

— А ты нуждаешься в моём дружеском совете, Герман?

— Да, но я бы хотел, чтобы вы взглянули на это. — он протянул ей папку, что позаимствовал с работы.

Старушка приняла кипу бумаг из его рук, отодвигая том энциклопедии в сторону. На некоторое время она погрузилась в чтение, аккуратно перелистывая бумаги, стараясь не задеть чернильные буквы, дабы случайно не запачкать документы.

— Что ты хочешь от меня услышать и зачем дал полицейское дело?

— Магический дар, которым обладал потерпевший, какой он был?

— Телепатия.

— Этого не было в папке, я проверил лично три раза каждую строку. Откуда вы это знаете?

— Досье номер десять тысяч шестьдесят семь. Семёнов Аркадий Викторович, дар телепатия, выраженность слабая. Лицензия отсутствует.

— Общий вес похищенных алмазов.

— Здесь не указана точная цифра, потерпевший сравнивает их с горстью гороха.

— Почему вашего досье нет на верхних этажах?

— Вопрос относится к делу, Герман? — улыбнулась она.

— Когда в последний раз вы проходили проверку?

— Двадцатого мая, сорок пять лет назад, кабинет двести двадцать. Магический дар не обнаружен.

— Вы обманули систему?

— У меня просто хорошая память.

— У вас не просто хорошая память, Полина Сергеевна.

Она лишь пожала плечами.

— Сколько нужно добавить сахара в яйца, чтобы получить бисквит для клубничного торта? Газета «Городские вести», два месяца назад.

— Если точнее воскресный выпуск номер тысяча сто шесть. Двести грамм сахара в расчёте на пять яиц.

— Феноменально!

— Хорошая память.

— Запись номер сорок семь в журнале посещений?

— Фёдоров Пётр Алексеевич, ведущий детектив отдела магического правопорядка. Я регулярно проверяю журнал, Герман.

— Почему вашего имени нет в картотеке на верхних этажах?

— Герман…

— За весь мой небогатый опыт я никогда не встречал подобного дара. Вы ведь помните всё! Абсолютно всё! Вплоть до того, какая погода была три недели назад в пятницу и как долго шёл дождь. Я прав?

— Было облачно, без осадков.

— Вы запоминаете всё, что увидели или услышали? Ваше сознание — это и есть огромный архив?

— У меня нет дара Герман, это просто особенность работы мозга. Память не относится к магическим способностям.

— Мне всегда говорили, что моя память хороша, но рядом с вашей она просто песчинка в мировом океане.