Ирина Кириленко – Ты мне Никто!!! И я тебе никто! И никогда не будем... (страница 8)

— А во-вторых, Серёжик, Эльвире совсем другой мальчик нравится. И полгода она тебе не глазки строит, а использует. Эльвира — девочка активная. Хочет, чтоб мальчик её приревновал. А ты, как дурак… ну, то есть, как порядочный, её в ресторан всё не зовёшь и не зовёшь…

— И увиливаешь! Ну нет у неё больше кандидатов кавалера сыграть, понимаешь? Она с такой работой только нас с тобой и видит. И мальчика своего, прости, Господи. Витька это наш Иваныч.

— Наш Витька??? Он же голубой!

— Зелёный он, Серёжа, серобурмалиновый. Почему, как интеллигентный робкий мальчик, так сразу голубой?!

— Какой он, в жопу, мальчик, ему уже под тридцать?

— Ни в какую и не в жопу! Он Элечку нашу любит. Робеет только. Он мне сам сказал на вашем корпоративе, когда я ему водку в шампанское подлила. Вот мы с Сёмушкой и придумали. Совместим полезное с приятным. Он Элю с тобой увидит, и сразу сделает какие-то шаги. Сёма его уже уведомил, где завтра будет Эля.

— Да вы сдурели! «Какие-то шаги». На костылях? Эльвира ему все ноги выдернет, когда увидит, что он за ней следит.

— Во-первых, это будет случайная встреча, а во-вторых, ты не понимаешь! Такой энергичной девочке, как Эля как раз очень подходит такой мягкий мальчик Витя. Для гармонии. Ему просто нужен толчок.

— Угу, и я его толкну, так у вас по-плану?

— Только не надо никого толкать, я тебя прошу! Во-первых, это Эрмитаж, а во-вторых, ты ж его убьёшь! Не смей его даже пальцем трогать, слышишь?! Я проверю!

— Да больно надо! И кстати, я не понял, мы с Иркой — полезное или приятное? С каким вы нас решили совмещать?

— Ты — полезный, а она — приятная. Так тебя устроит?

— Б-г-г! Напиток осенний: «Рыбий жир с нотками мяты и Прованса». Только завтра и только у нас! Вот, когда завтра Витька у тебя Эльвирку отобьёт, как раз поведёшь свою Ирку попробовать.

— Что значит, отобьёт?! Во-первых, Сёма, это Эрмита-а-аж…

— Фу, дураки! Смейтесь, сколько хотите! А я прям верю: всё сложится прекрасно!

— Вот так, Леночка сестричка! Охренеть, конечно, как прекрасно всё сложилось! Прям завидую стратегическому таланту родной сестры. Уроки буду брать. Ещё и денег отвалю. Хочешь?!

— Да не вертись, пока бинтую. Кто же знал, что так случится?! Какой-то внезапный человеческий фактор. Держи лёд ровнее! Завтра с фингалами, как панда будешь!

— Он мне нос сломал!

— Не сломал, а просто стукнул. Это просто ушиб, понимаешь? Через неделю рассосётся.

— Через неделю???!!!

— Ну, может, полторы, я ж не доктор. Сам не захотел в неотложку ехать. Теперь терпи.

— И, всё-таки, брат, я не совсем понял, как так случилось? У тебя ж один кулак, как Витечкина голова. А вот, смотрите, ты тут сидишь, почти что панда при смерти, а Витёк целёхонький Эльвирку счас гуляет.

— Вашего Витька в зоопарк сдать надо! Если я — панда, то он — безумный койот. Он как услышал, что у нас с Эльвирой чики-поки, так прям сдурел. Прицельно, сука, бил. А запястье мне уже охранники вывернули, когда музей покинуть предлагали.

— А с Ирой как там?

— Да никак! Всё очень плохо. Я такой кретин! Понесло меня, понимаете? Состояние аффекта. Ирка знает.

Глава 16. ИРИНА

— Ириш, давай ещё бутылочку откроем? Тебе завтра ко скольки?

— Ни ко скольки. Позвоню, скажу, что в Пенсионном Фонде. Это ж Чёрная дыра. Зайдёшь, и с концами. Хорошо, если к вечеру выплюнет.

— Точно! Я однажды там весь день в очереди просидела!

— Это, когда ты дома осталась и никуда не пошла?

— Наверное. Не помню. Я так ещё в Медстрах «ходила». Но там к обеду пришлось выйти. Масштаб не тот. Где твой стакан?

— Вот так, Танюша. Ничего святого у меня и не осталось. Всё своим поганым сапогом раздавил: Эрмитаж, Родена, чувства, кой-что по-мелочи… самооценку там, мечты…

— Ир, ну какие там мечты он тебе раздавил? Ты ж о нём и не мечтала, правда? Солнышко моё, мы же с тобой поняли, что он сразу себе другую нашёл. Сегодня просто подтвердилось. Видишь, ему какие нравятся. А тебя он случайно выбрал. Чем-то зацепила, и свербит. Почесал и улеглось. Не обижайся только, ладно? Ты же знаешь, что я тебя люблю, знаешь? Вот. И счастья тебе желаю. Ну, не сложилось бы у вас там ничего при любом раскладе.

— А, может, и сложилось. Ты ж понимаешь, как-то так неудачно всё пошло. Хорошо, хорошо, а потом оп! И как с резьбы соскочило. С утра прям сразу не стой ноги встал. Или, может, позвонил кто и переклинило. А потом, как снежный ком — как понесло, и не остановишься. Я же чувствовала тогда, что это не всё, что он тоже хочет продолжения. Он был таким нежным…

— Ириш, ну по-любому б, не сложилось. Давай вот всё по полочкам, чтоб без эмоций. Он же тебе сразу не понравился. Как нашла коса на камень, помнишь? И мне, кстати, он тоже не понравился. Картинка только.

— И я ему не понравилась. Он сразу мне «тыкать» стал. Со всеми уважительно, а мне сходу на «ты». Я понимаю, я разговаривала вызывающе. Но это же не повод! Может, у меня критические дни, или там неприятности какие и я просто не в состоянии держаться. Может, у меня, вообще, гормоны и я беременная. Вот как он, Тань, с самого начала стал с беременной разговаривать!?

— Вот именно! Никакого уважения или, хотя бы, терпения к беременным. Как будто его не мать родила. Высмотрел во всей группе одну единственную в положении и давай глумиться! Это, вообще, что? Это нормальный мужик?!

— Может, у него какой-то детский страх перед беременными? Представляешь, это ж у меня ещё живота не видно. А на последних месяцах как он себя поведёт!?

— Хамло! Бескультурное хамло с детскими комплексами! Его когда мама в животе носила, башкой об угол парты стукнула. С тех пор у него тяга к знаниям и недоверие к беременным. Прям вижу, как это было!

— И я вижу. Травмированная башка и психика. Наверное, парта ещё.

— А что парта?

— Откуда мне знать?! Ну, поломалась, наверное. Ребёнок подрос, вот уже и в школу идти, а парта у него сломана. Мать-ехидна мальчику с утробы фобии прививала и мебель портила.

— Может, она тогда ещё не знала, что мальчик.

— Скорей всего, не знала. Тогда ж ещё УЗИ не было.

— Ну, вот и ответ! Это всё объясняет…

— Не, Тань, а вот ты мне, всё-таки, скажи, а вот зачем он её повёл к Родену?

— Может, ты ему как-то невнятно объяснила, что у тебя пунктик?

— Когда?

— Что «когда»?

— С чего вдруг, у меня пунктик?! Я просто эстет.

— Ну во-о-от!

— А что «вот»?

— Слушай сюда: он думал, у тебя пунктик. А ты — беременная.

— А он — эстет!

— Видишь, ты всё понимаешь. Чего придуриваешься?

— Алло, Тань, как ты думаешь, идти мне на свидание?

— С кем? -

— Да у нас тут постоянный клиент. Он меня уж как-то звал, но у меня там с Орловым всё неясно было, я отказала. А он сейчас опять приехал и зовёт.

— Не вздумай отказать!!!

— Так что, идти?

— Я не сказала «да», я не сказала «нет».

— А я сказала, что мне надо подумать. Вот, давай, думай.

— Рассказывай, что за тип.

— Ну, нормальный, вроде, мужик. Лет так за сорок. Приличный. Вроде, не женат — кольца нету.

— А внешне?