Ирина Кикина – Встречница (страница 3)
– Ты дочь вождя. Нам необходимо это соглашение.
– Но я не хочу! Это мерзко и противоестественно!
Красавица с оливковой кожей упёрла руки в бока. «Поза чайника».
– Ты собираешься жизнь и счастье своей единственной дочери принести в жертву! – топнула она.
– Ради блага… – старый вождь вздохнул, – ради выживания нашего народа. Дха’эр просто вырежут нас, если мы не заключим с ними хотя бы перемирия.
– Но почему я? У нас полно девушек достойных древних родов, которые с ума сходят по их розовой коже!
– Гиал – сын их вождя. Сын одного вождя может жениться только на дочери другого вождя. Таков их обычай. К тому же, Гиал проживёт намного меньше, чем ты. Просто родишь ему наследника и воспитаешь его как ним’эр.
– Но я не вещь! Не игрушка, папа!
***
– Но я не вещь! Не игрушка, папа! Могу я хоть что-нибудь в своей жизни решать?
– Не можешь, Гиал. Ты будущий король и себе не принадлежишь. Если хочешь, выбери фаворитку. Но жениться будь добр на Ла’аре.
– На этом зелёном лесном карлике?
– Ты её даже не видел. Говорят, она красавица, каких поискать. К тому же, тебе от неё нужен только наследник трона – вот и всё.
– Зелёный наследник.
– И что? Зато в кои-то веки здоровый. И проживёт подольше твоего брата, земля ему пухом.
– Я так не могу.
– Никто не спрашивает.
Гиал вырвался из королевского кабинета, злющий, как покусанный пчёлами танцмейстер. Перечисляя в уме все известные ему ругательства на всех известных ему языках, принц быстро шагал по огромным пустым (не считая слуг и стражников) коридорам. Вдруг два голоса – мужской и женский – привлекли его внимание.
– Господин Пепет, вы переступаете границы.
– За этим я и пришёл сюда, любезная Амра. Я озолочу вас. Вашим нарядам и драгоценностям будет завидовать даже королева Вигга. Я дам вам столько денег, что любой будет счастлив взять вас в жёны. Разве я многого прошу?
– Именно. Я не желаю вас слушать. Это невозможно. С подобными предложениями идите к базарным девкам. Если я не слишком знатна и небогата, это ещё не значит, что я на всё готова ради золота.
– Значит добром не хотите… Тогда я возьму силой!
Амра закричала, и Гиал распахнул дверь её комнаты. Казначея Пепета он увидел в совершенно недвусмысленной позе. Фрейлина вырвалась из потных объятий и спряталась за спину принца. Нижняя губа её подрагивала, руки нервно оправляли платье, а может, девушка просто хотела оттереть наряд от невидимых следов пухлых пальцев.
– Пепет, – зловеще протянул его высочество. – Мало того, что вы без зазрения совести воруете государственные деньги, увешивая бриллиантами жену и дочек, так вы ещё и на фрейлин решили их пустить? Собирайте вещи, пока я добрый. Если о ваших похождениях узнает мой отец, вам отрубят голову. И я, Пепет, с удовольствием подержу миску для крови.
– Ваше высочество… вы не поняли… я просто…
– Не надо меня считать идиотом только из-за того, что я не борюсь за власть вашими методами и не травлю всех, кто стоит на моём пути. Ваши фокусы мне давно известны, но вы были достаточно хитры, чтобы не дать повода себя казнить. Теперь вы сели в лужу. У вас есть час. Потом я натравлю на вас Крылатых Всадников. Папе свой уход объясните сами.
Пепет убрался довольно проворно для человека его комплекции. Спасённая Амра пыталась удержать непрошенные слёзы.
Сплетницы-горничные побегут рассказывать новость подружкам. Казначей обречён: уже через сорок минут о его проколе узнает весь двор. Ещё через десять толстяка вызовет на ковёр его величество. А топор палача всегда навострён.
– Спасибо, – просто, без титулов и реверансов выдохнула Амра.
В глазах её стояли слёзы, и фрейлина совсем уж против этикета закрыла рот ладонью и захлопнула дверь спальни у Гиала перед носом.
«Папаша терпеть не может рыдающих барышень, а этой скоро придется давать показания. Да что ж за день сегодня такой?» – подумал принц. И постучался.
– Амра, не желаете ли прогуляться со мной?
Вездесущие и не в меру любопытные служанки захлебнулись восторгом.
***
– Забирайся в ящик и сиди тихо, – прошептал Дор. – Если со мной что-то случится, вылезешь, когда все уйдут. Без меня ящик не поедет, поэтому возьмёшь деньги и попросишь кого-нибудь, чтобы подвёз тебя до Моора.
– Ты всё правильно делаешь. За меня не бойся. Её спаси.
Её? Рыжий недоучка нахмурил брови. Ему не нравилось, что Суэрте говорила загадками. Но сейчас его больше волновали нежданные соседи. Два грубых мужских голоса доносились со стороны опушки, и, судя по разговорам, это не были безобидные коробейники.
– Ты хоть представляешь, сколько на рабьем рынке за неё целую дадут? А ты говоришь!
– Да нам ведь больше такого случая не представится, Карась! Когда ты ещё зелёную попробуешь? Целая, не целая – за неё в любом случае отвалят столько, что мы три года сможем жить повеселее старины Замал-вара!
– Тут ты прав. Держи удачу, раз сама пришла в руки…
Два огромных мужика разбойного вида, рядом с которыми Дор выглядел десятилетним хористом, вели связанную девушку с кожей нежно-зелёного цвета. Она была примерно вполовину ниже этих амбалов и такая красивая, что, если бы не ужас в её сиреневых глазах, рыжий так бы и любовался миниатюрной дочерью леса.
– Эй, вы! – тоненько крикнул молодой маг, уже понимая, что поплатится за дерзость, но не желая стоять и смотреть.
Громилы обернулись и гадко заухмылялись. Щуплый парнишка выглядел безобиднее курицы.
– А ну отпустите её! Я великий маг! Я повелеваю животными! Мне послушны стихии! Бойтесь священного пламени!!!
Разбойники переглянулись и, скалясь, попёрли на Дора. Никогда прежде он не исполнял «Танец с огнём» с таким вдохновением! Ломаные движения, слова неведомого науке языка, экстатические вопли, жёлто-красные завихрения и сполохи. Видимо, этим двум богатырям не встречались настоящие маги (те действуют не столь эффектно, зато намного более эффективно). Но мордовороты купились на показуху, особенно когда Дор с безумным криком подпалил им задницы. Для пущего устрашения чародей превратил тряпичных кукол в парящих чудищ, и через миг сладкая парочка умчалась, сверкая пятками и дырами в портах. Парень облегчённо выдохнул.
Как оказалось, зелёную красотку его выступление тоже напугало, но далеко убежать она не смогла. Когда тщедушная (но по сравнению с миниатюрной девушкой довольно внушительная) фигура недоучки нависла над спасённой, та зажмурилась и закрыла лицо связанными руками. Старик Заа когда-то рассказывал ученику о низкорослом лесном народе, но из этих историй Дор вынес только то, что ни в коем случае нельзя прикасаться к его представителям: это карается смертью, а ним’эр превосходные следопыты и стрелки.
– Привет. Я Дор. Я хочу тебя развязать. Я тебя не обижу, понимаешь?
Та чуть опустила руки и опасливо глянула на рыжего.
– Смотри. Вот верёвки. Вот у меня нож. Не бойся. Я помогу.
– Я понимаю. Мало, – с певучим акцентом произнесла ним’эр. – Помогай.
Путы упали на землю.
– Ты не ранена? Ничего не болит?
Она помотала головой.
– Пойдём. У нас есть что поесть. Есть хочешь? Пойдём.
Девушка неподвижно стояла, устремив взгляд куда-то в даль.
– Эй, – позвал Дор. – Всё хорошо. Сейчас тебя накормим, а утром провожу домой. Хочешь? Где ты живешь?
Та не отзывалась. Будь она человеком, можно было бы похлопать по щекам или приобнять за плечи. Но до ним’эр как достучаться?
– Слушай, не надо об этом думать. Всё закончилось, теперь будет получше. Мне можешь верить. Я не обижу.
Оливковая красавица посмотрела на Дора с такой тоской, что рыжему стало страшно. Не зная, куда деть взгляд, он стал шарить глазами по земле и заметил белый цветок на длинной ножке. Повинуясь какому-то странному чувству правильности, рыжий сорвал его и провёл по тоненькой блестящей линии, нарисованной слезой на зелёной щеке. Девушка вздрогнула, тряхнула головой и шепнула:
– Идём.
***
«Теперь я уже понимаю, почему невезуха преследует добрых, отзывчивых людей, которые как никто другой заслуживают всех благ этого мира. Просто судьба уготовила для них шанс на несказанное счастье. Но шанс этот так мал и ничтожен, что каждый день приходится отбирать крохи удачи у неважных дел и копить, копить, чтобы шансик увеличить. Поэтому у избранников судьбы всё валится из рук, дела идут хуже некуда, а всевозможные шишки без промаха падают им на макушку. Капризная фортуна заботится о своих любимчиках, но порой возможность счастья для добряка настолько призрачна, что просто удачи бывает недостаточно».
***
За скромным походным ужином они почти не разговаривали. Дор пытался разрядить обстановку неуклюжими шутками, которые, ко всему прочему, ещё и рассказывать не умел. Смеялся этим натужным остротам он один. В конце концов, недоучка сдался и предложил:
– Ла’ара, давай ты переночуешь с нами. По темноте опасно. А утром я провожу тебя до дома.