Ирина Ивочкина – Изгнанник. Книга первая. Проснись, хранитель Юга, я с тобой (страница 9)

– Вера ты справишься одна или за тобой вернуться? – Сумман взял Югу за руку, большим шершавым пальцев проведя по пыльной стороне его ладошки.

– Не переживай, брат, я разберусь с Гюршой и сразу вернусь, – Вера махнула им на прощание и, не дожидаясь ответа, направилась вверх по бархану.

– А что такое гю’ша? – потянул за рукав Суммана мальчик.

– Гюрша – этот огромный змей, который охранял тебя, пока мы спешили на помощь. Вера попросила его приглядеть за тобой. Но он решил выполнить задание более тщательно. Ты не сильно напугался? Я испугался ужасно – думал, ты пострадал.

– Нет, Сумман, Гю’ша хо’оший д’уг. Он зак’ывал меня всю ночь от вет’а и холода и ох’анял от ‘азбойников и хищников. Спасибо тебе за нового д’уга.

– Идем домой, – Сумман потянулся к нему, и Юга ступил ближе, чтобы хранитель мог взять его на руки.

– Будь выше воды, Сумман, – Юга взял в ладошки лицо хранителя.

– Будь выше воды, Юга, – в тон его голосу произнес Сумман и растворился вместе с мальчиком на руках в жарком пустынном воздухе.

Общество неверующих. Светогор и Куан.

208 год от создания мира Велина

Два брата, еще совсем юные, стояли друг напротив друга в кольце – арене для тренировок. Каждый тяжело дышал, не в силах поднять деревянный меч. Разгоряченные тела трясло от напряжения, мышцы сами собой сокращались и горели от ударов и долгого боя. Пот стекал по лицу, застилая глаза.

– Ты сегодня хорош, Куан, – брат сплюнул кровавую слюну на песок и вытер разбитую губу тыльной стороной ладони. Меч тяготил его руку, и движения получились рваными.

– Ты тоже весьма, – темноволосый юноша убрал прилипшие волосы со лба свободной рукой и выпрямился в полный рост. В этот момент его брат рванул вперед и, ударив, плечом в живот, выбил весь воздух из грудной клетки Куана. Ноги взметнулись вверх, и парень с силой приложился спиной о землю. Меч взметнулся в воздух и воткнулся в песок рядом с головами братьев.

– Никогда не расслабляйся и не считай, что бой окончен, – светловолосый короткостриженый парень надавил локтем на шею Куана, перекрыв ему доступ кислорода на пару секунд. – Будь начеку, даже когда враг повержен. – Светогор легко вскочил на ноги и протянул руку брату, распластавшемуся на земле и хватающему ртом воздух. Куан принял помощь и, все еще восстанавливая дыхание, хмуро уставился на Светогора.

Вокруг них тренировались наемники и члены общества Свободных. Звон от соприкосновения боевого оружия и искры, вырвавшиеся в сплетениях металла, завораживали. Куан обвел взглядом вспотевшие, раззадоренные тренировкой, разгоряченные лица воинов и нахмурился еще больше. Что двигало ими? За что каждый из них сражался? Куан не мог определиться, готов ли он так же самозабвенно рвануть в бой за идеалы отца. Брат толкнул его плечом, пройдя мимо к казармам.

Светогор безропотно преклонялся и следовал за Верховным магистром. Являясь самым жестоким и агрессивным человеком, которого Куан когда-либо встречал, Светогор – Светлый Высший советник Света – ненавидел весь мир и каждого его жителя в отдельности. И даже братскую любовь он проявлял лишь на арене, пытаясь вбить в голову Темного – Куана – все свои знания о сражении, стратегии и силе. Угодить отцу и по совместительству Верховному магистру было практически невозможно. Хотелось бы когда-нибудь узнать великую тайну – что же могло порадовать такого хмурого, равнодушного и вечно неудовлетворенного человека? Хотя было бы лукавством не сказать, что потугами старшего брата – Светогора – Синклид – Магистр – был доволен. Может, он и не проявлял напоказ свою радость и гордость за успехи детей, но короткий кивок головы или искра в глазах, когда Светогор жестоко расправлялся с противником на арене, ломая тому ноги и пальцы на руках, то и дело проскальзывали в монументально спокойном образе магистра общества. Куан не удостаивался даже долгого взгляда, дольше чем того требовало, чтобы проследить реакцию сына – врет ли, уверен ли или зол.

Злость Куану проявлять было нельзя. Все негативные эмоции должны были быть заперты глубоко внутри и пресекались на корню – они наказывались жесткими побоями от брата. А уж Светогор не скупился на тычки и пинки. Только хладнокровие и спокойствие могло быть спутником наследников магистра.

В это время мимо огороженной площадки для тренировок проходили люди, которые жили в селении на побережье реки Сетны. Ее широкое русло сильным потоком несло свои воды в бухту между полуостровами. Водоразделы в несколько деделем засевались полями, а близлежащие деревни разрастались год за годом. Куан всегда любил наблюдать за местными жителями. Трудяги с утра до ночи проводили свое время под солнцем. Куан сидел на возвышении в тени высоких дубов, когда внизу суетилась жизнь.

Ближе к полудню, когда люди разбредались и собирались под навесами, чтобы спрятаться от зенитного солнца и отдохнуть от работы, несколько девушек разносили кувшины с какими-то напитками – скорее всего это была родниковая вода или молоко из местной фермы – и свертки с хлебом и зеленым луком.

Его внимание привлекла одна, самая молоденькая и худенькая девчонка. Она тащила за спиной мешок на лямках и кренилась вперед, чтобы нести было легче. Колосья злаков мешали ей идти по тропе и цеплялись за длинную полотняную юбку. На поле она работала среди других девушек с серпом в руках, а сейчас наравне со взрослыми разносила питье и обед. Белый платок прятал волосы, связанные вокруг головы высокой короной, и открывал длинную шею. Куан засмотрелся, когда она повернула к нему голову и помахала рукой. Смущение разлилось по лицу, окрашивая щеки румянцем. Он потупил взгляд и поджал губы. Вряд ли девчонка заметила это – она находилась слишком далеко, да и тень от низко нависавших ветвей многовекового дуба падала на его лицо. Не дождавшись от него ответа, она продолжила свой путь к следующему навесу и скрылась от его глаз. Куан разочарованно вздохнул и взглянул вдаль, на правый берег Сетны. Солнце было высоко, и синяя дымка окрашивала темными тонами густой лес. Прислонившись к стволу дерева, Куан задумался и не заметил, как к нему кто-то подошел.

– Здравствуй, – послышался женский бархатистый голос. Куан вздрогнул и резко отступил, опустив руку на эфес меча, который он в последнее время постоянно носил с собой.

– Чего тебе? – слишком грубо прорычал Куан и осмотрел девушку с ног до головы. Ее босые стопы прятались в зеленой траве. Юбка скрывала лодыжки, серый передник с карманами, в которых что-то лежало и выпирало наружу, рюши на груди и уходящие на спину лямки передника. В вытянутых руках она держала глиняный кувшин и протягивала ему. Куан задержался взглядом на сосуде и резко перевел глаза на лицо. Ее большие ярко-синие глаза изучали его, слегка загнутый книзу нос и чувственные губы девушки, еще круглые по-детски щеки растянулись в стороны, когда она улыбнулась, открыв ряд белых зубов.

Внутри у Куана что-то екнуло, и сердце пропустило удар.

– Воды тебе принесла. Ты давно здесь сидишь. Жарко, наверное, – она пожала плечами и сделала шаг к парню, чтобы быстрее вручить ему кувшин. Куан принял подношение и припал губами к прохладной кромке сосуда. Вода была ледяной, только что из родника, и обжигала горло. Жадно глотая, Куан не мог оторвать глаз от девушки. Она улыбалась и не сводила в него взгляд.

– Куан, идем, – послышался сухой голос брата со стороны площадки.

Оторвавшись от кувшина, парень сунул его в руки девушки, быстро вытер рот и бросился к брату, чтобы Светогор не увидел девчонку, пока поднимался на возвышение.

– Сегодня возвращаемся домой, – напряженно бросил Светогор.

– Что-то произошло? – Куан не решался обернуться, чтобы убедиться, что девушка не стоит на возвышении и не видна за деревом. Он приближался к брату, пытаясь понять, что так разозлило Светлого, который в принципе не бывает в хорошем расположении духа. На этот раз глаза его искрились от ярости.

– Да, отец нас вызывает, – процедил парень, резко разворачиваясь и направляясь к арене, на которой проходили тренировки.

Светогор очень редко обращался к магистру Общества как к отцу. Верный служитель Света, Советник, считал это ниже своего достоинства. Показывать свое пренебрежение к иерархии – значит не уважать и не чтить закон, а это карается если не смертью, то страшным наказанием.

Куан напрягся всем телом. Что-то действительно важное случилось и не терпит отлагательства. Все же нагнав брата, Темный нерешительно схватил его за плечо и схлопнулся в пространстве, чтобы перенестись в пещеры Общества.

– Ты нашел себе новую игрушку? – когда тела двух парней оказались в тускло освещенном коридоре, Светогор продолжил свой путь, словно и не было этого секундного перемещения.

– Не понимаю, о чем ты, – прохрипел Темный. После каждого переноса Куана мутило. Тяжелее всего было перемещаться с ношей вроде человека – а уж светлый хранитель был практически неподъемным. На лбу выступила испарина, по спине тек холодный пот, в глазах мерцали разноцветные мухи, а вот рту скопилось столько слюны, что еле успеваешь сглатывать.

– Не понимаешь, – это не было похоже на вопрос, а скорее на скептическое утверждение, – я о той девчонке, которая смотрела на тебя, как на ангела.

Куан поперхнулся, не в силах сдержать улыбку.