Ирина Грин – Чужая лебединая песня (страница 6)

Алиса добрых полминуты смотрела на него внимательно, а потом кивнула:

– Устраивает.

При этом она слегка поморщилась.

– Болит? – всполошился Федор.

– Да, немножко, – созналась девушка и коснулась пальцами лба.

– Надо немедленно выпить таблетки и лечь.

Она не сопротивлялась.

Федор отвел ее в спальню, уложил в постель и заботливо подоткнул одеяло.

– Подушка не низко? Может, мою возьмешь? – Он приподнял подушку и с ужасом обнаружил под ней свои трусы – алого цвета бомберы с танцующими черными пингвинами в белоснежных манишках.

Идиотский подарок на 23 февраля от администрации фирмы, где он работал до «Кайроса». С момента получения презента Федор надевал его всего пару раз, и надо же такому случиться – вчера именно эти трусы попались ему под руку.

Он снова представил себя в виде зомби, бредущего с закрытыми глазами в сторону спальни, сдирающего с себя футболку, переступающего через штаны…

Захотелось немедленно убиться головой об стену, но делать этого Федор не мог. Теперь он нес ответственность за эту девочку. И пока не сдаст ее с рук на руки матери или кому там еще, членовредительство отменяется.

– Приходи поскорее! – Алиса протянула к нему руки, он волей-неволей нагнулся, позволяя заключить себя в волшебный круг, пахнущий кофе и хвоей.

– Обязательно! – Он коснулся губами ее щеки, такой нежной и теплой, что и без того эфемерное желание отправиться на работу моментально испарилось.

Федору показалось, что он плывет по реке. Ласковые волны несли его вперед, к тихой гавани, где его ожидало бесконечное блаженство. Но стоило его пальцам коснуться того места, где голубую ткань приподнимали два вожделенных холмика, громовой голос инструктора по рафтингу у него в голове завопил: «На работу! Быстро! Раз! Раз!» Наваждение отступило, и Федор опрометью бросился к двери.

– Я скоро! Захочешь есть – холодильник в твоем распоряжении. И никому не открывай! – крикнул он уже с порога.

Вылетая из подъезда, он чуть не отфутболил намеревавшуюся войти собачку, за что был удостоен презрительного взгляда как животного, так и сопровождавшей его старушки.

Соседка выразительно поджала губы и покачала головой.

«Черт, – подумал Федор. – Она ведь наверняка может что-то рассказать про Алису. Да только не захочет она со мной разговаривать. Вон как смотрит».

– Извините, пожалуйста, – смиренно произнес Федор.

Не ответив, бабуля наклонилась, подхватила пса под мышку и с достоинством королевы скрылась в подъезде.

Глава 4

«Лучше бы не приходил!» – подумал Федор, когда звон колокольчика над дверью возвестил о его приходе на работу.

Недовольство его было вызвано присутствием в офисе майора Щедрого Андрея Геннадьевича. Шумный и чрезмерно разговорчивый майор, похоже, положил глаз на Кристину Сергеевну[7] и наивно полагал, что никто этого не замечает.

Делая вид, что случайно пробегал мимо, он усаживался рядом с Кристининым столом, пил кофе и рассказывал Кристине и Тимуру Молчанову абсолютно иррелевантные новости, а то и просто скабрезные, непомерно бородатые анекдоты.

Кристина с Тимуром считали, что знакомство с майором – вещь стратегически нужная, поэтому всячески привечали его. Вот и сейчас Щедрый, дружелюбно кивнув Федору, продолжил очередную историю:

– В следующий раз муж увидел у жены новые туфли. «Представляешь, – говорит она, – иду по улице, смотрю: на скамейке коробка. Открываю – туфли. Абсолютно новые! И как раз такие, о каких я мечтала. И главное, представляешь, размер мой!» Через неделю – бац – у жены кольцо с бриллиантом. Муж спрашивает: «Откуда колечко?» Она отвечает: в троллейбусе уронила десять рублей. Наклонилась, чтобы поднять. Вижу – кольцо. И размер – точь-в-точь мой! «Везет тебе, – говорит муж. – А я только трусы позавчера под подушкой нашел. Красные. Вроде бы ничего, но ношеные и размер не мой».

Тут Федор, тихо проскользнувший на свое рабочее место и вполуха слушавший майорский бред, вскочил, словно ошпаренный.

– Какого черта! – заорал он. – Пока вы тут байки травите, на мою девушку напали и чуть не убили.

– На девушку? – удивленно переспросил Щедрый, тем самым подлив масла в огонь лебедевского гнева.

– Да, на девушку! И никому дела нет!

– Подожди, Федя, не кипятись, – попыталась урезонить разошедшегося программиста Кристина.

– Как зовут девушку? – отбросив веселость, спросил Щедрый.

– Никак! – отмахнулся Федор, возвращаясь на место.

– Никак – это имя или фамилия? – не отставал майор.

Отвечать Федору не хотелось. В вопросе ему чудился подвох. Небось, думает: «А был ли мальчик? Или история про девочку – плод фантазии просидевшего всю ночь в интернете программиста?»

– Алиса ее зовут, – нехотя ответил Федор. – Алиса Лопухова.

Лебедев натянул наушники, отгораживаясь таким образом от очередных вопросов, и сделал вид, что с головой ушел в работу. Но от его внимания не ускользнули взгляды, которыми обменялись Тимур, Кристина и майор. Потом Щедрый позвонил кому-то, и Федор уловил дважды произнесенную фамилию Алисы – Лопухова.

«Надо успокоиться», – скомандовал себе Федор.

Легко сказать – после внезапной вспышки гнева пальцы сами собой сжимались в кулаки.

Он включил компьютер, попутно выудив из стола пачку соленых орешков. Привычные движения успокаивали. Федор просмотрел почту. Ничего срочного, не явись он сегодня на работу – никто бы и не заметил, но все равно напустил на себя вид бесконечно занятого человека.

– Слышишь, Федор! – Лебедев обнаружил Щедрого, материализовавшегося у его стола. – И правда была такая, Алиса Лопухова. Поступила с травмой головы и легким сотрясением мозга. Заявила, что упала сама. От госпитализации отказалась и была отпущена домой. Никакого криминала.

– Конечно, никакого криминала, – возмутился Федор. – Да ее чуть не убили у меня на пороге. Кристина Сергеевна в курсе.

– Да? – Щедрый вопросительно посмотрел на Кристину.

– Да, Федор мне звонил, – подтвердила Кристина и подошла ближе к Федорову столу.

– Чуть – не считается, – заявил Щедрый. – Вот сегодня на Столетовской мусорке женщину нашли с пробитой головой. Ту на самом деле убили…

– То есть считаете, что Алисе нужно дождаться, когда ее действительно убьют и выбросят на мусорку и тогда полиция заинтересуется этим делом? – Федор содрал наушники с головы и в сердцах бросил их на стол.

– Андрей! – Кристина взяла майора за локоть, пытаясь вывести из зоны лебедевского гнева.

– Нет, ну правда, Кристина Сергеевна! Почему такая несправедливость?

– Кто тут обижает нашего компьютерного гения? – Под пронзительный звон колокольчика в офис ввалился Рыбак в сопровождении Аси. – Привет, Геннадьич.

Рыбак обменялся рукопожатиями со всеми присутствующими, Ася чмокнула Кристину в щеку.

– Так, что у нас тут за спор? – повторил Иван, усаживаясь на стул возле лебедевского стола.

– Да ничего особенного, – буркнул Федор. Почему-то при Асе ему расхотелось продолжать разговор об Алисе. – Андрей Геннадьевич сначала порадовал нас анекдотом на тему семейной измены, а потом рассказал страшный случай.

– Что за случай? – заинтересовался Рыбак. – Я в курсе?

– Скорее, нет, – скривился Щедрый. – Да и не рассказывал я, просто к слову пришлось. Труп сегодня утром обнаружили. Кто-то женщине раскроил голову и выбросил на помойку. Ни документов, ни одежды…

– Как? Совсем без одежды? – уточнил Рыбак.

– Совсем, – подтвердил Щедрый.

– Какой ужас! – охнула Ася.

– Сто процентов преступление на почве страсти, – заявил Рыбак и, сделав огромные глаза, плотоядно посмотрел на Асю.

– Кофе? – поинтересовался Молчанов, которому тема обнаженных женских трупов явно не пришлась по душе.

– Кофе? – Щедрый посмотрел на часы. – Я бы с удовольствием, но, скорее всего, в другой раз.

Предложи Кристина выпить кофе на дорожку, майор остался бы, но гендиректору «Кайроса» в данный момент было не до реверансов – дальнейшее укрепление отношений с Щедрым можно отложить до следующего раза. Гораздо главнее спокойствие Федора, которого каждое слово майора выводило из себя.

– А мне хочется моккачино, – заявила вдруг Ася, проводив взглядом Щедрого.

– Моккачино? – Кристина посмотрела на Федора, казалось, с головой ушедшего в изучение информации на мониторе, перевела взгляд на Молчанова, мысленно поручая ему поддержание порядка в фирме, и тряхнула головой (при этом ни один волосок из ее прически не сдвинулся с места). – Пусть будет моккачино.

Моккачино готовили в баре, находившемся в двух шагах от офиса «Кайроса».