Ирина Градова – Медицинский триллер-2. Компиляция. Книги 1-26 (страница 163)

У Мономаха было искушение соврать, потому что объяснять слишком долго, да он и не был уверен, что стоит грузить приятеля своими проблемами. С другой стороны, по здравом размышлении, ему вдруг пришло в голову, что Диду действительно мог бы помочь. Поэтому он опустился на массажный стол, сделал глубокий вдох и начал свой рассказ.

– Ну, ты даешь! – покачал головой Диду, выслушав все до конца. Мономах подумал, что точно такой же была реакция Сурковой, когда он поведал ей о своих приключениях. – Я догадывался, что ты авантюрист, но – чтоб до такой степени…

– Можно подумать, я сам все это себе устроил! – сердито буркнул Мономах.

– Да так и есть, сам! – усмехнулся Диду, разминая плечо здоровой рукой. – Ну кто тебя просил влезать?! Ты врач, а не психолог, полицейский или кто там еще, черт подери!

– Ладно, но я влез, так? – устало произнес Мономах, не найдя понимания. – Значит, теперь надо как-то из этого выгребаться!

– Это точно, надо, – согласился Диду. – Хочешь, я за тобой похожу? Ну, чтобы никто на тебя больше не наскакивал?

– Предлагаешь стать моим телохранителем? – удивился Мономах. – Да как ты себе это представляешь?

– Поверь, я умею быть незаметным.

– Да я тебе верю, но… Слушай, а ведь в этом что-то есть!

– Ну а я тебе о чем толкую?

– Да нет, не мне телохранитель нужен – вряд ли меня снова побеспокоят, ведь я больше не намерен ничего предпринимать, пусть Суркова работает!

– Вот это правильно! – одобрительно закивал Диду. – Но чем я могу помочь?

– Можешь. Походи-ка ты за Олей, ладно? Ну и за братишкой ее – так, на всякий случай, хорошо? Мамаша и так у меня лежит и в ближайшее время никуда не денется, а вот дети…

– Так что, за ними никто не присматривает?

– Карпенко – ну, мамаша то есть, с какой-то соседкой договорилась, но соседка пожилая и не может существенно помочь. Представь, что будет, если злодеи вздумают «наехать» на девчонку!

– Договорились, – сказал Диду. – Я с этой Оли глаз не спущу, только ты мне покажи ее, ладно? И, сдается мне, будет лучше, если она ничего не будет об этом знать.

– Согласен! Идем, покажу ее тебе: сейчас как раз часы посещения, и дети должны быть в палате у матери.

Алла собиралась отправиться в больницу, чтобы побеседовать с пациенткой Мономаха Карпенко, когда ей позвонил Игорь Осипов из экспертно-криминалистического отдела и спросил, может ли зайти.

Разумеется, Алла согласилась: все, что известно ей на данный момент, походило на разрозненные кусочки пазла, который невозможно собрать, не представляя, хотя бы примерно, что должно получиться в результате. Вдруг Игорь сумеет что-то прояснить?

– Неужели вам удалось обнаружить сайт, ссылку на который вы нашли в компьютере Ямщиковой? – спросила она, едва он переступил порог ее кабинета.

– Не совсем, – ответил тот. – Сайт Lulluby, судя по всему, прекратил свое существование. Ну, или, возможно, замаскировался под другой.

– Как это?

– Дело в том, что мои исследования «потеряшки» Lulluby вывели меня на сайт под названием Vuggevise.

– Тоже иностранный?

– Судя по всему, норвежский или датский. Или и то, и другое – вы же понимаете, трудно установить, откуда у этих сайтов ноги растут! Дело в том, что слово Vuggevise и на норвежском, и на датском языках означает одно и то же.

– Что?

– «Колыбельная».

– Так-так… И что же это за сайт такой?

– Не могу сказать.

– Почему же?

– Он закрытый. Как клуб, понимаете, только для членов. Видимо, у них имеется пароль или личный идентификационный номер, и они могут войти, когда захотят.

– А что, взломать нельзя? – поинтересовалась Алла.

– Можно попытаться, но опыт подсказывает, что сайт тут же «схлынет»: если он так хорошо защищен, значит, модератор круглые сутки за ним наблюдает. Любая попытка взлома может привести к тому, что сайт тут же перестанет существовать.

Алла задумалась ненадолго.

– Говорите, норвежский сайт? – проговорила она наконец.

– Или датский, да, – подтвердил Игорь. – А что?

– Я вот думаю, что русская девушка Лида Ямщикова могла иметь общего с иностранным сайтом, который, по вашим словам, защищен, как Форт Нокс?[21]

– Считаете, шпионажем попахивает? – навострился эксперт. – И за это ее убили?

– За что, простите?

– Ну… вдруг ваша Ямщикова была норвежской шпионкой? Или датской?

– Это вряд ли! – усмехнулась Алла. – Молоденькая девчонка, связей с заграницей не имела… Или имела? – тут же задала она вопрос самой себе, вдруг осознав, что этой стороной жизни жертвы они не интересовались – повода не было.

– Алла Гурьевна, я могу рискнуть и попытаться взломать этот Vuggevise, – предложил Игорь. – Есть у меня парочка программулек…

– Нет-нет, погодите, Игорь! – поспешила остановить его Алла. – Не хватало нам только международных скандалов… Может статься, сделать это все же придется, но только тогда, когда я буду полностью уверена в такой необходимости.

– Так что, оставить сайт в покое?

– Пока да. Было бы здорово заполучить секретный пароль, но об этом приходится только мечтать! Попробую провентилировать еще раз знакомых погибшей – вдруг кому-то из них что-то об этом известно?

Когда Осипов ушел, немного расстроенный, как показалось Алле, она принялась размышлять.

Что известно на сегодняшний момент? Что погибла молодая девушка, работница органов опеки и попечительства. Что у нее были странные отношения с соседом, который ранее за ней ухаживал, но способ убийства слишком уж замысловатый для такого, как он… Да и могли он так сильно обозлиться на бывшую девушку, чтобы попытаться ее убить?

Если бы речь шла о спонтанном убийстве, можно еще согласиться, но оно, совершенно определенно, было запланировано, причем убийца попытался обставить все как самоубийство. Нет, вряд ли Токменев виновен в чем-то, кроме дебошей и скандалов.

Теперь о работе. Получала ли Ямщикова угрозы, как некоторые ее коллеги? Надо и это проверить. С другой стороны, мать наверняка упомянула бы об угрозах… Если, конечно, Лида рассказывала. Может, она не хотела расстраивать и пугать мать? Кто тогда может быть в курсе – подруги? В общем, пока мало что проясняется. И еще: каким образом подпись Лиды оказалась на акте об изъятии детей Карпенко, раз она все время сидела в кабинете? А теперь этот странный сайт, меняющий названия, как модница наряды…

Оставалось надеяться, что разговор с Карпенко добавит кусочков к головоломке, над которой бьются Алла и ее команда. Пока – безрезультатно!

– Какой-то ты потрепанный! – заметил Иван Гурнов при виде Мономаха.

Тот только рукой махнул – ну, не в настроении он рассказывать о столкновении с громилой и о договоре с Диду.

– Работы много, – добавил Мономах, видя, что патолог не удовлетворился его неопределенным жестом. – Достало все!

– Поним-а-а-аю, – протянул Гурнов, но лицо его при этом выражало сомнение.

– Ты звал меня, чтобы понизить мою самооценку или у тебя есть что рассказать?

– Одно другому не мешает, знаешь ли… Проблема в том, что рассказывать нечего, могу лишь констатировать факт: мы зря вломились в дом Протасенко!

– Значит, источник мелиоидоза не там?

– Определенно нет. Так что будем делать дальше? Мономах задумчиво потер подбородок, ощущая под пальцами начавшую прорастать щетину: это не дело, нужно побриться!

– Слушай, – сказал он, внезапно озаренный мыслью, – помнишь, я нашел у Протасенко брошюры с рекламой операций по увеличению груди?

– Те, что из нашей больнички?

– Если предположить, что Протасенко делали грудь у Каморина…

– Да чего тут предполагать – можно же просто-напросто спросить, – перебил Мономаха Гурнов.

– Верно, можно. Так вот, что, если проблема в имплантах? Вдруг они заражены… каким-то макаром?

– Ты хотя бы представляешь себе, что бы это означало?! – пробормотал Иван.

– Это означало бы, что множество врачей, использующих такой вид имплантов – ну или импланты из какой-то определенной партии – неосознанно подвергли, и подвергают, пациентов смертельной опасности. Но мы же можем предположить, верно?