Ирина Голунцова – Злодеи выбирают себя. Том 1 (страница 20)
Тишина, разбавляемая звуками дождя, позволила Чэнь Син чуть расслабиться. Устало выдохнув, она оперлась о деревянные перила галереи и подумала, что ситуация, в которой она оказалась, не столь сказочная, как можно подумать. Если с очарованием мужчин Чэнь Син ещё могла пустить в ход манипуляции, играя на их чувствах, чтобы достичь результата, с оправданием титула мастера дела обстояли сложнее.
Восстановление дисциплины, изменение подхода к обучению подрастающего поколения заклинателей, корректировка организационной структуры и управления – огромная работа, которую за год вряд ли удастся успеть сделать. Дай бог хотя бы за месяц она изучит текущую ситуацию в усадьбе Чёрной черепахи и предложит варианты по улучшению.
«Вряд ли старейшины обрадуются решению изменить многовековые устои, с которых не то что пыль, а ржавчину пора бы уже сдирать, – вздохнула Чэнь Син. – Договориться со старейшинами будет нелегко. В веб-романе ни черта про это не рассказывалось, однако, даже несмотря на то что последнее слово всё равно за мной, эти старики могут запороть мне весь проект. Да, проект. Это мой новый проект. Ну, во всяком случае, это можно воспринимать как проект по улучшению качества работы…»
– Мастер Чэнь!
– Наставница! Наставница вернулась!
– Мастер!
Детские голоса вернули Чэнь Син в реальность. Обернувшись в их направлении с до боли нехорошим предчувствием, она увидела с десяток детей в возрасте от шести до двенадцати лет, несущихся в её направлении с радостными воплями и смехом.
У Чэнь Син от ужаса кровь схлынула с лица. Действуя рефлекторно, она выкинула руку перед собой и воскликнула:
– Стоять!
Дети, разумеется, остановились, удивлённо хлопая ресницами. Глядя на них, словно на полчище тараканов, выбравшихся во влажный летний день из подземных щелей, Чэнь Син краем глаза заметила вспыхнувшее голографическое окно. Пока что Система не распиналась об ООС, однако красноречиво намекала о занесённой невидимой дубине каноничности.
– … – Она постаралась взять себя в руки, с важным видом прочистив горло и оглядев детей. – Ваша наставница немного пострадала во время миссии, а ещё устала. Прошу вас сохранять спокойствие и…
– Пострадала?
– Как пострадала?
– Давайте мы вам поможем!
– Нет, мы поможем!
– Ой, да чего ты можешь? Давайте этот ученик заварит вам чай, мастер!
– Это ты что можешь, ты, глупый неумеха!
– Ты кого назвал глупым?!
– Замолчали, мелочь, не видите, что наставнице плохо?!
– А ты на нас не кричи!
– Вот именно! Мы тебя проучим!
Голоса смешались в сплошную какофонию криков, отчего у Чэнь Син моментально опух мозг и появилось кислое выражение на лице. Оглядывая толпу кричащих детей, находящихся в шаге от того, чтобы не устроить побоище посреди галереи, она мысленно досчитала до трёх. Подобравшись, Чэнь Син громко хлопнула в ладоши и воскликнула:
– Тихо!
Эхо её голоса прокатилось по веранде и саду, заставляя учеников замереть от испуга и уставиться на Чэнь Син.
– Детки, – ласково произнесла Чэнь Син, думая, что бы такого напутственного сказать. Но в голове не просто летало воображаемое перекати-поле, там уже не осталось ни одной внятной мысли. Вернув внимание ученикам, она сказала: – Всего хорошего.
Обходя детей словно лебедь, оплывающий трясину, Чэнь Син поспешила скрыться из виду – стоило её фигуре исчезнуть, как галдёж тут же возобновился. Дети спорили о том, кто больше достоин подносить чай своему мастеру, среди них особо выделялся тот, кто рьяно кричал:
– А ну, замолчали, мелюзга! Этот Фэй[38] – младший ученик мастера, поэтому он приказывает вам всем умолкнуть и знать своё место[39]!
На удивление, споры почти моментально стихли, не считая редких бормотаний в духе: «Ну и что, что ты младший ученик…» Правда, и они оказались быстро пресечены благодаря паре подзатыльников со стороны Фэя.
Но это несильно обрадовало Чэнь Син. Потому что увиденная картина красноречиво показала, в сколь плачевном состоянии находилась дисциплина в рядах учеников усадьбы Чёрной черепахи.
«И всё это дерьмо придётся разгребать именно мне».
Глава 9
Усадьба Чёрной черепахи
Дождь с грозой полностью накрыл духовную школу Небесного дао, не переставая барабанить по крышам до глубокой ночи. Чэнь Син едва успела перекусить тем, что ей принесла Шани в рабочий кабинет. Остаток дня она потратила на изучение документов и рукописей. Не пришлось даже прикидываться больной и измученной, прося Шани передать учителям, что она не сможет присутствовать на занятиях ближайшие пять дней.
Дело заключалось не только в необходимости поправить здоровье. В расписании занятий Чэнь Син нашла своё имя напротив таких дисциплин, как «игра на музыкальных инструментах» и «практика формаций и заклинаний». Похоже, она действительно являлась неплохим мастером своего дела, да только в душе не знала, как обращаться с гуцинем[40] и как формировать заклинания. Скорее всего, здесь лежал тот же принцип, что и с полётом на мече: в голове пустота, но тело хранит воспоминания.
«То есть мне потребуется несколько дней, чтобы вспомнить, как играть и как формировать заклинания, чтобы не упасть лицом в грязь, – рассуждала Чэнь Син, не переставая вздыхать подобно старой бабке. – Хотя уже подумываю о том, чтобы всерьёз всем говорить, что я ударилась головой и ничего не помню».
Проведя за изучением документов, в которых даже бог письменности не разобрался бы, несколько часов до глубокой ночи, Чэнь Син не выдержала и принялась по старой привычке ругаться в пустоту. Похоже, её предшественница не уделяла должного внимания организованному хранению документов и категоризации информации. Чэнь Син сумела разобраться разве что в учебном аспекте дел: расписании, количестве адептов и учителей, кто из молодых дарований приходился кому личным учеником.
До бани Чэнь Син добрела в полуобморочном состоянии. Только сняв с себя одежду, она сообразила, почему весь день ловила на себе странные взгляды – состояние её ханьфу оставляло желать лучшего. К счастью, Шани заранее позаботилась о том, чтобы чистая одежда уже ждала её в бане.
«Получается, тут и нормальной канализации нет. И душа… Добро пожаловать в Древний Китай. Про капучино и ортопедическую подушку можно не заикаться, да?» – думала Чэнь Син.
На улице стояла поздняя ночь, о чём говорила не только темнота, но и собачий холод. Погода в горах довольно непредсказуема: днём могла обжигать жара, словно огонь из печки, а ночью жалил мороз. Однако духовные силы помогали поддерживать стабильную температуру тела, поэтому халата и накидки вполне хватало, чтобы сохранить тепло.
Зайдя в свои покои, Чэнь Син бездумно начала ощупывать стену. Голова не соображала, усталость напоминала о себе, несмотря на великую магию совершенствующегося мастера. Поэтому лишь пару фэнь спустя, тихо пробормотав ругательства и стукнувшись лбом о деревянную стену, Чэнь Син сообразила, что бесполезно искать выключатель света.
Огромный плюс быть мастером заключался в том, что одна из застроек-колодцев сыхэюань отводилась в его личное пользование. Одну такую застройку делили между собой мастер и его личные ученики, селящиеся в дополнительных спальнях. Чэнь Син ещё предстояло изучить свою обитель, но, осмотрев спальню в тусклом свете зажжённой лампы, она хоть немного порадовалась увиденному. Резная кровать – и не простая, а с балдахином, защищающим от насекомых, – шкаф, тумбочки, высокий стол и стулья. Открыв ставни, Чэнь Син запустила в комнату холодный воздух, с трудом разглядев декоративные растения во внутреннем северном дворе. Шёл дождь, изредка мелькали молнии.
Выдохнув и прикрыв ставни, Чэнь Син прислонилась к ним лбом и застыла, слушая звуки природы. В голове в это время стоял шум. Уставшая, вымотанная, Чэнь Син упала на кровать, лениво глядя на свет лампы и гадая, стоило ли её погасить, чтобы избежать риска возникновения пожара? Она уже погибала один раз, не хотелось бы снова испытывать судьбу.
«А ведь тогда я ударилась. Тогда… тогда…» – всё размышляла Чэнь Син, ощущая накатывающую сонливость, но вплоть до того момента, пока на неё не нахлынуло пугающее осознание.
Распахнув глаза и застыв с выражением откровенного негодования, Чэнь Син резко села. Копаясь в воспоминаниях, она никак не могла найти среди них события, произошедшие в день её смерти.
«Меня сбила машина, а до этого… было темно, да, я шла из зала, похоже, и… работала, кажется. Но над чем? Над каким проектом? Что за задачи были?» – с каждым новым вопросом беспокойство усиливалось, и в какой-то момент Чэнь Син с ужасом осознала, что напрочь забыла, как выглядят её коллеги. Она представляла общие черты их внешности и особенности: цвет волос, стиль одежды, должности.
Когда Чэнь Син попыталась отыскать в памяти куда более личные воспоминания, то с облегчением поняла, что не забыла, как выглядели её родители. Одной мысли о них хватило, чтобы почувствовать щемящую боль в сердце. А если ещё вспомнить, что в запертой квартире остался кот…
– Система, что происходит с моими воспоминаниями? Почему я почти не помню ни своих коллег, ни свою работу, ни последний день из жизни?
Воспоминания пользователя о прежнем мире интерпретируются вашим новым телом, точнее, мозгом как ненужная информация. Они будут постепенно исчезать из вашей памяти.