Ирина Голунцова – Горький гренадин (страница 27)

В командном центре опустилась тишина, в ушах до сих пор звенело эхо моего громкого голоса. Не уверен, что смог отрезвить людей в полной мере, но они явно устыдились своего страха, уже сделав выбор. Поздно бояться, настало время действовать.

— Так мне кто-нибудь скажет, где в последний раз видели Кайло Рена? — Уже без былого пыла поинтересовался я, сложив руки за спиной и отойдя к окну.

Секундное замешательство сменилось действием, солдаты прильнули к экранам компьютеров и планшетов, принявшись отыскивать информацию, и спустя считанные секунды раздался женский голос:

— Сорок семь минут назад у южных ворот дворца. Его видели вместе с небольшим отрядом.

— А потом?

— Больше сообщений от этой группы не поступало.

Понятно. Значит, Кайло решил отвлекать солдат до последнего, оставив одного из рыцарей, а сам отправился к военной базе — куда же еще? Учитывая временной промежуток, он мог уже давно пребыть на базу, о чем моментально бы доложили — в ее пределах мы использовали рации, поэтому со связью проблем не было. Да, мальчишка мог тайком пробраться по подземным коридорам или затаиться, но… это же Кайло, стратегия и бесшумная тактика — не его конек.

— Значит, они выдвинулись, — ни к кому не обращаясь, отметил я, будучи разочарованным фактом, что мне не доложили о последнем появлении Рена. То есть доложили, но… — Ладно, приготовиться…

Звук тревоги опередил мои слова, как, впрочем, и ожидания, что у нас еще осталось некоторое время в запасе. Выругавшись под нос, я быстро подошел к пуленепробиваемому стеклу панорамного окна, возможно, немного опасаясь, что нечто сможет прорваться в командный центр. Боеголовка, например. Но пока моему взору открылась непоколебимое спокойствие, во всяком случае бетонные строения гигантского лабиринта базы никто не осаждал.

— Где прорыв? — С необъяснимым бесстрастием уточнил я, терпеливо ожидая, когда солдаты отыщут ответ на экранах мониторов. И, признаться, чем дольше проходило времени, тем больше удивленных лиц обращало ко мне взгляды. — Что?

— Генерал… прорыв есть, но… не на базе. — Без страха быть отчитанной или обвиненной, но пребывая в откровенной растерянности, сообщила женщина-сержант с темной копной густых волос.

— А где же? — Не столько разозлено, сколько устало уточнил я, и, проследив за взглядом сержанта, едва не закатил глаза и не пнул близстоящий стул. — Да вы издеваетесь… только их не хватало. И какова обстановка?

— Два челнока вышли из гиперпространства; семнадцать истребителей, включая один… грузовой корабль, рвутся к орбите.

А у нас только один Звездный Разрушитель на этой стороне планеты. Остальным потребуется не меньше получаса, чтобы подоспеть на помощь, но… да к черту!

— Доложите на Разрушитель: пусть отправят эскадрилью разобраться с вражеским флотом истребителей, по челнокам открыть обстрел с целью не подпускать их к орбите.

— Тогда придется открыть один из каналов связи. Подтверждаете?

— Подтверждаю. — Словно у нас оставался выбор — теперь придется воевать на два фронта, будь они все прокляты.

За окном гремели взрывы, но не на земле, а высоко в небесах — с каждой минутой яркие вспышки озаряли багряно-рыжее полотно. На меня внезапно обрушились воспоминания с базы «Восход», как я стоял в комнате управления, а над бескрайним морем леса воздух рассекали истребители. А потом выпущенная ракета разорвалась близ меня, одарив жгучим пламенем взрыва. Тогда я уцелел лишь благодаря лейтенанту Опале, закрывшей нас с майором щитом Силы. Не столь удачно, но… сейчас не спасет и такое чудо.

— Генерал, боюсь у нас проблемы… — Нерешительно отозвался парень-лейтенант, и голос его дрогнул, скорее, не из-за страха передо мной, а перед плохими новостями. — Они отказываются выполнять приказ.

— Что?! — Меня поразила бестактность экипажа Разрушителя в столь щекотливой ситуации. Это возмутительно, какого черта?! — Как это понимать?!

— Они прослышаны о ситуации в столице, что мы выступили против Верховного Лидера и… считают нас предателями.

— Просто отлично.

Мне уже не хотелось сдерживаться, я желал что-нибудь сломать, заорать во все горло от злости и ярости. Предатели?! Серьезно?! Да пусть они подавятся своими глупыми принципами и страхом, но остановить повстанцев, не дать им добраться до столицы, крайне необходимо! Уж чую, что в первую очередь снаряды полетят не в сторону отпрыска Леи Органы, а на меня.

— Генерал, нападение! — Вырвал меня из пучины гнева лейтенант, быстро скользя пальцами по панели планшета. — прорыв у ворот B-2.

— Камеры.

На широком мониторе моментально вспыхнула картинка прямой трансляции. Ворота были подорваны, выгибались внутрь, покрытые сажей, окруженные дымом. С высоких стен штурмовики осыпали огнем неприятеля, несколько небольших отрядов готовилось встретить врага не только радостными объятиями, но и шквальным обстрелом. Мне стало любопытно, кто же к нам пожаловал — противника скрывали облака дыма. Но едва увидев, как пара солдат в белой броне слетают с фасада стен, словно бумажные человечки под порывом шквального ветра, сомнений не осталось.

— Рен здесь, — отметил я, скорее, для себя.

— Генерал, у нас очередной прорыв.

— Где? — Не отрываясь от монитора, спросил я.

— Взлетная площадка — вражеский корабль атакует… и… еще с севера, у… и ворота А-1!

— Вывести карту базы на экран и отметить точки прорыва, — жестко скомандовал я, вынуждая людей пошевеливаться, если бы огонь лизал им пятки. А он лизал, я бы даже сказал, что покусывал острыми клыками. — Выделить командный центр.

Это было ожидаемо. Сжимая кулаки за спиной, ощущая, как кожа перчаток скрипит от натяжения, ровно как и мои нервы, я тяжело и медленно выдохнул, наблюдая один из худших сценариев. Нас окружили — признаю, Рен, не ожидал от тебя подобной хитрости. Но ты выбрал противника, который тебе не по зубам. И я это докажу.

— Сколько в данный момент на базе людей?

— Точно не знаем… семь сотен, возможно, больше.

— Прикажите штурмовым отрядам сопротивления держать оборону в течении шести минут, а затем пусть каждый по очереди начнет отступление — через каждые две минуты. Пусть заманивают противника внутрь. Остальным прикажите немедленно эвакуироваться.

— Генерал?

Даже не глядя на людей, собравшихся здесь, я ощущал на себе их взгляды, не то осуждающие, не то испуганные. Это злило, их презрение и несогласие, словно бы мне самому становилось радостно от идеи пожертвовать людьми ради победы. Но лишь так у нас имелся шанс одолеть форсъюзеров.

— Свяжите меня со звездным разрушителем. — На мой приказ ответом послужила напряженная тишина, и проигнорировать столь дерзкий жест я оказался не в силах. Резко обернувшись, я едва ли не в бешенстве воскликнул: — Выполнять!

Они должны понимать, что иного выхода нет, во всяком случае я не видел более эффективного способа избавиться от форсъюзеров. У нас имелись пушки, бластеры и корабли, однако Сила делала Кайло и рыцарей неуязвимыми к атакам обычного оружия.

— Связь установлена, — прошептала сержант.

— Говорит генерал Армитадж Хакс, — отвернувшись от экранов, я подошел ближе к устройству связи, — назовите себя.

— Полковник Жакуу, — раздался хриплый низкий голос, принадлежащий мужчине, довольно взрослому, лет пятидесяти. Голограмма была отключена. — Уж не думал, генерал, что вы посмеете обратиться против Первого Ордена.

— К вашему сведению, полковник, в данный момент я пытаюсь его спасти. До вас наверняка доходили слухи, что Кайло Рен убил верховного Лидера Сноука и занял его место.

— Слухи на то и остаются слухами…

— Меня не интересует ваше мнение, полковник, поскольку у меня есть доказательства. Но сейчас я хотел бы, чтобы вы прекратили бунтовать и подчинились приказу.

— Я защищу столицу Первого Ордена, генерал, если вы об этом, и не позволю вражеским истребителям прорваться.

— Очень мило с вашей стороны, — не без сарказма отметил я. — Но мне нужно подчинение, а не инициатива.

— Вы восстали против…

— Вы солдат, Жакуу, а не политик. И, насколько я помню, звание полковника стоит ниже генеральского чина. Вы выходили на связь с Кайло Реном?

— Нет, не выходил…

— И он, полагаю, тоже? — Не дождавшись очевидного ответа, я продолжил: — Этот мальчишка не думает о благополучии города или Первого Ордена, его интересуют только свои амбиции, поэтому попрошу вас сделать соответствующие выводы. Продолжайте держать оборону, полковник, но мне понадобится ваша помощь. По моему сигналу нанесите удар по точке, я вышлю вам координаты; радиус поражение — триста метров. Вам все ясно?

После недолгой паузы — вероятно, мужчина выяснял, по какой цели предстояло нанести удар, — послышался напряженный вздох.

— Генерал… это же…

— Да. — Оборвал я мужчину, предугадав надвигающийся шквал вопросов и возражений. — Я знаю, что делаю. Вопрос в том, знаете ли вы. В конце концов, не вам принимать трудные решения. Приказ ясен?

— Да… — Напряженно отозвался полковник, мрачно добавив: — Так точно, генерал.

— Ждите сигнал.

У меня закралось плохое предчувствие на этот счет. Позволить истребителям Первого Ордена нанести удар по базе, заманив в ловушку предварительно Кайло Рена и его приспешников — пока я не приказал полковнику выполнить приказ, идея не казалось столь глупой. Но если бы я умолчал и велел бы мужчине пропустить несколько вражеских самолетов, он точно бы не стал меня слушать, какими бы угрозами я не разрывался. Неужели никто не понимает, в насколько шатком положении оказался Первый Орден? Он рассыпался бы подобно песочному замку под палящим солнцем на тысячи песчинок. Рен — солнце, яростный огонь, а я — вода, способна скрепить всех вместе. Во всяком случае, вера в этот факт помогает мне держаться.