Ирина Голунцова – Где демон шепчет о забвении (страница 37)
Собирался Асура так же длительно, как и отсутствовал, омываясь. По ощущениям успела бы сгореть пара палочек благовоний, прежде чем, пошатываясь от слабости, он вернулся с ещё более измотанным видом. Плачевный вид Асуры с жалостью откликнулся в сердце Вэй Лу, но он нашёл в себе силы аккуратно опуститься на тонкую циновку.
Поведение Асуры вызывало желание посмеяться и сочувственно покачать головой. Но куда сильнее Вэй Лу испытывал неловкость из-за опустившейся тишины. Ему никогда не нравилось долгое молчание. Это Вэй Учэнь умел уставиться в одну точку и погрузиться в размышления, игнорируя присутствующих, а для него находиться в одной комнате с потенциальным врагом и молчать… Они ведь ни разу не близки, такое поведение пробуждало чувство опасности, а не спокойствия.
– Почему ты никогда не думал сдаться государственным ищейкам? Как детей, вас с братом сразу бы взяли на обучение.
Вот так вопрос. Вэй Лу в негодовании уставился на Асуру, обескураженный подобной прямолинейностью. Он вжался спиной в стену и насупился, не видя необходимости озвучивать ответ.
У них с Вэй Учэнем имелись причины не попадаться на глаза ищейкам. Да и как дети, они до смерти боялись, что их просто убьют на месте – двух беспризорников, до которых никому нет дела.
– А сейчас бы пошёл на службу?
Ответом послужил недовольный прищур. Напряжение разлилось по телу и превратило мышцы в деревянные прутья, из-за чего Вэй Лу бдительно застыл. Пусть Асура и выглядел измученно, однако не следовало забывать, что раненый тигр всегда оставался тигром. Помня, с какой лёгкостью Асура завалил его, вырвавшись из захвата, Вэй Лу не торопился расслабляться.
– Ты уже проявил себя, я ведь не просто так оценивал твои способности. Если поможешь вернуть Синь Юя, я замолвлю за тебя слово в духовной школе Тайян.
Он всё говорил, а Вэй Лу оцепенел только от первых слов.
Оценивал его способности.
Ощущая, как кровь медленно схлынула с лица, Вэй Лу затаил дыхание и крепко сжал кулак, уставившись на собеседника немигающим опешившим взглядом.
Оценивал его способности – так он называл жестокую расправу над Хуа? Заставить девушку бежать несколько часов вниз по склону в тонком платье, затем довести до истерики и ужаса, чтобы после смерти она обратилась озлобленным призраком? И всё ради банальной оценки чьих-то способностей? Он ведь мог натравить на него обычную нечисть или сам бы напал!
Вэй Лу стало ещё хуже. Ведь Асура не говорил только об оценке боевых способностей. Он оценивал его с самого начала. Неужели с той встречи во сне? Наблюдал за каждым шагом?
– Ты… – наконец придя в себя, Вэй Лу с трудом выдавил охрипшим голосом: – Ты меня что, как животное оцениваешь?
– Животное?
– Что я сделаю? Куда пойду? Как отреагирую?
– А причём тут животное? – в недоумении нахмурился Асура. – Я оценивал тебя как человека, твой уровень эмпатии и сознательности. Иначе бы просто напал и посмотрел, насколько ты силён. У животного есть только сила, а у тебя ещё и разум.
– …
– Поэтому я понимаю, что какими-то абстрактными обещаниями тебя не убедить. Как насчёт ежемесячного жалования в пятьдесят золотых монет? Это только стартовая оплата, опытные заклинатели получают в несколько раз больше.
Пятьдесят золотых монет каждый месяц – от озвученной цифры у Вэй Лу предательски дрогнуло самообладание, жадность моментально принялась извиваться голодной лисой. Это ведь всё равно, что десять золотых пластин. Но в месяц. Да на такие деньги он мог бы не просто выживать, а жить в достатке.
Но ответил он совсем не то, о чём думал:
– Не мне решать, соглашаться или нет. Один я точно не…
– Ты хотя бы когда-то принимал решения вне зависимости от своего брата? – прервал его Асура. – Если не учитывать вероятное мнение господина Вэй Учэня, ты бы принял моё предложение?
– Да что ты ко мне пристал? – в раздражении бросил Вэй Лу, понимая, что обещания собеседника не столько злили, сколько подкупали его. – Других заклинателей, что ли, недостаточно?
– Ты будешь удивлён. Да, недостаточно. Таких, как вы с господином Вэй Учэнем – очень мало.
– Как мы?
Увидев непонимание во взгляде Вэй Лу, Асура устало вздохнул.
– Сколько за последние… хотя бы пять лет ты встречал нелегальных тёмных заклинателей? Это не те люди, которые постоянно на виду. Довольно легко вычислить целителей, а в остальном всё оборачивалось болезненными поисками. Гадатели будто и вовсе куда-то подевались… Их дар проявляется спонтанно. Заклинатели могут действовать на расстоянии, через других людей и посредников. Но речь не столько о сложности их поисков, сколько о стабильности и устойчивости к тёмной ци, подчинении духов-хранителей, владении навыков онейромантии, некромантии и экзорцизма. Это очень сложные науки, и если человек ещё способен овладеть базовым минимумом, то кто его научит заклинаниям, подчинению и поиску духов, которыми может стать не только магическое животное, но и демон?
Помолчав, Асура пристально наблюдал за тем, как с его словами меняется выражение лица Вэй Лу. Растерянность оставляла на нём всё более глубокий отпечаток.
– Но и это не самое главное. Если у человека есть предрасположенность и желание, его можно обучить. Но кто сейчас есть в распоряжении у страны? – отчего-то глаза Асуры наполнились неожиданной печалью, и пусть он позволил себе проявление столь глубокой эмоции лишь на краткий миг, в задумчивости он выглядел не менее хмурым. – Тёмные практики под запретом. Родители, которые видят, как их отпрыски открывают в себе способности к взращиванию духовного ядра, пугаются и запрещают им любые манипуляции. Однако любопытство всегда оказывается сильнее. Тем более, на первых этапах подобная энергия легче поддаётся восприятию. Происходят несчастные случаи… И всё равно семьи пытаются сберечь своих близких. А если их раскрывают, то наказывают по всей строгости закона. Детей же… когда как.
Вэй Лу прекрасно знал, как обходятся с детьми, чьи пробудившиеся способности родители прятали до последнего. Стабильных к силе забирали в духовные школы и перевоспитывали, затем сдавали на службу государству. Но были и ребята достаточно зрелые, чтобы иметь своё мнение и воспылать ненавистью по отношению к закону, который сгубил их родных. Таких просто… убивали.
– Как ты понимаешь, со взрослыми дела обстоят не легче. Многие из тёмных заклинателей в лучшем случае соглашаются работать за деньги, желая сохранить жизнь, если им даётся выбор. Но по большей части, если взрослый человек не отличается талантами, его ждёт смерть через повешение как нарушителя правопорядка.
– А я, значит, талантливый? – скривившись, словно глотнув уксуса, спросил Вэй Лу.
– Нет. Твой брат одарённый. Ты же… У тебя есть потенциал, но тебе не помогли раскрыть его. Да, господин Вэй Учэнь талантлив, его явно обучали, но это не делает из него хорошего учителя. К тому же я вижу, что ты бы хотел обрести некую стабильность в своей жизни, верно? Дом. Друзей. Безопасность. Перестать существовать в бесконечных бегах.
– …
– В таком случае духовная школа Тайян может стать для тебя домом.
– Скорее уж клеткой.
– Выбора у тебя всё равно нет, – с будничным спокойствием подметил Асура, что болезненно хлестнуло Вэй Лу по самообладанию. – Ты можешь сбежать, прямо сейчас уйти. Я все равно не смогу тебя остановить. Но брата ты одного не бросишь, ты слишком любишь его. Привязан к нему.
– Заткнись…
– Твоя слабость в людях, к которым ты привязываешься, – вздохнув и поднявшись с места, Асура продолжал обращать слова в яд, льющийся в уши собеседника. – Твоя слабость в эмпатии. Ты так ярко отреагировал на смерть обычной проститутки… Разумеется, ты и в мыслях даже боишься представить, что с тобой произойдёт, если со старшим братом что-то случится.
Слово за слово, шаг за шагом. Медленно, мучительно…
Доски под голыми ступнями Асуры не издавали ни малейшего скрипа, он неспешно приближался, напоминая крадущуюся пуму. Шелест деревьев едва ли пробивался в комнату, куда более оглушительным казалось собственное дыхание.
Мышцы шеи свело от напряжения. Сердце, будто стеклянный шар, разбивали на мелкие осколки с каждым новым ударом. О таких, как Вэй Лу, обычно говорят, что они бесстрашные, кого угодно напугают одним видом своей грозной фигуры. Только вот обладая сильным телом, сейчас Вэй Лу чувствовал себя тем беспомощным мальчишкой, который, дрожа от холода и страха, ждал своего старшего брата в разваленной лачуге.
Он продолжал смотреть перед собой невидящим взглядом, удерживал эмоции, но от жалких попыток лишь сильнее кривил лицо. Даже когда Асура встал перед ним на расстоянии вытянутой руки, Вэй Лу упрямо продолжал смотреть перед собой, игнорируя его.
– Ты производишь определённое впечатление, но по сути, не такой смелый и страшный, каким хочешь казаться. Словно кот, влезший в шкуру тигра. Или домашний пёс, которому приходится зубоскалить, но в душе грезить о тепле хозяйского дома.
Вэй Лу отвернулся. К нему будто подползла настоящая гадюка, грозящая вонзить острые клыки в пульсирующую артерию на шее.
Асура молчал, что ещё сильнее нагнетало обстановку, но в какой-то миг его пальцы дотронулись до волос Вэй Лу. Подцепив пальцем завитой локон, он в ребячьей манере поиграл с ним и сухо хмыкнул. Сочетание столь странного жеста, пугающего нарушением личных границ, и спокойного голоса ударили по Вэй Лу моментальной потерей самообладания.