Ирина Голунцова – Где демон шепчет о забвении (страница 39)

– С мужчинами труднее сладить, женщины более покорные и неприхотливые.

– Неприхотливые? – сдержав нервный смешок, уточнил Вэй Учэнь. Синь Юй не услышал иронии в его голосе и, с важным видом наблюдая за работой в саду, на полном серьёзе произнёс:

– Женщине дай кров и пищу, и она будет благодарна. Мужчина же в меру своих амбиций не сможет с той же признательностью полоть грядки, даже будучи целителем. Поэтому, как мне кажется, школа Бянь Сэ Лун и набирает в основном женщин и детей, с ними куда проще справиться.

– … – на долгий миг потеряв дар речи, Вэй Учэнь всё же прочистил горло и спросил: – То есть… грядки ты полоть не будешь, если прикажут?

– Не прикажут. Я достаточно опытный целитель, чтобы мои навыки использовались по назначению.

– Иными словами, в твоём понимании женщина не может стать достойным целителем, равным тебе? Тут наверняка есть умелые заклинательницы, как твоя мать, например.

– Она действительно талантливая целительница, но я говорю о другом. О возможности и желании развиваться. Моя матушка была вынуждена стать лучше для того, чтобы её навыки оценили по достоинству, ох… иначе бы, боюсь, моему отцу не сосватали бы её.

– А-а… а если женщина просто хочет стать лучшей или более опытной в каком-то деле по своей воле?

– А зачем ей это? – с искренним негодованием обернулся Синь Юй к Вэй Учэню, будто у него спрашивали, почему небо не падает на землю. Он как ни в чём не бывало ответил: – О ней ведь позаботится её отец или муж. Зачем женщине прыгать выше головы, если от неё ничего не ждут?

– …

Вэй Учэнь мог поклясться, что ему устами Синь Юя вещал с того света их с Вэй Лу покойный дед, который имел примерно такое же мировоззрение. Но одно дело – бывший глава семьи, вещающий голосом старых традиционных устоев, а другое – подобная странная речь от Синь Юя.

Хотя кого тут пытался обмануть Вэй Учэнь? С четырнадцати лет он забыл прошлую жизнь и начал существовать по закону улиц, где в приоритете стояло выживание и сила, а не традиционные устои, которые воспевались днём и принижались ночью. Негласные правила устанавливали, что муж должен заботиться о жене, ценить её и уважать, оберегать как главное сокровище. А на деле? Сколько мужчин действительно почитали своих жён как хранительниц домашнего уюта и незаменимую опору? От женщины требовалось родить наследника, а в бедных семьях ещё и трудиться наравне с мужчинами. Дальше – уже как повезёт.

В духовных школах – а в прошлом и в сектах – дела с этим вопросом обстояли немного лучше. История знает немало женщин-заклинательниц, обучающихся искусству сражения на мечах и светлой магии. Даже если они не владели холодным оружием, то умело использовали боевые музыкальные инструменты и заклинания. К их числу относилась и госпожа Юэ Ин.

Но в целом… в песнях восхваляли подвиги благородных воинов. Хотя в былые времена среди сильнейших заклинателей числились и женские имена.

– Что? – видимо, затянувшееся молчание со стороны Вэй Учэня напрягло Синь Юя.

Вэй Учэнь успел только сдержанно выдохнуть и покачать головой. Всё же они с Синь Юем явно из разных миров.

От разговора их отвлёк слуга, бежавший к ним со всех ног, судорожно сбивая дыхание. Подоспев к заклинателям, он уважительно поклонился и скороговоркой произнёс:

– Мо-молодой гос-подин… ох, это, беда… точнее, не беда, а… ох… – облизнув пересохшие губы, он пробормотал: – Прибыл государственный заклинатель, которого молодой господин Юэ приказал задержать на плацу перед входом.

– Государственный заклинатель? – тут же напрягся Синь Юй.

– Да, тот самый, который, как мы считали, потерялся в горах.

Округлив глаза со смесью испуга и удивления, Синь Юй затаил дыхание, отчего не заметил недобрый прищур Вэй Учэня.

Началось.

– А от меня что требуется?

– Молодой господин Юэ приказал вам явиться.

– Юэ Мэй?

Вероятно, его озадачило, что приказ поступил от Юэ Мэя, а не Юэ Гуана. Однако размышлять о причинах и следствиях Синь Юй посчитал излишним: нахлынувшее волнение от столь стремительно развивающихся событий ввергло его в смятение. Вэй Учэнь также понимал, что в здравом уме Юэ Гуан не стал бы дразнить голодного пса куском мяса, за которым тот пожаловал. Значит, это очередной ход Юэ Мэя – как только Асура увидит Синь Юя, последует… что-то. И во время этого ему следует быть поблизости.

– А ты чего за мной идёшь? – не успев сделать и двух шагов, взвился Синь Юй.

Подтолкнув его в спину и ускорив шаг, Вэй Учэнь с непоколебимой уверенностью заявил:

– Мне нужно узнать, что стало с моим братом.

– Но ты!..

– Заткнись и шагай, – едва не хватая его за шкирку, в обгон слуги зашагал Вэй Учэнь навстречу судьбоносной встрече.

Духовная школа Бянь Сэ Лун располагалась на горе, поэтому имела несколько уровней, и пока они с Синь Юем добирались до просторной площади, у каменных перил собралась порядочная толпа. В основном ими являлись адепты духовной школы, стерегущие незваного гостя. Протиснувшись между людьми, они стали свидетелями сцены, располагавшейся уровнем ниже. Одиноко стоящий мужчина, сложив руки на груди, с невозмутимостью смотрел перед собой, словно путь ему преградили не люди, а муравьи. И не давил он их только из прихоти.

Заклинатель змей. Асура. Собственной персоной. В обычном недорогом одеянии, что не мешало ему смотреть свысока на тех, кто стоит на уровень выше него. Взгляд, которым Асура провёл по толпе, на краткий миг остановившись на Синь Юе, заставляя Вэй Учэня невольно поёжиться.

– И долго ещё ждать, когда достопочтимый глава удостоит меня своим приветствием?

Громкий голос, пропитанный горькой досадой, эхом разлетелся над просторами духовной школы. Народ инстинктивно напрягся: кто-то даже отпрянул, словно в них плюнули ядом. Юэ Мэй вышел вперёд, спустившись на несколько ступеней, чтобы его фигура моментально приковала всё внимание гостя.

– Достопочтенный заклинатель, – сложив руки в приветственным жесте, поклонился Юэ Мэй. – На данный момент глава духовной школы отсутствует, поэтому ваши требования можете предъявить этому господину – первому сыну достопочтенного главы.

– Требования? А как насчёт претензий, что вы бросили меня в лесу? Вам напомнить, кто я такой?

– Достопочтенный заклинатель, мы отправляли…

– И так вы встречаете гостя? – нетерпеливо перебил Заклинатель змей. – Я несколько дней пытался прийти в себя. Меня приютили какие-то монахи, а вы даже об этом не знали? Школа Бянь Сэ Лун только на словах славится путём шпионажа и пути тени?

Дерзкая речь заставила толпу разразиться возмущённым ропотом. Тем не менее Юэ Мэй не выразил ни тени раздражения, с невозмутимым спокойствием повторяя одни и те же слова:

– Достопочтенный заклинатель, глава строго наказал без разрешения в его отсутствие никого внутрь школы не пускать. Сердечно просим у этого достопочтенного заклинателя прощения от лица главы Юэ.

– Мне от вашего прощения легче стать должно? Живо впустите меня! Нужно обсудить то, что было обещано. И не пытайтесь говорить мне, что раз я не запечатал разрыв в пространстве, то и целителя вы мне не отдадите, – грозно прищурив глаза, он прорычал: – Этот ублюдок принадлежит школе Тайян.

От остроты услышанных слов Вэй Учэнь в негодовании нахмурился. Даже если эта парочка разыгрывала спектакль, то Асура определённо перебарщивал. Уж никак он не напоминал того сдержанного аскета, который общался пару недель назад с Юэ Гуаном. Что-то здесь явно не сходилось. Да и не столько в манере речи, но и внешнем виде. Дело в одежде? Нет, одеяние обычное, ничего примечательного, только вот… при Асуре ничего не было. Никакого оружия, хотя, как помнил Вэй Учэнь, он всегда носил при себе меч.

Тревога уже не просто возрастала, а громко звонила в колокола, вынудив Вэй Учэня взглянуть на Синь Юя. Он наверняка должен был заметить ту же странность, однако стоило обернуться, как Вэй Учэнь практически моментально получил ответ на свой вопрос. Синь Юй с сомнением наблюдал за Асурой, и буквально за мгновение его лицо исказил испуг: зрачки сузились, а брови взлетели на лоб.

Обомлев на долгий мучительный миг, Синь Юй отшатнулся, словно ему в лицо полыхнуло пламя.

– Нет… нет-нет-нет-нет…

– Синь… Эй! – успев схватить дёрнувшегося в попытке бегства аристократа, Вэй Учэнь вызвал у него не меньшую панику. – Что происходит?

– Отпусти меня, живо! Ты…

– Эй, там! Не думайте, что я вас не вижу! – громогласный оклик полетел в спины двух заклинателей острыми копьями, вынудив замереть, подобно перепуганным мышам. – Вы сами спуститесь, или мне за вами лично подняться?!

– Господин заклинатель, не переходите границы! – повысил голос Юэ Мэй. – Мы искренне сожалеем, что нам не удалось отыскать вас в лесу, но!..

– Вы отдадите мне их добровольно или нет?

– Господин…

– Как я и думал… Именем достопочтенного императора, нарёкшего этого заклинателя правом и властью закона возвращать беглых слуг и преступников, этот заклинатель принимается к исполнению своего священного долга! – шумно выдохнув, Заклинатель змей резко поднял руки и сложил их перед собой в молитвенном жесте. – Ди Сан Я[51], явись на зов!

Подобно мощному тайфуну, вихри тёмной ци хлынули на людей, заставив многих из них попятиться. Прикрыв лицо рукой, Вэй Учэнь на собственной шкуре прочувствовал обжигающую силу Заклинателя змей. Кожу пощипывало, глаза так и слезились. Пришлось защищаться теми крохами энергии, которые позволил высвободить проклятый ошейник. Сквозь всполохи фиолетового и золотого сияний, схлестнувшихся в бою, Вэй Учэнь почувствовал, как Синь Юй вырвался из его хватки и бросился прочь.