Ирина Фуллер – Совет Девяти (страница 54)
Хозяин любезно предоставил своим гостям повозку, которая должна была довезти их до дома со шпилем. Всю дорогу они молчали: Омарейл не знала, что заставляло Норта поддерживать тишину, она же чувствовала себя в повозке Патера так, будто все еще оставалась на его территории. Ей было немного смешно оттого, что она была такой подозрительной и боялась, что извозчик мог подслушать их разговор.
Однако, оказавшись на мощеном тротуаре круглой площади с памятником Солу, девушка услышала:
– Что ж, наконец мы можем обсудить прошедший вечер. Предлагаю прогуляться.
И принцесса поняла, что Даррит полностью разделял ее опасения.
Было уже темно и довольно холодно, но Омарейл слишком хотела поделиться с Нортом впечатлениями и услышать его мнение об Иле Белории.
– Полагаю, это будет самая сложная часть нашей миссии, – сказал Норт, пока они неторопливо шли по узкой улочке с кофейнями и тавернами.
Им навстречу быстро шагали уставшие люди с серьезными лицами. Очевидно, они возвращались с работы, а может – только спешили на нее. Принцесса отметила, что в Успаде люди пускай и одевались серо, а выглядели сурово, было в них все же что-то простое, доступное. Скажи успадцу слово – и он оттает, улыбнется, поможет. В Нортастере же все выглядели подтянуто, строго и закрыто. «На благо Ордора» – таков был девиз этого города, и казалось, что все здесь были настолько сосредоточены на том, чтобы поддерживать производство, порт, дороги в должном состоянии, что на такие глупости, как милая беседа, не было времени.
– От Ила Белории у меня мурашки по коже, – поделилась Омарейл. – Он какой-то… жуткий. Все время смотрит так, как будто что-то знает.
Даррит согласился с этим, но добавил:
– Не думаю, что это на самом деле так. Полагаю, он просто использует такую манеру, чтобы выяснить, кто перед ним: друг или враг. Поэтому старайтесь не обращать на это внимания. Если вы будете нервничать, он поймет, что вы что-то скрываете. Человек же честный и открытый просто не обратит внимания на все эти многозначительные взгляды и комментарии.
Омарейл вздохнула. Укутавшись поплотнее в свой плащ, она заметила:
– Но ты сам поддался на его провокацию, съязвил насчет того, что он эксплет и Патер. Конечно, он добился такого высокого поста при помощи дара! Но намекать ему на это было не очень-то благоразумно.
Даррит хмыкнул:
– Перед нами непростая задача: одновременно не позволить Белории раскрыть вашу личность и в то же время вызвать к себе интерес. Нам необходимо снова получить приглашение.
– Мне кажется, он скоро сам придет в гости. Ирония сказала, что он навещает Соль и Космоса почти каждую пятницу или субботу.
– Сегодня вторник. Мы не можем ждать так долго и полагаться на случай, – отозвался Даррит, а затем указал на стену, сплошь обклеенную газетами – в несколько слоев, один поверх другого.
Несколько горожан, в основном мужчин, стояли там и читали статьи.
– Давайте посмотрим, где в ближайшее время можно будет встретить господина Белорию, – негромко произнес Даррит и вместе с горожанами принялся изучать заголовки.
Большинство изданий освещало одни и те же события: визит принцессы Севастьяны и Бериота Дольвейна в Нортастер, празднование Дня Сапожника в королевстве, реставрационные работы в Орделионе, презентацию газового котла Дессау, который обещал стать революцией в системах отопления.
Принцесса особенно долго разглядывала «Иллюстрированные гвардейские новости»: газета сообщала о различных преступлениях, но текста в статьях было совсем немного. Основное пространство полосы занимали небольшие комиксы и зарисовки, на которых художники пытались воссоздать трагические события. Вот гравюра с прыгнувшей с моста девушкой – та была запечатлена автором прямо в момент полета, на лице ее застыл ужас. На ленточке, изображенной сверху, было написано «Самоубийство Чащи Стан». Ниже шла совсем короткая статья, рассказывающая о происшествии. Омарейл стало интересно, что произошло, и она придвинулась ближе, чтобы разглядеть текст, но ее отвлек мужской голос.
– Вот козлы, – прорычал полноватый господин в котелке. – Им война нужна?
Омарейл покосилась на газету, которую он читал. «НУЖЕН ЛИ МИРУ МИР?» – гласил заголовок, напечатанный невообразимо большими буквами.
– Все к ней и идет, уважаемый, они просто говорят о том, что и так очевидно, – ответил ему высокий мужчина в потертом бежевом плаще.
– Этот Мир Ленар – враг королевства, – ответил ему Котелок. – Сеет смуту, вот и все. Только мне этого не надо, я хочу спокойно жить.
– Вот-вот, почему бы Его Величеству не заткнуть этого Ленара? – поддержал его господин с пышной шевелюрой.
– Может быть, потому, что каждый в нашем королевстве имеет право высказать свое мнение? – отозвался Плащ.
Трое мужчин собрались у одной газеты, бессмысленно разглядывая заголовок. Их спор стал привлекать внимание прохожих и других читающих.
– Я не стану кричать «пожар» просто потому, что мне так хочется! – сердито ответил Котелок. – Потому что понимаю последствия.
– Почему вы исключаете, что Мир Ленар действительно пророк, уважаемый? – уточнил Плащ учтиво.
– Глупости все это, – буркнул Котелок.
– Что же, и предсказание Дольвейн – глупости? – уточнил его собеседник.
– Может, и глупости, – круглые щеки мужчины покраснели то ли от смущения, то ли от злости.
– Как вы можете такое говорить! – воскликнул Шевелюра, его маленькие глаза пронзили соседа.
– Лучше бы они просто выпустили принцессу из башни и покончили с этим, – раздраженно отозвался Котелок. – Я бы посмотрел на нее, убедился, что она вообще существует. Какой смысл удерживать ее взаперти? Ну, не должен ее никто видеть – пускай наденет платок на голову.
– Но ведь из-за таких рассуждений гражданская война и начнется, любезный! – воскликнул Плащ. – Неужели вы не понимаете? Об этом и говорит Ленар. Он просто предупреждает нас, к чему ведут вот такие рассуждения.
– По мне, пускай все остается как есть, – заявил Шевелюра.
– Война никому не нужна! – зло сказал Котелок. – Но и вся эта история – полный маразм. Считаю, принцессу должны показать людям. Здесь все в своем уме, и никто не бросится с ружьями на Ее Высочество. А если никто не бросится, не будет и войны. Зато мы останемся с нормальной наследницей. Если, повторюсь, она существует в природе.
– Однако, если этого не произойдет и Ее Высочество просто останется в Лебединой башне, – взволнованно отозвался Шевелюра, – уж точно ничего не случится. Это самый безопасный вариант! По-моему, это очевидно, о чем здесь спорить?
– Поймите, господа, война неизбежна, – убежденно ответил им Плащ. – Вы сами тому доказательство. Если принцессу выпустят, восстанут те, кто боится предсказания. Если оставят, восстанут те, кто требует ее показать. Как они себя называют, Свидетели?
– Что же нас всех ждет? – вдруг завопила женщина, что стояла чуть поодаль и все это время слушала разговор мужчин.
Омарейл вздрогнула от неожиданности и сделала пару шагов назад. Почувствовав на плечах чьи-то руки и безошибочно угадав, что это был Норт, она позволила увести себя.
Они отправились в сторону дома со шпилем. Почти четверть часа они шли молча. Наконец принцесса сказала:
– Люди напуганы. Они не хотят войны. Неужели один человек сумел посеять такую тревогу в сердцах людей?
– Мир Ленар – не единственный, кто…
– Я имею в виду Сову! – воскликнула Омарейл, понимая, что ответ прозвучал излишне эмоционально.
Но у нее просто не было сил держать в себе рвущийся наружу страх.
– Ах, госпожу Дольвейн. Что ж, здесь я вынужден признать, что не ожидал от нее настолько продуманных и масштабных действий.
– Я ее ненавижу, – прошептала Омарейл, чувствуя, что была на грани слез.
– Ваши чувства не помогут делу. Подойдите к этому с холодной головой.
– Прости, не все такие бесчувственные холодные статуи. Если ты ничего не испытываешь, – принцесса набрала воздуха в грудь, – никаких эмоций,
– Мирра, – очень тихо произнес Даррит, озираясь. – Мы же не хотим, чтобы кто-нибудь сейчас ударил нас молотком по голове, верно?
Девушка сурово посмотрела на него, ожидая пояснений.
– Полагаю, это то, что вы хотели бы сделать со мной. Уверен, вы транслируете это желание, как радиоприемник. Не стоит, я вам еще пригожусь.
Последние слова Норт произнес с легкой ухмылкой, и Омарейл почувствовала, как злость начала мгновенно таять.
– Прости, на самом деле я злюсь не на тебя, а на Сову и на ситуацию.
Даррит на мгновение сжал ее плечо.
– Мы на верном пути, не переживайте, – подбодрил он, и ей очень хотелось ему верить.
Но страх, какой-то неоформившийся, непонятный, так и остался в ее душе. Он щупальцами охватил ее сердце, создавая ощущение тяжести. Принцессе все время хотелось глубоко вздохнуть, но это никак не помогало избавиться от гнетущих чувств.
Пока они поднимались по лестнице к квартире Соль, Омарейл думала о том, что оказалась гораздо слабее, чем всегда предполагала. И Даррит когда-то подчеркивал ее способность не падать духом, а теперь она унывала, устраивала истерики и не могла избавиться от липкого страха в груди. И это была наследница престола? Королева, которую заслуживал Ордор?
Соль была в столовой, пила кофе с шоколадными конфетами, которые сделала Ирония. Тяжелые темные волосы хозяйки были убраны в искусную прическу, платье кораллового цвета эффектно подчеркивало оливковые глаза. Принцесса в который раз мысленно отметила красоту этой женщины. Страх перед Белорией сменился злостью на него. То, как он поступал с Соль, было неправильно! Неужели желание получить статус знатного господина был выше любви?