Ирина Фуллер – Книжники. С красной строки (страница 13)

– Говорят, одна из тех, на кого напали, уже почувствовала жажду крови, – прошептала темненькая.

– А как… – Констанция призадумалась, как точнее сформулировать вопрос. – Кого изображает этот вампир? Эдварда?

Она щелкнула ногтем по обложке «Сумерек».

– Ой, ну все по-разному говорят! – воскликнула высокая, расстегивая серый пуховик. – Но вроде он был в плаще и стремный. Вообще старик. По крайней мере, я такое слышала.

– А Машка говорила, – заметила ее подруга, – что типа симпатичный такой. И не прям дряхлый, а такой… ну, в возрасте. Лет тридцать.

Констанция мысленно усмехнулась: в двадцать пять тридцатилетние уже не кажутся доживающими последние годы. А вот в пятнадцать все, кто окончил институт – люди предпенсионного возраста.

– Ну, мне говорила соседка. Она знает, потому что в больницу попала племянница ее маникюрщицы. И точно был страшный старик.

– Может, она со страха все перепутала.

Это было больше, чем Констанция могла ожидать. Описание напоминало графа Дракулу. Тот как раз был способен изменить облик, а в начале истории представал перед читателями в образе жутковатого старика.

Аврелий, то ли из сострадания, то ли из благодарности к консультанту, купил последнюю книгу Ивана Иванова. Констанция одобрительно взглянула на обложку: эту историю она уже читала. Одна из ее любимых.

– Что теперь? – возбужденно спросил Аврелий, едва она пересказала ему разговор с девушками.

– У меня есть идея, – отозвалась Констанция, чуть улыбнувшись. – Зайдем в магазин белья.

– Будем ловить вампира в пододеяльник?

– Другого белья. Нам нужна длинная белая ночнушка.

Охота должна была начаться лишь ночью. Рассудив, что ждать столько времени в Озерках бессмысленно, Констанция и Аврелий вернулись в Библиотеку. Оставалось несколько часов, чтобы поработать.

В Библиотеке царила суматоха. Даже в таких просторных помещениях с высокими потолками и монументальными лестницами два десятка суетящихся людей создавали оживленную атмосферу.

На первом этаже холл то и дело пересекали коллеги. Не только охотники, но и Брэдбери, и переплетчики, и даже девушки из отдела кадров. На втором этаже мимо Констанции и Аврелия к лестнице пробежал Валера: его шахматный шарф развевался как флаг на старте автомобильных гонок. Валера размахивал ловцом с выпущенной антенной, что выглядело странно в этих стенах: инструменты охотников здесь не работали из-за помех, создаваемых артефактами, Архивом с ловцами и таинственной деятельностью научно-исследовательского центра.

Ближе к двери, что вела к Картотеке, Констанция и Аврелий увидели Кинга в компании Арины и Милы. Мила посмеивалась, прижимая ладонь ко рту, Арина глядела на бегающих туда-сюда коллег осуждающе, а Кинг, привалившись плечом к колонне, с ленивым интересом наблюдал за суматохой вокруг.

Аврелий тут же громко поинтересовался, что случилось.

– У нас тут побег, – Мила безуспешно пыталась совладать со смехом.

Рассказ подхватила Арина:

– Кристина ловила персонажа из любовного романа, привезла его сюда, но не сдала ловец сразу, а решила сначала пообедать. И пока она ела, он снова оказался на свободе.

– Персонажи могут сбежать из ловца? – удивился Аврелий.

– Вообще не должны. Но у переплетчиков в отделе новенький, Тимур, – прокомментировала Мила. Ее низкий голос то и дело срывался на хрипловатый смех, – и, видимо, он еще не поднаторел в этом деле. Может, плохо проклеил… Но это не самое смешное! Перс – какой-то альфа-самец «с глазами, как изумруды, властным голосом и манящими губами». В общем, все по законам жанра. Когда он вылез из ловца, то сразу же начал флиртовать со всеми, кто был рядом. Девчонки растерялись, и герой-любовник сбежал. Его ищут по всей Библиотеке. Так что, Конс, если встретишь симпатичного мужичка, хватай!

Констанция сложила руки на груди:

– Хотите сказать, что в здании, полном охотников и вообще книжников самого разного рода, никто не может поймать одного единственного персонажа? – тон был полон осуждения.

– Половина ржет и не может никого ловить, – отозвалась Мила невозмутимо.

– Проявите себя, Констанция, – подал голос Артур. – Поймайте персонажа, запишите его в турнирную табличку на свое имя.

– Странно, что вы сами не бросились за такой легкой добычей, – фыркнула Констанция. – Если правильно помню, пока что я вас обгоняю… Счет пять – три, не так ли?

Кинг насмешливо прищурил глаза.

– Я не слежу, – будто бы слегка снисходительно отозвался он. – Никому ненужное соперничество.

– Так не соперничай, – поправив крупные очки, отозвалась Арина, которая находила эту борьбу нездоровой.

– Сам же, как только Конс вернулась, петушком подобрался, – добавила Мила. – Прямо вторая молодость.

– Петушком? Что? – удивленно моргнув, уточнил он.

– Мы все здесь команда и работаем на благо других людей, – продолжила Арина назидательно. – Зачем соперничать?

Констанция предпочла проигнорировать эти слова, язвительно бросив Кингу:

– Только начали проигрывать и сразу решили поджать хвост? Правильно, лучше сделать вид, что отказываетесь от борьбы сейчас, чем позорно признать, что менее профессиональны, потом.

– Для таких выводов у нас будет недостаточно данных.

Порой кинговский выбор слов поражал Констанцию: все же русский был для него не родным.

– Один месяц не является показателем уровня профессионализма. Вы можете работать несколько недель, как будто у вас нет завтра, но протянете ли так два месяца? Три? К тому же, – он, наконец, отлип от стены и прошел мимо коллег, смерив их недовольным взглядом, – я не имею необходимости кому-то что-то доказывать. Эта роль принадлежит вам, Констанция.

Задело ли ее это? О да. Собиралась ли она спорить, только чтобы подтвердить его правоту? Определенно.

– Вы правда хотите нас убедить, что не пытаетесь превзойти мои результаты? – хмыкнула она. – Имейте самоуважение хотя бы признать, что соревнуетесь со мной, мистер Кинг.

Он чуть склонился к ней.

– А вам бы этого хотелось, не так ли?

Она прямо поглядела ему в глаза.

– Я перестала ждать вашего одобрения или признания еще три года назад, – сообщила она. – Теперь мне это не нужно. Но неужели вы не только самонадеянны и тщеславны, но еще и недостаточно мужественны, чтобы с достоинством признать поражение.

– Аааауч, – крайне довольно протянула Мила, явно намекая, что, по ее мнению, Констанция уложила Кинга на лопатки.

Он взял Констанцию за руку, погладив узкую ладонь. На этот раз сохранить невозмутимое лицо ей не удалось: брови удивленно поползли вверх.

– Дорогая Констанция, моя мужественность вот в этих ваших нежных руках, – он сжал ее пальцы, – умоляю, будьте снисходительны к моей самовлюбленной натуре, не ловите всех-всех персонажей на свете, оставьте мне хотя бы десять, чтобы я сумел выглядеть, как приличный книжник.

Она отдернула руку, злясь еще сильнее, чем прежде.

– Это ваш любимый прием: обесценить и обсмеять все, что оказывается хоть сколько-то значимым, чтобы никто ни в коем случае не решил, что это важно?

– Неправда. Не всё. Вы знаете об этом получше многих.

Он многозначительно взглянул на нее, и Констанция сделала шаг назад. Напоминание об эпизоде, на который он явно намекал, лишило ее уверенности. Кинг поправил жилетку и ушел прочь.

Арина тоже отправилась работать, а вот Аврелий и Мила принялись горячо обсуждать, кто был прав, а кто нет, чьи ответы показались более тонкими и колкими, и что за отношения связывали Констанцию и Артура. Говорили они быстро, силясь поспеть за скоростью мысли, стараясь при этом в каждое высказывание ввернуть шуточку.

– Я здесь вообще-то, – процедила Констанция, когда в своем диалоге они зашли слишком далеко.

– Да, но ты же все равно ничего не скажешь, – отмахнулась Мила, – нет никакого смысла тебя о чем-то спрашивать.

– Я имею в виду, что… – начала Констанция, но затем поняла, что любые воспитательные речи пройдут мимо ушей. – Я в столовую.

С этими словами она оставила коллег сплетничать дальше, сама же направилась к лестнице.

Спустившись на первый этаж, Констанция прошла в длинный коридор и вдруг заметила у окна незнакомого высокого мужчину с широкими плечами. Он задумчиво глядел вдаль, стоя спиной к Констанции, но почему-то она была уверена: он хорош собой. Со спины так точно приятное зрелище: мускулы играют под обтягивающей торс черной футболкой, джинсы идеально сидят на фигуре, темные волосы тщательно уложены в якобы небрежную прическу.

Услышав шаги, он обернулся, и Констанция поняла, что не ошиблась. Квадратный подбородок, прямой нос, высокие скулы, пронзительные зеленые глаза в обрамлении длинных черных ресниц – идеальные мужественные черты.

Притяжение, которое вызывал его облик, можно было объяснить только книжным происхождением. Сомнений не оставалось: перед ней оказался сбежавший от Кристины персонаж.

Но у Констанции не было с собой ловца. Вздохнув, она подошла к мужчине. Нужно было заманить его в отдел или хотя бы вытащить к бегающим по библиотеке коллегам. А они пускай сами разбираются.

– Добрый вечер, – поздоровалась она и широко улыбнулась.

Щеки воспротивились непривычной мимической активности, но Констанция лишь шагнула незнакомцу навстречу, протянув руки.

– Какая удача, что я вас здесь встретила!