Ирина Фидар – Осколки Короля (страница 3)

Элиас был зол на Лемуэля, но доверял его выбору. Поэтому просто кивнул в ответ.

– Мда… Сложно будет с таким количеством псов, – задумчиво пробормотал Кэлиас. – Да и странно всё это.

– Может, попробовать их разделить и уничтожать по одному? – предложил рыжеволосый эльф.

– Не получится, – вздохнул черноволосый эльф, понимая, что разведка сработала крайне плохо. – Они всей стаей находятся на поляне около ручья.

Ситуация осложнилась тем, что если кровь попадёт в ручей, заражение будет колоссальным.

– Надо их выманить на поляну, где мы были пару дней назад, – все замолчали, внимательно слушая Кэлиаса. – Это как раз даст нам возможность подготовиться. Но делаем всё тихо, не привлекая внимания, –Кэлиас поднял голову на небо и нахмурился. – Хотя это будет сложно. Сегодня на небе ни облачка.

Элиас отправил разведчиков обратно к заражённым, чтобы следить за их передвижениями, и эльфы тут же исчезли. Ещё двое остались с лошадьми на перевале, остальные пошли готовиться к зачистке. Придя на место, они быстро обмотали стволы деревьев шипами, а рядом на земле разложили железные сети и несколько капканов. Первоочередной задачей было обезопасить проход по деревьям, потому что оборотни могли спокойно забраться по ним и добраться до эльфов, сидящих на ветвях.

Всё подготовив, эльфы заняли позиции на деревьях, отправили сигнал разведчикам, что пора начинать. Едва яркий шар достиг макушек деревьев, появились разведчики с паникой на лицах.

– Они нас учуяли! – проорал разведчик. – Они бегут!

– Не переживайте, всё готово, встаньте на позиции, – приказал Кэл.

Кэл не успел договорить, как заражённые приблизились. Их скорость оказалась как у здоровых псов. Глаза сильно кровоточили, да и пена изо рта шла обильнее, чем обычно. Всё это указывало на то, что болезнь действительно обрела новую форму. Оборотни, учуяв запах эльфов, сразу посмотрели наверх и рванули по деревьям.

Элиас удивился, что брат начал стрелять из лука. Обычно он оставлял его на лошади, отдавая предпочтение кинжалам. Все последовали примеру Кэла, начав стрелять. Ловушки работали одна за другой, но спускаться было всё ещё опасно. Приходилось тратить по несколько стрел на одного, так как псы с легкостью уворачивались, и снаряды летели мимо.

Спустя несколько минут на земле осталось три живых ликана, и тут эльфы поняли, что стрелы у всех закончились. Оценив обстановку, Кэл очень громко высказался:

– Какого хера!? Вы стрелять разучились?! У вас руки из жопы растут, что ли?! Почему так мало стрел взяли?!

– Мы оставили половину на лошадях, – еле выговорил седоволосый эльф. – Мы просто не думали, что они такие …

– Что?! – глаза Кэла источали ярость, злость и непонимание. – Вот именно, вы не думали!

Все воины, включая Лемуэля, втянули головы в плечи, ощущая гнев принца. Несмотря на большой риск, Кэлиас посмотрел на двоих мечников, приказав:

– Каждый берёт на себя по одному.

– Да! – ответили эльфы, и тут же все трое спрыгнули вниз.

– Ждём сигнала от Кэла, – скомандовал Элиас. – Надо будет действовать быстро, отрубая головы тем, кто лежит. Они вот-вот начнут восстанавливаться.

Ликаны и оборотни лежали и не шевелились. Кэл посмотрел наверх, на брата, и дал сигнал спускаться и добивать остальных. В эту же секунду Элиас в ужасе застыл. Он заметил, что два волка поднялись за спиной брата и мгновенно набросились на него. В правое плечо Кэла впились зубы оборотня, а в левую ногу – ликана.

– Беги! – отчаянно провопил Кэл, – Спаси оста…

Не успел он договорить, как оборотень вцепился когтями ему в лицо, разодрав щёку, и оторвал руку. Кэл едва живой упал на землю. Ликан отгрыз ногу принцу. Бешеные один за другим начали приходить в себя. Эльфы моментально оказались рядом с Кэлом, перерубив головы псам мечами, спасая принца. Оставшиеся на деревьях эльфы мгновенно спустились на землю и ринулись в атаку. И снова крик, крик Лемуэля: его спину разорвали когти оборотня, и он упал на живот, корчась от боли, хватая ртом воздух. Оборотень мгновенно лишился головы от удара Элиаса.

Несколько минут длилась жестокая бойня. Пусть и с трудом, но всех псов снова убили: им отрубили головы.

– Сжигайте их! – заорал Элиас, вытаскивая брата из–под тел.

– Отец… будет… недоволен, – с улыбкой, еле прохрипел Кэлиас и перестал подавать признаки жизни. Элиас прислушался: сердце едва билось.

Лемуэль оказался жив, хотя был тяжело ранен. При этом было непонятно, произошло ли у эльфов заражение. Чтобы это понять, должно было пройти несколько часов. Первые признаки заражения у эльфов – это розовая пена изо рта и спутанное сознание. Вторая стадия – неконтролируемый и разрушительный поток магии из–за галлюцинаций. Последняя и самая страшная – судороги и конвульсии, после чего эльфы умирали.

Но тут не до ожиданий. Эльфы облили волков маслом и подожгли.

– Быстрее, перевязываем их и бежим к лошадям, мать сможет им помочь, – сдерживая слёзы, сказал Элиас. Он забыл об осторожности.

Кэлиаса перевязали как смогли: рука оторвана по самое плечо, но жгут наложить получилось. Ногу перетянули чуть выше колена, а голову с лицом перемотали так, что виднелись только рот и щека с левой стороны. Лему перевязали всю спину. Взяв раненых на руки, они как можно быстрее рванули к перевалу, но эльфы с лошадьми уже мчались им навстречу. Они слышали крики – деревья принесли их с ветром. Один из эльфов посадил Лема к себе на лошадь, а Элиас – брата.

Они рванули домой, попутно с помощью магии восстанавливая раненых. Эльфы не жалели лошадей и подгоняли их, чтобы те бежали ещё быстрее. Элиас особенно гнал своего коня. Сейчас каждая секунда важна. Кэл хрипел, кровь сочилась из открытых ран, и даже лечебная магия Элиаса мало помогала брату. Лему магия помогала, и кровотечение потихоньку останавливалась.

Добравшись в родной лес, принц быстро спешился и стащил брата с лошади. К этому моменту Кэл уже перестал хрипеть и издавать какие-либо звуки. Конь стоял весь в крови принца. Элиас с братом на руках побежал в лазарет. Немногочисленные жители леса стояли в ужасе от увиденного. Один из эльфов бросился искать родителей близнецов.

Элиас, подбежав к лазарету, пнул дверь ногой и ворвался внутрь. Положил брата на стол, заорал:

– Найдите мать! Живо! Он умирает! Не стойте!

Лемуэль, которого положили рядом, пришёл в сознание, открыл глаза, и его сразу унесли в другое место.

Но Кэл… Он не двигался, и сердце уже не билось. Его кожа стала бледной и безжизненной. Эл сильнее перетянул ногу и руку, чтобы хоть как-то остановить кровотечение. Повязка на голове стала тёмно-бордовой, пропитавшись кровью. Врачи, подбежав, начали залечивать раны Кэла. Сам Элиас не до конца верил в происходящее. Звуки вокруг него звучали приглушенно.

Вбежали Эвали с Баэлламом. Королева, увидев сына, истошно закричала, но, подбежав к столу и собрав всю свою волю, тут же начала его лечить. Вокруг загорелся золотой свет, раны начали затягиваться. Врачи вкладывали всю свою силу, хотя они уже осознавали, что лечение не поможет принцу.

Но Кэл так и не задышал. Он потерял слишком много крови.

Эл медленно попятился назад и упёрся спиной в стену. Он посмотрел на свои ладони и одежду. Всё было алого цвета. Его руки тряслись, а на лице застыл ужас.

Баэллам стоял с широко раскрытыми глазами, по щекам стекали слёзы, всё тело затряслось. Перед глазами всё плыло. Король начал тереть голову и тяжело дышать. Выбежав из лазарета, Баэллам резко ударил по колоне и издал нечеловеческий вопль. От его удара осталась дыра, а по колоне прошлась вибрация. По руке потекла кровь, но король даже не обратил внимание на это. Боль в сердце затуманила всё! В таком состоянии короля видели впервые, ведь его лицо всегда было спокойным и непроницаемым. Сейчас же на нём застыл ужас.

Жители со слезами смотрели на Баэллама, осознавая, что в этой ситуации они бессильны и ничем не могут помочь.

Баэллам, вернувшись в лазарет, подбежал к Элиасу и принялся его осматривать. Он хаотично трогал лицо, руки и торс сына, чтобы оценить ранения. Эл посмотрел на отца глазами, полными застывшего ужаса, и едва покачал головой, дав понять, что он не ранен. Король обхватил лицо сына и, поцеловав в лоб, прижал к себе. Эл весь затрясся в объятьях отца и заревел.

Врачи боролись за жизнь Кэла не меньше получаса и, истратив всю энергию, сидели рядом, смотря на королеву. Эвали продолжала бороться за жизнь сына и вкладывала всю свою силу, не понимая, что Кэл уже мертв. Баэллам видел, что его жена попусту тратит себя. Отойдя от Эла, который сидел на полу, он подошёл к жене и начал аккуратно оттаскивать её.

– Моя любовь! – прошептал Баэллам. – Прошу, остановись.

– Отпусти! – Эвали, рыдая, снова и снова вырывалась из рук мужа.– Он почти задышал! Я спасаю нашего сына!

Тогда Баэллам крепко взял и обнял жену, отвернув от мёртвого сына. Эвали громко закричала. Баэллам что-то тихо прошептал ей на ухо, и она тут же замерла в его руках. Король ещё крепче прижал жену к себе и, подняв глаза, увидел тело сына. Его сердце пронзила сильная боль. Улыбка Кэла и слова «Всё под контролем»стояли эхом в его в голове. Он взял Эвали на руки, унёс из этой комнаты, и в этот момент воцарилась полная тишина. Но тихий голос Элиаса, сидевшего в углу, нарушил её. Он, крепко вцепившись в свои волосы, покачиваясь, шептал: