Ирина Фельдман – Моё эльфийское чудо - Ирина Фельдман (страница 51)
Из рассказа девушки стало ясно, что случилось. Когда она с сэром Ольфуром отправилась в путь, сразу несколько вещей вызвали у неё опасение. Была выбрана не главная дорога, а та, что ведёт в сторону деревни эльфов через лес. Вроде понятно, подальше от посторонних глаз, но неудобно, потому что карету трясёт на ухабах, а мимо то и дело пробегают звери. И охранники вели себя странно. Иной человек бы ничего не заметил, но наблюдательная принцесса поняла, что им не хватает профессиональной выдержки. Они нарушили этикет, не поприветствовав будущую герцогиню должным образом, постоянно переглядывались между собой и ехали слишком далеко от кареты, а не рядом с ней. Двое вовсе держались в седле, как какие-то крестьяне, не удосужившись выпрямиться по уставу.
— Я боялась признаться сэру Ольфуру в своих подозрениях. Лорд Торнвуд же выставил меня не в меру впечатлительной девицей и фантазёркой, — чувствуя себя в безопасности, Баффи ускорила темп своей речи и даже заулыбалась. — Было страшно показаться глупой, но ещё страшнее было бы отмахнуться от недобрых знаков. Я попросила сэра Ольфура запереть дверцы изнутри и лечь со мной на пол. Было так стыдно! А вдруг я просто переволновалась? Или это нормально, что у его светлости такие неотёсанные стражники? А потом они как начали стрелять! В нас осколки полетели… — Баффи сглотнула, стараясь избавиться от болезненного эпизода. — Лера, это всё ты! Я бы ни за что не стала докучать сэру Ольфуру своими предчувствиями, если бы не твой пример. Тебе было всё равно, как ты выглядишь в глазах других, когда поцеловала Барни на городской площади.
— Ваше высочество, больше никого не слушайте. Вы должны гордиться тем, что слишком много думаете, — советник герцога приобнял её, и она прижалась к нему, отринув глупые приличия.
А меня внутренний голос отчаянно отговаривал поворачиваться к Йону в ближайшие лет сто, чтобы он не пустил в меня молнии из глаз. История про площадь была не для его ушей…
Йон тяжко вздохнул, словно на его плечи упали все горести мира.
— Я превращу его в… Боги, даже твари такой нет, чей облик он заслуживает!
Естественно, всю обратную дорогу мои мысли занимала дальнейшая судьба недотёпистого Барни. Возможно, как король Йон великодушен и справедлив, однако папаша из него получился сумасшедший. Надо же было додуматься спрятать маленькую дочь в чужом мире? В мире без магии. Где время идёт не так, где культура совершенно другая, где из разумных существо только ненавистные ему люди, в конце-то концов!
К счастью, Йон ограничился только тем, что в качестве приветствия схватил Барни за шиворот, оторвав от земли, и встряхнул, как щенка. Гораздо больше в тот момент вернувшегося к своим обязанностям короля заботил герцог Гвинедд. Далеко уехать предприимчивому негодяю не удалось. Эльфы бросились за ним в погоню, а поймали его, ни за что бы не поверила, — наши снежные друзья. Снеговики то ли не знали, что это за человек, то ли им было плевать на социальный статус нарушителя, влетевшего на коне в построенный для гостей ярмарки парк ледяных скульптур. Так что не вышло у герцога срезать путь.
— Главный наш как увидел этого вандала, сразу отдал приказ изловить, — гордо сказал один из карауливших склад с нарушителем снеговиков.
Я хмыкнула.
— Боб только командовать и умеет.
Снеговики смущённо покрутили носами-морковками.
— А не он у нас сейчас главный, — ответил за всех громила с синим ведром на голове.
Из его клетчатой жилетки высунулся деревянный человечек и помахал лыжной палочкой.
— Боб жадина, грубиян и обманщик! Таким нельзя быть командирами!
— Верно сказано, босс, — подтвердил громила.
Снеговик Стэн скрипуче захихикал:
— Босс всегда верно говорит. Каждый раз слова подбирает тефтелька в тефтельку.
Коллективный вздох возвестил о том, что самому Стэну не помешало бы серьёзней относится к своему словарному запасу.
Стражников, оказавшихся в этот раз не настоящими, а переодетыми наёмниками, мы оставили снаружи, и Йон велел за ними следить и ждать, когда прибудут полицейские для патрулирование ярмарки. Эльфы с вернувшейся магией, боевые снеговики и даже могучие оборотни — лучше охраны и придумать нельзя.
Пойманного герцога разместили на верхнем этаже склада. Связанного и с морковкой во рту в качестве кляпа во рту по заветам бдительных снеговиков.
Я не удивилась, увидев бледного лорда Торнвуда и сидящего на деревянных ящиках Найджела. Маги, взвалившие на себя дело государственной важности, куда в такой ситуации без них. А что меня не на шутку озадачило, так это присутствие ректора Ниило, предпочитающего оставаться созерцателем и вообще держаться подальше от всей движухи.
— Йон, если бы ты знал, как я тобой горжусь, — впервые за столько лет Ниило посмотрел на него не сверху вниз.
Тот недоверчиво насупился.
— Почему ко мне вернулась магия?
— Ты пожелал сделать добро для человека. Спасти невинную девочку, пусть в её жилах и течёт кровь тех, кто когда-то причинил тебе боль.
Лорд Торнвуд возвёл глаза к потолку и что-то неразборчиво прошептал. Утомлённый и порядком запутавшийся во всех местных интригах, он явно мечтал об отдыхе. И желательно подальше от сентиментальных диалогов. А Найджел просто усадил Баффи на своё место и шёпотом спросил, в порядке ли она.
— Шишки-ледышки, — нараспев произнёс Барни, складывая руки на груди. — Всё было так просто? Йон, твои страдания можно было так просто прекратить много лет назад? — я, воспользовавшись временным преимуществом в росте, потрепала его по голове, и он поменял риторику. — В смысле, как жаль, что тогда рядом с тобой не оказалось того, кто направил бы тебя на путь истинный. Меня, например. Ну и Леры.
Ухмылка ректора Ниило обещала очередной подвох.
— О, Лера у нас особенная. Именно ей решать, какой будет конец у этой истории.
Мне? Да кто я такая, чтобы брать на себя такую ответственность!
Я же… Да ёлки-палки, пора уже всё принять. Я — принцесса эльфов. А герцог Гвинедд — урод, который чуть не погубил меня и тех, кто стал мне дорог.
— Но почему это должна сделать я? — тихо спросила я, всё ещё гадая, чего от меня ждёт божество.
— Потому что ты принадлежишь сразу двум мирам. Человеческому и эльфийскому. Полагаю, у тебя больше всех прав для того, чтобы определить дальнейшую судьбу самопровозглашённого короля Северных земель.
— Что вы имеете в виду, господин ректор? — встрял лорд Торнвуд. — По-моему, здесь и решать нечего. Преступник должен понести наказание. А наказание за измену — смерть. Найджел не ной, мы не будем его убивать сами. Всё должно произойти в рамках закона.
Герцог же был не согласен и что-то порычал сквозь морковку.
Флоки тоже поделился своим мнением.
— Сестра, не пачкайся в его крови. Его можно превратить в дерево. Или лучше в камень.
По-прежнему несогласный герцог задёргался в путах и с усилием выплюнул прокушенную морковку на пол.
— Глупцы! Это давление с помощью магии, что само по себе незаконно. Знаете, на что это похоже? На то, что меня пытаются лишить титула. Да любой суд меня оправдает, потому что у вас нет веских доказательств. Одни домыслы и сказочные фантазии!
Как же он заблуждался. История о волшебных ёлках и кристалле-собирателе памяти, наверное, приструнила бы его, но я не хотела снова в это лезть. Вспоминать всё плохое, чтобы казнить его с чистой совестью.
— Я бы хотела… — я встала напротив нашего врага, заставляя себя смело смотреть в краснеющую от бешенства рожу. — Я бы хотела поступить иначе.
Йон, конечно, не подарок, но он, даже отравленный обидой, не лишал людей жизни. И я бы не простила себе, если бы повела себя хуже.
Из всех зол выберу самое маленькое. Которое должно обернуться добром.
Да. Так и сделаю.
Герцог Гвинедд дёрнулся, как от удара током, выругался, почти не разжимая челюсти и съёжился, став меньше снежного эльфа. Его борода исчезла, одежда почти погребла под собой. Сквозь огромный рукав он с трудом потёр лицо и уставился на нас. Рыжеватый мальчонка лет четырёх с широко распахнутыми глазами.
— Олли, где мы? Я хочу домой.
Сэр Ольфур поймал понимающий взгляд ректора Ниило и, справившись с первым шоком, мягко сказал:
— Мы пришли с тобой на Предновогоднюю ярмарку.
— А что это? — осмелел малыш.
— Это замечательное место, где любят хороших детей, — Ниило положил руку на плечо лорду Торнвуду. — Позовите Марию, пусть она поможет Лере и Баффи нарядить этого юношу. Посмотрите в этих ящиках, здесь полно одёжки для ребятни. А мы пока со взрослыми поболтаем. О скучных делах.
За звезду я переживала больше всего. Дедушка очень любил старенькую советскую звезду, и его расстроило, когда несколько лет назад революционно красное украшение упало с верхушки ёлки и разбилось. За месяцы обучения в Академии подарков я не стала почётным мастером-стеклодувом, но кое-что делать научилась. И ребята помогли, чего скрывать
— О-о-о! Вот это да-а-а… — дедушка достал из коробки объёмную звезду и приподнял так, чтобы всем было хорошо её видно. — Как снова в детство вернулся!
Барни фыркнул, как делал обычно тогда, когда сдерживал очередную колкость.
Дедушка протянул ему звезду.
— Ну-ка, приладь её на ёлку. Эх, хорошо быть высоким.
— В последнее время я очень это ценю, — всё-таки не удержался Барни, вставая с дивана.