Ирина Фалёва – Цена тишины: Дом, который выбрал нас (страница 4)

– Но я переживаю, – он коснулся её руки. – Если ты откажешься, значит, ты не доверяешь мне.

Ультиматум. Отказ – это «предательство». Согласие – ещё один шаг к изоляции.

– Хорошо, – она сдалась. – Давай возьмём отпуск.

– Вот и умница, – он улыбнулся, но глаза остались холодными. – Я уже всё спланировал. Мы поедем к моим родителям. На месяц.

Её сердце упало. Месяц без связи. Месяц под его надзором.

– А моя работа… – начала она.

– Они поймут, – он перебил её. – Я уже позвонил твоему начальнику. Объяснил, что тебе нужен отдых.

Он сделал это. Без её согласия. Без её ведома.

В тот же вечер она попыталась позвонить Лене с нового телефона. Экран засветился, но вызов не прошёл. Блокировка. Он заранее настроил ограничения – так, чтобы она не заметила.

– Что случилось? – он вошёл в комнату, будто случайно. – Не получается дозвониться?

– Нет, – она бросила телефон на диван. – Сеть плохая.

– Может, номер неправильный? – он взял устройство, «случайно» нажал на экран. – Ой. Похоже, твой контакт удалён. Ты, наверное, сама стёрла.

Ложь. Он знал, что она не удаляла. Но теперь у неё не было доказательств.

– Наверное, – она отвернулась. – Забыла.

– Ничего страшного, – он обнял её. – Мы найдём другой способ общаться. Главное – чтобы ты была спокойна.

Его рука скользнула по её плечу. Не ласка – клеймо.

Она закрыла глаза. Телефон был сломан. Связь – разорвана. Остался только он.

Глава 5. Без связи

Алина проснулась от непривычной тишины. Нет вибрации, нет световых бликов на стене от экрана, нет этого звука – короткого пика, обещающего сообщение.

Она потянулась к тумбочке. Пусто.

– Где… – она села, оглядываясь.

– Я убрал, – Денис стоял в дверях, держа в руках две чашки кофе. – Ты же сама сказала, что он тебя отвлекает.

– Но я хотела проверить…

– Что? – его бровь приподнялась. – Время? Погода? Или, может, кого‑то?

Он поставил чашки на стол, не спеша сел напротив. В его взгляде – спокойствие, почти нежность. Но за ней – холодный расчёт. Он ждал, когда она начнёт просить.

– Это был мой телефон, – прошептала она.

– Был, – он кивнул. – А теперь у тебя новый. Или ты не заметила?

На краю стола лежал блестящий аппарат – тот, что он подарил вчера. Экран погас, будто мёртвый глаз.

За завтраком он листал её ежедневник – снова, без спроса.

– «Встреча с Мариной в 14:00», – прочитал он вслух. – Кто это?

– Коллега, – она сжала ложку. – Мы вместе работали над проектом.

– И ты не сказала мне? – его голос остался мягким, но в нём прозвучал намёк на обиду. – Я думал, мы делимся всем.

– Я просто… забыла.

– Забыла, – он закрыл блокнот. – Или не хотела говорить?

Ловушка. Если она начнёт оправдываться – значит, виновата. Если промолчит – он решит, что она скрывает.

– Хочешь, я позвоню ей и объясню, что ты в отпуске? – он потянулся к новому телефону.

– Нет! – она схватила его за руку. – Не надо. Я сама… позже.

Он улыбнулся:

– Вот видишь? Ты опять нервничаешь. Может, тебе правда нужен отдых? Без телефонов, без встреч, без… лишних мыслей.

Днём она бродила по квартире, как по лабиринту. Каждый угол напоминал о том, что было потеряно:

полка, где лежал её старый телефон;

стол, за которым она писала сообщения Лене;

окно, под которым она шептала в трубку: «Я не могу сейчас говорить».

Денис наблюдал. Не следил – заботился. Он то приносил ей чай, то спрашивал, не холодно ли ей, то предлагал посмотреть фильм. Каждый жест – как ошейник.

– Ты сегодня тихая, – сказал он, садясь рядом. – Всё в порядке?

– Да, – она уставилась в экран телевизора. Кадры сливались в цветные пятна.

– Может, ты скучаешь по нему? – он кивнул на новый телефон. – По старому?

Она не ответила. Говорить было бессмысленно. Он уже знал ответ – и использовал его против неё.

Вечером она дождалась, пока он уснёт, и прокралась к входной двери. В кармане куртки лежал он – старый ключ от почтового ящика. В детстве она прятала там записки для подруги. Может, и сейчас…

Она вышла на лестничную клетку. Холодный воздух ударил в лицо. Внизу, в холле, горел тусклый свет. Она спустилась, открыла ящик. Внутри – пусто. Только пыль и обрывок газеты.

Но на стенке – царапина. Три линии, похожие на буквы: «Л».

Её сердце дрогнуло. Лена. Она была здесь. Пыталась оставить знак.

Алина оглянулась. Никого. Только тени от перил, длинные, как пальцы.

Она достала из кармана ручку, написала на внутренней стенке ящика: «Я здесь. Помоги».

И тут же услышала шаги наверху.

– Алина? – голос Дениса звучал мягко, но в нём звенела сталь. – Что ты делаешь?

Она захлопнула ящик, повернулась. Он стоял на верхней ступени, руки в карманах, взгляд – спокойный, почти ласковый.

– Вышла подышать, – она сглотнула. – Душно в квартире.

– Душно, – он спустился на ступеньку ниже. – А ключ от ящика зачем?

– Просто… проверяла.

– Проверяла, – он подошёл ближе. – А что именно?

Она молчала. Он уже знал.

– Знаешь, – он взял её за руку, повел наверх, – я тут подумал: может, нам переехать? На время. Туда, где нет… лишних ящиков.

Его пальцы сжали её запястье. Не больно – властно.

– Переехать? – она остановилась на пороге квартиры. – Куда?