Ирина Фалёва – Память на губах (страница 3)

– Ты лгал мне… – прошептала Анна, отступая на шаг. – Ты сказал, что он взял деньги. Ты заставил меня ненавидеть единственного человека, которого я любила!

– Любовь не платит по счетам, Анна! – отец вдруг больно схватил её за локоть, притягивая к себе. – Посмотри вокруг. Всё это – хрусталь, статус, твоё образование – держится на моих решениях. И если сейчас Волков требует тебя в качестве трофея за свои тридцать сребреников, ты пойдёшь и улыбнёшься ему. Потому что завтра, если сделка сорвётся, нас выкинут из этого дома на улицу. Ты меня поняла?

Анна смотрела на него и видела не отца, а расчётливого дельца, который только что подтвердил: она для него – просто ещё один актив. Ликвидный товар, который можно перепродать, чтобы закрыть дыру в бюджете.

– Ты чудовище, – выдохнула она, вырывая руку.

– Я реалист, – отрезал он, поправляя манжеты. – Умойся и вернись в зал. Мы должны дожать Волкова до подписания бумаг.

Анна не вернулась. Она прошла мимо матери, мимо шёпота гостей, вышла на парковку и села в свою машину. Руки на руле дрожали. Она понимала: Артём не спаситель. Он пришёл за местью. Но оставаться в доме человека, который построил её счастье на крови и лжи, она больше не могла.

В девять утра чёрный седан Артёма Волкова затормозил у её подъезда. Анна уже стояла на тротуаре с одним-единственным чемоданом. Она не оглядывалась на окна родительской квартиры.

Заднее стекло медленно опустилось. Артём, скрытый в полумраке салона, пристально наблюдал за ней.

– Быстро ты, – хмыкнул он. – Даже не попрощалась с папочкой?

– У меня больше нет отца, Артём, – сухо ответила она, садясь в машину. – Вези меня туда, где я буду отрабатывать твой «второй шанс».

Машина сорвалась с места, унося её в неизвестность.

Глава 2. Стеклянная клетка

Загородный дом Артёма находился в часе езды от города. Это было монументальное здание из тёмного камня и панорамного стекла, притаившееся среди густого соснового леса. Здесь не было ни цветов, ни уютных занавесок – только холодный минимализм и запах хвои.

– Проходи, Аня. Чувствуй себя… как в гостях, – Артём бросил ключи на консоль и обернулся. – Твои вещи уже подняли в спальню. В твою спальню.

Он сделал акцент на этом слове, и Анна почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она стояла в центре огромной гостиной, прижимая сумочку к груди, словно щит.

– Ты обещал сделку, – её голос дрожал, но она старалась звучать твёрдо. – Где бумаги?

Артём усмехнулся, медленно расстёгивая верхнюю пуговицу рубашки. Он подошёл к массивному столу из морёного дуба и достал папку в кожаном переплёте.

– Ты всегда была отличницей, Аня. Любила правила и чёткие границы. Что ж, вот твои новые правила.

Он швырнул папку на стол. Анна подошла ближе. Каждая строчка контракта жгла глаза:

1. Срок действия: один год.

2. Обязанности: сопровождение Артёма Волкова на всех официальных мероприятиях, ведение его домашнего хозяйства (формально) и… полное отсутствие связи с семьёй Северских.

3. Главное условие: Анна обязуется не покидать территорию поместья без его личного разрешения.

– Это тюрьма, – выдохнула она, поднимая на него глаза. – Ты запер меня в лесу!

– Это безопасность, – отрезал Артём. Он подошёл вплотную, заставляя её вжаться в край стола. – Безопасность от лжи твоего отца и от твоих собственных глупых порывов. За этот год я вытрясу из тебя всю ту спесь, которой тебя обучили в твоём «высшем обществе».

Он взял ручку и протянул ей.

– Подпиши. И долги твоего отца будут выкуплены моим фондом. Он останется на плаву, хоть и без права голоса.

Анна взяла ручку. Её пальцы коснулись его ладони – горячей, живой, властной. На мгновение время замерло. В его глазах она увидела не только жажду мести, но и глубокую, не зажившую рану. Он ненавидел её за то, что она поверила отцу, и любил за то, что она – это она.

Она поставила размашистую подпись.

– Вот и всё, – Артём забрал документ. – А теперь иди наверх. Горничная приготовила ванну. Тебе нужно смыть с себя запах этого вечера.

Позже, когда дом погрузился в ночную тишину, Анна сидела на краю огромной кровати, завернувшись в шёлковый халат. Она прислушивалась к каждому шороху. Дверь тихо скрипнула.

Артём вошёл без стука. Он сменил костюм на домашние брюки, его грудь была полуобнажена под расстёгнутой рубашкой. В тусклом свете ночника шрам на его скуле казался белой молнией.

– Я не давала разрешения входить, – Аня вскочила, её сердце забилось в горле.

– В этом доме мне не нужны разрешения, – он медленно сокращал расстояние. – Ты подписала контракт, помнишь? Ты – моя память на губах, Аня. А память должна быть яркой.

Он остановился в сантиметре от неё. Анна чувствовала, как от него исходит почти осязаемая волна жара. Он протянул руку и медленно, мучительно долго заправил прядь её волос за ухо.

– Семь лет, – прошептал он, и его голос сорвался на хрип. – Семь лет я представлял, как ломаю твою гордость. Как заставляю тебя молить о прощении.

– Так начни прямо сейчас, – она вызывающе вскинула подбородок, хотя её колени подгибались. – Сделай то, зачем меня купил.

Артём замер. Его челюсти сжались так, что заходили желваки. Он резко обхватил её лицо ладонями и впился в её губы поцелуем – в нём не было нежности, только ярость, накопленная годами, и отчаянная, болезненная страсть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.