Ирина Фалёва – Не родная кровь (страница 4)

Ваня стоял с той стороны. Он просунул свои длинные пальцы сквозь ячейки сетки и коснулся моих рук. Его кожа была шершавой и холодной.

— Тише, мелюзга, тише... — шептал он, и я видела, как в его глазах стоят слёзы, которые он изо всех сил старается не выпустить.

— Ты как? Живая?

— Больно, Ваня... Грудь болит. И зайца забрали. Зачем мы тут? Где Оля?

Ваня помрачнел. Он оглянулся — не видит ли нас надзиратель.

— Ольгу тётка Наташа забрала. Совсем. Нас к ней не пустят, Ань. Она сказала, что мы «испорченные».

Я зарыдала, прижавшись лбом к железной сетке. Она пахла ржавчиной и кровью.

— Забери меня отсюда, Ваня! Давай убежим! К маме!

Брат прижал свою ладонь к моей щеке сквозь железо.

— Нет больше мамы, Ань. Её прав лишили. Совсем нет. Понимаешь? Теперь только мы с тобой. Слушай меня внимательно: я найду способ. Я вырасту и заберу тебя. Слышишь? Только ты не плачь. И не верь им. Никому не верь.

— Иванова! Отойди от забора! — воспитательница уже шла к нам, размахивая тяжёлой связкой ключей.

Ваня резко отдёрнул руку.

— Я люблю тебя, мелкая! Помни про конфеты!

Он развернулся и побежал к своей группе, скрываясь за углом серого здания. А я осталась стоять у забора, кусая губы, чтобы не закричать. На моих пальцах остались глубокие следы от сетки — красные ромбики, которые горели, как клеймо.

В ту ночь я долго не могла уснуть. Я лежала на «месте сорок два» и смотрела, как луна освещает ровные ряды кроватей. Где-то в другом крыле спал Ваня. Где-то в чужом, богатом доме спала Оля. А я была здесь, в ловушке.

Я нащупала под подушкой кусочек сухаря, который спрятала в обед. Он был каменным, но я начала его сосать, как учил Ваня. Вкус хлеба и слюны успокаивал.

Я не знала, что через неделю за мной снова придёт тётя Маргарита. Что она принесёт красивое платье в горошек и скажет директору:

«Мне нужна именно эта девочка, у неё такое покорное лицо».

Я не знала, что Ваня будет бросаться на охранников, когда меня будут уводить в её машину, и что его за это закроют в изоляторе.

Я просто лежала и думала:

«Ваня обещал. Значит, он придёт».

Глава 5. Стеклянный дом и ледяные руки

День, когда меня забирали, был солнечным, но для меня он стал самым тёмным. Маргарита Степановна приехала на большой чёрной машине, которая блестела так сильно, что в её дверце я увидела своё испуганное отражение.

На ней было светло-серое пальто, и она ни разу не коснулась перил или дверных ручек голыми руками — только в тонких кожаных перчатках.

— Пойдём, Аня, — сказала она, и её голос был как шелест сухой бумаги. — Теперь у тебя будет настоящий дом. Чистый дом.

Я обернулась. В окне второго этажа я увидела Ваню. Он прижался лбом к стеклу и бил по нему кулаком, но звука не было слышно. Его лицо было искажено криком, который застревал в толстых стёклах детдома. Охранник оттащил его назад, и Ваня исчез в темноте коридора. Это был последний раз, когда я видела своего брата на долгие годы.

Дом Маргариты Степановны находился за городом. Он был огромным, белым и пах ландышами и чем-то кислым — лимонным средством для мытья полов. Когда мы вошли, я замерла на пороге. Пол был из белого мрамора, такого гладкого, что я поскользнулась в своих казённых тапочках.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.