Ирина Енц – Рябиновая долина: Ловушка на прошлое (страница 3)

Конюх, которого звали Виктор Васильевич, или попросту Василич, был еще не старым крепким мужчиной с повислыми темными усами и веселым лихим взглядом, напоминавшим лесного разбойника. Но не такого разбойника, небритого забулдыгу с дубиной в руке, от которого и днем-то люди шарахаются, а этакого Робин Гуда, забредшего сюда нечаянно из Шервудского леса и по непонятной причине оставшегося здесь насовсем. Хотя, увидев всю окружающую природу с ее буйными красками, звуками и запахами, вдохнув полной грудью этот опьяняющий воздух, эта самая причина становилась совершенно понятной.

Воздух был тих и прозрачен. Высоко, высоко над землей черной точкой вился жаворонок, испуская свои дивные трели. Аромат, поднимающийся от цветущих лугов и густых кедровников, кружил голову, пьянил и заставлял забывать любые проблемы и невзгоды, ожидающие тебя в каком-то, теперь уже, другом и чужом мире.

Я ехала на каурой смирной лошадке и, полуприкрыв глаза, улыбалась неведомо чему. Ленка трусила за мной на понурой пегой кобылке, необычайно молчаливая. Если бы не мое благостное настроение, я бы подумала, что она замышляет какую-то каверзу. Но в тот момент мне такое даже и в голову не пришло. Как оказалось в дальнейшем, зря. Но окружающие красоты действовали на меня совершенно расслабляюще, я пребывала в гармонии с собой и со всем миром в придачу.

Мы вернулись на корабль и принялись готовить обед. Трапезничать решили опять на палубе: грех было в такую погоду сидеть за закрытыми дверями. Ленка указала рукой на пустынный клочок земли рядом с кораблем и заявила:

– Хочу здесь построить небольшой ресторанчик в виде еще одного корабля.

Я неопределенно пожала плечами. Ну, хочет и пускай себе. Идеи бизнеса меня никак не вдохновляли. Но чтобы не обидеть подругу, я вяло пробормотала:

– А что… хорошая идея.

Глаза у нее загорелись загадочным огнем. Но даже и тогда я никак не могла заподозрить ее в коварстве.

– Тебе нравится идея? Правда, нравится?

– Хорошая идея, – без особого энтузиазма повторила я.

И тут подруга вдруг резко поменяла тему.

– Люськ, а тебе не надоело сидеть в своем лесу? Ведь уже не молодая девочка, чай, по тайге прыгать. Да и с мужиками твоими, поди, тяжело управляться?

Я пожала опять плечами. Говорить о своей работе мне сейчас не хотелось.

– Лен, да нормально все. Устаю, конечно, очень. Но мужики у меня хорошие. Проблемы есть. А скажи мне, где их нет?

Ленка с умным видом покивала головой, соглашаясь со мной. Потом тяжело вздохнула и начала тихонько причитать:

– Жалко мне тебя. Совсем там в своем лесу скоро одичаешь. Деток своих почти не видишь. А тут смотри, какая кругом красота…

Последняя фраза меня слегка насторожила. Я внимательно присмотрелась к подруге.

– … и…?

– Что «и»? Я о тебе забочусь, – с тяжелым вздохом мученицы выдала она.

Всю расслабленную благостность с меня, как ветром, сдуло. Я подозрительно уставилась на Ленку.

– Ты чего опять задумала, авантюристка несчастная? К чему все эти разговоры?

Подруга уставилась на меня преданными глазами.

– Пожила бы здесь, на корабле. Смотри, какая тут красота. Отдохнула бы от своей тайги, – она посмотрела на меня честным и ясным взором и, почти шепотом, прибавила: – Заодно и ресторанчик бы построила.

Сначала мне показалось, что я ослышалась. Я хлопнула на подругу пару раз глазами и спросила, все еще не веря тому, что услышала:

– Чего, чего? – но подруга сидела молчаливая. Я бы даже сказала, слегка пришибленная, как воробей смирный, сложив на коленях свои ладошки и честными глазами смотрела на меня. Судя по всему, отвечать мне не собиралась. Я уточнила свой вопрос: – Что ты там про «ресторанчик» промяукала? Я не ослышалась? – я грозно сдвинула брови.

Ленка испуганно заморгала. Но я-то отлично знала, что все эти манипуляции с лицом и жалостными взглядами – сплошное надувательство. Подруга будет гнуть свою линию до тех пор, пока не добьется своего или не уморит до смерти своего собеседника.

– А чего..? – невинным голосом девочки первоклассницы произнесла она. – По-моему, хорошая идея. Если уж ты там в своей тайге со своими головорезами управляешься одной левой, то уж ресторанчик построить для тебя и вовсе плевое дело. – Увидев, что я молчу, онемев от ее наглости, она затараторила, усиливая свой натиск: – Здесь же тебе не тайга. Смотри, какая красота кругом. И дорога есть асфальтная, и электричество, даже баня есть. А еще конюшня с лошадьми. Ты же любишь лошадей. Захотела на лошадках покататься – пожалуйста! В любой, так сказать, момент! Сплошной курорт!! – по выражению моего лица она догадалась, что все перечисленное не возымело на меня никакого действия, и решила сменить тактику. Приняла вид кающейся грешницы, приложив ладошки к груди, и, чтобы мне провалиться на этом самом месте, в ее глазах блеснула одинокая горькая слезинка. – Ну, Люськ…! Кто мне поможет, если не ты? Разрываюсь на части. Сама знаешь, хозяйство большое. Все не успеваю. Сплю по два часа в сутки…

Я, прерывая ее слезное повествование, ехидно добавила:

– Скажи еще: не доедаю. – Оглядела я со значением ее пухленькую фигуру.

Но подруга на мой взгляд никак не отреагировала, а, вдохновленная тем, что я уже отошла от столбняка и сразу не кинулась на нее с кулаками, продолжила свою арию.

– А что…? Бывает и не доедаю, – с легким вызовом начала она. Но, поняв, что взяла неверный тон, опять заблеяла жалобно. – Помоги, а? Я же знаю, ты можешь…

По всей вероятности, на данном этапе она исчерпала все свои аргументы и сейчас смотрела на меня жалобными глазами девочки-сиротки. Мне вдруг стало смешно, и я, не сдерживая свои эмоции, расхохоталась в голос. Ленка, увидев, как я веселюсь, с явным облегчением выдохнула.

Вытерев глаза от подступающих от смеха слез, я проговорила:

– Я же не строитель, дурында ты этакая! Мое дело – дерево. Ну, избу поставить или баньку там – это я могу. Но построить капитальное здание из камня… Это, по-моему, уже перебор.

Подруга радостно махнула рукой.

– Глупости!! Уж кто-кто, а я тебя знаю, как облупленную. Если надо, ты хоть что построишь. А потом, если что, тут кругом одни строители, посоветуешься, проконсультируешься. В общем, решено!

Она соскочила из-за стола и ринулась вниз по лестнице. Я, собрав пустую посуду, пошла за ней. К тому времени, когда я перемыла все чашки, Ленка уже стояла с чемоданом в дверях и радостно мне улыбалась. Я растерянно вытерла руки кухонным полотенцем и уставилась на подругу. Я еще даже рот не успела открыть, как она защебетала.

– Там на столе ключи, кое-какая документация и деньги на первое время. Я позвоню твоим детям. Сообщу им, что ты тут остаешься. Пускай они тебе вещички твои соберут. А мой водитель тебе твою машину пригонит денька через два. Здесь без колес ни один вопрос не решишь. В общем, если что, звони. Я тебе на телефон денюжек закину, на всякий случай.

И она, не дожидаясь моего ответа, весело затрусила на выход. Я, все еще онемевшая от наглости подруги, с растерянным лицом пошла следом. Уже сидя в заведенной машине, она опустила боковое стекло и прокричала мне, стараясь перекрыть орущий в автомобиле магнитофон:

– Чуть не забыла!! Я завтра в Китай улетаю. Ненадолго, недельки на две! – и железный конь, выкинув из-под своих копыт-колес гравий, стал удаляться в направлении моста.

А я с кухонным полотенцем в руке так и продолжала стоять и глядеть в след удаляющейся машине.

Глава 3

Когда машина совсем пропала из вида, я, постояв еще пару минут в растерянности, плюнула с досады и пошла обратно в корабль. Побушевав еще немного вслух для успокоения души и чуток побегав по палубе, отвешивая Ленке вслед нелицеприятные замечания, я наконец уселась на ступеньках под лучами заходящего солнца и призадумалась. Нужно было признаться самой себе, что не так уж и сильно я была разгневана на подругу. Меня всегда манило и звало в неведомые дали что-нибудь новое и, потому, интересное. Убить меня, уничтожить как личность в этой жизни могло только одно – рутина. Вот чего категорически не принимала моя душа.

Конечно, нужно было сделать необходимые распоряжения в лесу оставшимся бригадам. Но, подумав хорошенько, я рассудила, что на некоторое время вполне могу оставить их под твердой рукой своего мастера. И детей нужно было оповестить, что их мать в который раз слегка изменила свою жизнь. Повздыхав еще немного, я отправилась внутрь корабля, которому в ближайшее время предстояло стать моим новым домом.

К работе, к любой работе, я относилась серьезно. Либо делать хорошо, либо лучше совсем не браться. Поэтому весь вечер я посвятила изучению документов, оставленных мне подругой. С утра я планировала совершить поход по стройкам «Рябиновой долины». Глядишь, чему умному научусь. Да и поискать квалифицированных строителей не мешало.

Закончила я с документами уже довольно поздно. Пошла на кухню, заварила чай в термосе и с большой кружкой ароматной жидкости устроилась на палубе под звездным небом. Детство мое прошло в горах Тянь-Шаня, и я доподлинно знала, что таких звезд, как в горах, не увидишь больше нигде. Огромные, лохматые, как маленькие медвежата, они мерцали так низко над головой, что, казалось, протяни руку, и они улягутся в твою ладонь, уютно урча от ласкового прикосновения. Река шумела монотонно, навевая всякие романтические мысли. В ее журчащую песню гармонично вливались ночные звуки леса, образуя невозможно-прекрасную симфонию, которую можно было слушать часами.