Ирина Енц – Рябиновая долина: Когда замолчит кукушка (страница 4)

За чаем я поведала ему все без утайки. Как Гоша пришел, что я в вагончике увидела и что мужики рассказали. А в конце своего рассказа осторожно спросила:

– А как там Сергей Сергеич? Вы же, наверняка, были у него в больнице. А то мы с утра звоним, а нам отвечают: «Состояние средней тяжести», и трубку кладут. Мы же тут волнуемся.

Степанов посмотрел на меня с легкой хитрецой и ворчливо проговорил:

– Да, пришел ваш Сергей Сергеич в себя. Только вот мне от этого не легче. Рассказать нам он много не может. Говорит, не помнит ничего. Ни как деньги получал, ни где был, ничего, как отрезало. Так что, придется самому все выяснять. И еще… – Он посмотрел на нас пристально, будто решая, можно нам доверять или нет. Потом, видимо, решил, что можно, проговорил. – У него в крови было найдено средство фенобарбитал. Это из группы барбитуратов. Он не принимал никаких успокаивающих?

Мы отрицательно замотали головами, а Игорь ответил за нас обоих:

– Насколько мы знаем, ничем таким он не пользовался. У него было только одно успокаивающее средство. Это водка. А она, насколько я понимаю, к барбитуратам не относится. Да и вообще, в последнее время, как говорится, замечен не был.

Илья Федорович в задумчивости покивал головой. А мы с Игорем переглянулись со значением. Степанов, безусловно, наши переглядки заметил. Но комментировать не стал и вопросов лишних не задавал. Допив свой чай, поднялся и пошел к двери, тяжело вздыхая, видимо, скорбя о несознательных гражданах и о своей нелегкой доле. В самых дверях он оглянулся и проворчал:

– Если что нового узнаете, сообщите. Телефончик мой у вас имеется. – И, уже занеся ногу над порогом, сурово проговорил. – И безо всякой самодеятельности и игры в сыщиков!! Вы меня поняли???

Не знаю ни одного случая из своей жизни, чтобы на вопрос, заданный подобным тоном, кто-то ответил, что нет, мол, не понял. Мы с Игорем исключением не являлись, поэтому дружно закивали головами, что, мол, поняли, поняли, и ни, Боже мой, ни в коем случае. Я для полноты образа даже руку к сердцу приложила. Но, судя по взгляду Ильи Федоровича, он нам не поверил ни на секунду. Тяжело вздохнул, покачал удрученно головой и закрыл за собой дверь.

Я уселась на стул и уставилась на Игоря горящим взором. Он старательно делал вид, что взгляда моего не видит, и с повышенным интересом скреб деревянной ложкой по дну казана, перемешивая жарившееся мясо. Не вытерпев такого невнимания, я грозно спросила:

– Ну…? И что ты думаешь по поводу всего этого?

Он тяжело вздохнул, убавил огонь на плите до минимума, накрыл казан крышкой, и уже только после этого обернулся ко мне.

– Ничего не думаю… – голос был сердитый. – Сейчас если куда-нибудь полезем, обязательно наткнемся на милицию. А нам оно надо? Поэтому будем пока сидеть тихо. Опять же, надо хорошенько узнать все об этом Юдине. Кто такой, откуда взялся. Думаю, на этой дорожке с милицией мы пока не встретимся.

Выслушав внимательно друга, я была вынуждена с ним согласиться. Мы продолжили дальнейший процесс приготовления плова. Точнее, его продолжил Игорь. А я сидела рядом, грызла кусок зеленого болгарского перца и рассуждала вслух.

– Не думаю, чтобы этот самый Юдин был заинтересован в том, что случилось с Сергеичем. Он же не совсем дурак, я надеюсь. Мужики без денег работать не будут, значит, стройка остановится. Да и без прораба это дело весьма сложное. Особенно без такого, как наш Сергеич. Он же всю округу знает. Кто и чем живет, кто и что может. И его все знают. Нет… Ему такое делать совсем без надобности, если только он не последний идиот. Но, думается мне, человек, который сумел организовать бизнес и накопить денег для покупки здесь земли и строительства, не может быть идиотом по определению. Сволочью может быть, как, впрочем, и любой другой обычный человек, а идиотом – это вряд ли.

Игорь молча выслушал мои рассуждения и что-то невнятно промычал. Я решила, что этим он выразил согласие с моими мыслями, и принялась дальше раскручивать логическую цепочку.

– Врагов, чтобы таких ярых, способных на такое, у Сергеича, насколько я знаю, в округе не имеется. А теперь смотри, что получается. То, что он должен получать деньги в этот день у Юдина, знали мужики из бригады. Но я не представляю, чтобы кто-то из них мог такое сотворить. Я поработала немного с ними и немного их узнала. Нет, это я отметаю сразу. Но об этом, наверняка, знали и люди из окружения Юдина. Но туда нам дороги нет. Там пускай копает Степанов. У него и опыт, и возможности, и все полномочия для этого. Но у меня вопрос. А где машина Сергеича? Представить, что кто-то соблазнился его потрепанными «Жигулями», на это моей фантазии не хватает. Да и думаю, что сумма аванса не такая уж и огромная была, чтобы кто-то из серьезных людей соблазнился.

Игорь задумчиво проговорил:

– А с чего ты взяла, что тот, кто Сергеича по голове приласкал, серьезный человек?

Подобного вопроса я от него ждала и, довольно хмыкнув, проговорила.

– Одно дело мужика по башке шваркнуть и деньги забрать. Но совсем другое – применение этих самых барбитуратов, чтобы им провалиться! Зачем такие сложности? И почему его просто не убить (тьфу-тьфу-тьфу, я постучала костяшками пальцев по деревянному столу)? Я, конечно, не желаю этого никому, особенно нашему Сергеичу, но согласись, было бы намного проще. А его не просто шваркнули по голове, его еще не поленились и под вагончик мужикам подсунуть, чтобы обнаружили быстро. – Я замолчала, задумавшись. От всех этих мыслей у меня уже мозги закипали.

А потом я никак не могла отделаться от мысли, что это может быть связано с той тайной, в которую мы с Игорем влезли в наше прошлое приключение. Хотя связать все это пока не могла. Ума не хватало. Но оставалась еще моя интуиция, которой я доверяла безоговорочно.

Глава 4

Плов получился отменный. Мы с Игорем пообедали, попили чая, и он заторопился к себе домой. Потому что нужные контакты и связи у него были записаны по старинке в блокнот, а вовсе не в электронную память телефона, которому он не доверял до конца. Он собирался выяснить об этом загадочном Юдине все, что только возможно. На его предложение пойти вместе с ним я отказалась. Нужно было привести в порядок кухню. После приготовления плова Игорем там как будто пробежалась конница Мамая. А потом я решила поставить сегодня тесто, вечером напечь пирогов, а завтра с утра проведать Сергеича в больнице. Память у него отшибло, но я надеялась, что аппетит он сохранил невредимым. Мы расстались с Игорем на пороге, и он пообещал мне, что как только… так он сразу даст мне знать. На том и распрощались.

Я, засучив рукава, принялась за работу. К концу дня я так разошлась, что незаметно для себя самой выдраила весь корабль. Пироги стояли в духовке и издавали невозможно одуряющий аромат печева. Но за всеми этими делами меня не покидала одна и та же мысль. Надо встретиться с Хранителями и обо всем им рассказать. Может, это и не имеет никакого отношения к той тайне, которую они хранят, но, как говорится, береженого Бог бережет. (Подробнее читайте в книге первой «Ловушка на тайну»)

Вытащив пироги из духовки и накрыв их чистым льняным полотенцем, я собралась посетить конюшню. Именно там обитали известные мне Хранители: Виктор, работающий конюхом, и его отец Федор, который считался у всей округи немым. Но на самом деле немым вовсе не был и говорил бойчее, чем многие из тех, кто считал его немым. Эту тайну и тайну подземелий, в которых хранились старинные книги, содержащие всю древнюю историю нашей земли и предков, мы поклялись с Игорем хранить ценой своих жизней. И сейчас, когда такое произошло с нашим другом Сергеем Сергеевичем, я, как та пуганная ворона, которая и от куста шарахается, почитала своим долгом обо всем рассказать Хранителям. Мало ли… В общем, собрав в небольшую корзинку горячих пирожков, я собралась отправиться на конюшню. Игорю я о своих мыслях ничего не сказала. Да, собственно, и говорить было особо не о чем. Только одна интуиция и была. А ее, как известно, к делу не пришьешь. Поэтому я решила, что вполне могу проведать Федора с Виктором одна. Опять же, старика пирогами побалую. Машину решила не брать. Во-первых, дорога на конюшню проходила недалеко от дома Игоря, и он сразу меня засечет. А во-вторых, не хотелось мне мою машину гонять по раскисшей грязной дороге, да еще и в горку. Решила, что мне будет полезно прогуляться пешком. Расстояние было небольшим, всего километра три-четыре. Правда, погода совсем не была весенней, несмотря на начало апреля. Мокрые серые облака плыли низко над землей, цепляясь за вершины гор, одетых в ледниковые шапки. С реки веяло холодом. Даже птицы не пели, а сидели, нахохлившись на ветках, будто в ожидании какого-то сюрприза от капризной погоды. Но я решила, что прогулка на свежем воздухе должна поспособствовать моему мыслительному процессу.

Я уже собиралась открыть дверь, когда зазвонил мой телефон. Я достала его из кармана куртки и глянула на дисплей. Так и есть, Игорь. Наверное, это судьба. Я нажала на кнопку ответа. Из трубки послышался возбужденный и какой-то, я бы даже сказала, веселый голос моего друга. Не иначе, чего-то нарыл. Я навострила уши.

– Ты чем сейчас занимаешься? – спросил мой друг, как видно, пытаясь соблюсти светский этикет.