Ирина Енц – Путь Велеса. Книга третья из цикла «Пределы» (страница 13)

Марат, коротко поздоровавшись, молча достал из кармана связку ключей и положил их на край стола. Сделал шаг назад и застыл в почтительной позе, чуть склонив голову, как и следовало прилежному ученику. Улыбка сползла с лица старика. Как ни странно, он, вероятно, ожидал от Марата более тёплой встречи. Чуть нахмурившись, Иршад проговорил недовольным голосом:

– Почему ты не открыл тот самый шкаф? Ключ у тебя был…

Марат, подняв голову и глядя прямо в холодные глаза, просто ответил:

– Посчитал, что я ещё не готов постичь то, что там сокрыто.

Иршад вскинул в притворном удивлении брови.

– Неужели тебе не было любопытно? Ты не испытывал соблазна?

Юноша усмехнулся, чуть приподняв краешки губ.

– Любопытство – не самая сильная моя сторона.

Иршад сделал стремительно несколько шагов к нему и, пристально глядя в его глаза, тихо спросил:

– А какая сторона у тебя самая сильная?

От этого тихого голоса, очень напоминающего шипение той проклятущей рептилии, у Марата холодные мурашки хлынули за шиворот. Захотелось отступить, чтобы быть как можно дальше от этих, проникающих в самую душу, пустых прозрачных глаз. Но он сдержался. Ответил так же тихо, с прежней едва заметной усмешкой:

– Терпение…

В комнате повисла пауза. В этой тишине слышно было только биение его сердца. Иршад ещё немного побуравил его взглядом, а потом губы вновь растянулись в подобие улыбки. Он промурлыкал, будто сытый кот:

– Хорошее качество… Полезное. Думаю, из тебя выйдет толк.

Он развернулся и подошёл к столу, несколько мгновений смотрел на связку ключей, а потом одним быстрым движением спрятал их в карман. Не поворачиваясь, проговорил с некоторой долей изумления:

– А знаешь, ты первый за всё время, кому удалось устоять от соблазна заглянуть в тот шкаф.

Это прозвучало как завуалированная похвала. Но Марат особо не впечатлился, понимая, что всё это лишь игра, прелюдия перед чем-то более важным. Иршад повернулся к нему и сделал приглашающий жест, указав на один из стульев. Сам прошёл к своему креслу, налил из стоявшего на столе кувшина в два стакана напиток рубинового цвета. Один стакан пододвинул к своему гостю, предложив:

– Выпей… Это особый настой. Его делают специально только для меня нойды с севера. Он бодрит и просветляет ум. Перед нашим разговором это будет полезно.

Марат послушно взял стакан и пригубил. Напиток был превосходным и по вкусу напоминал клюквенный сок с мёдом. Он сделал ещё пару глотков и сел на стул, внимательно глядя на хозяина комнаты. Иршад говорить не торопился, тянул время. Сложил руки перед собой на столе и внимательно рассматривал свои пальцы, словно искал в рисунке на коже ответы на какие-то свои вопросы. Спустя несколько минут он поднял взгляд на юношу и проговорил устало:

– Запомни, мой мальчик: сила – это власть, а власть – это всегда одиночество. Учись быть одиноким, потому что я чувствую в тебе силу. Она не такого рода, как, скажем, моя. И пока весь твой потенциал сокрыт ото всех. И даже ты сам ещё не ведаешь, на что способен. Но то, что это что-то необыкновенное – я уверен.

Потом, залпом осушив свой стакан, проговорил сухо, совсем другим голосом:

– У меня для тебя будет задание. Очень важное и ответственное.

Марат затаил дыхание. Что ещё ему приготовил этот старик, вызывающий у него странное, двоякое чувство? Иршад продолжил монотонным голосом, глядя прямо перед собой невидящим взглядом:

– Ты должен будешь наблюдать за одним человеком. Это девушка.

Едва заметным движением, будто фокусник, он достал из нагрудного кармана фотографию и кинул её через стол юноше. Марат поймал кусок плотной бумаги и стал его разглядывать. Немного вьющиеся волосы ровными локонами падали на плечи, открытый взгляд тёмных глаз смотрел на кого-то, кого не было видно на этом фото, упрямо сжатые губы, брови плавными дугами чуть приподняты, словно девушка чему-то удивлялась. Обычная девушка, каких Марат встречал много. Но вот разве что взгляд… Он не успел додумать, что особенного в её взгляде, потому что Иршад продолжил:

– Ты должен стать её тенью. Но она не должна тебя заметить. Мне нужно знать всё о ней: как учится, с кем дружит, кого любит, чем увлекается, что нравится из еды, одежды, какие фильмы любит смотреть. В общем – всё, что можно узнать о человеке в нашем мире. Докладывать будешь каждую неделю. Я буду мысленно связываться с тобой… – Он усмехнулся и добавил: – Средствам связи, созданным людьми, я не доверяю.

Глава 6

Юрка дернулся всем телом, стараясь выскользнуть из сильного захвата. И тут же в самое ухо ему прошептали:

– Тихо. Заметят.

Он замер, тем самым давая понять, что понял. Захват ослаб, и он резко оглянулся. В сгустившихся сумерках было трудно разглядеть человека, который застыл позади них. Но он его сразу узнал по дурацкому хвостику, торчавшему на затылке. Что за блажь – мужику отращивать волосы, да ещё хвостик завязывать, как у девчонки?!

Татьяна, как ни странно, вела себя намного спокойнее. Не визжала, не пищала, не таращилась испуганно на человека, который, не обращая уже внимания на них, пристально смотрел на дорогу. Просто замерла неподвижно, словно птичка, заметившая в небе ястреба.

А человек прошептал едва слышно, непонятное:

– Ну, старый козёл! Никак не уймётся! – И потом, обращаясь к ребятам: – Тихо, за мной! – И тут же стал отползать назад, в самую гущу молодых елей.

Уже через минуту они промокли до нитки. Холодные капли с хвои сыпались на них со всех сторон, заставляя тело подрагивать от ледяного прикосновения. Сгущающиеся фиолетово-черные сумерки были для них хорошим прикрытием. Юрка, было, хотел задать вопрос – что этот тип тут делает и как он, вообще, их нашёл, – но, будто почувствовав это, парень обернулся и прижал указательный палец к губам, мол, тихо.

Юрик покосился на подругу. Татьяна, сосредоточенно нахмурившись, старательно обходила очередное колючее препятствие и, кажется, не испытывала ни малейшего сомнения по поводу того, что они идут непонятно за кем и непонятно куда.

Так они пробирались по тёмному лесу ещё минут тридцать. Юрка только диву давался, как этот «хвостатый» не разбил до сих пор себе лоб об очередной ствол дерева и не переломал ноги на выступающих камнях и глубоких рытвинах, которых здесь было в достатке.

Тяжело дыша, они остановились на небольшой прогалине. Наклонившись вперёд, уперев руки в колени, Юрка прохрипел:

– Ну, и откуда ты тут взялся?

Парень в ответ только усмехнулся, оставив вопрос без ответа. «Догадайся, мол, сама», – что называется.

Юрик начал злиться. Распрямившись, он поддёрнул лямки рюкзака на плечах и собрался уже высказать, что он думает о «хвостатых» парнях, которые мнят о себе бог знает что. Но тут встряла Татьяна. Не обращая внимания на сердитый вид друга, всё ещё тяжело дыша, она спросила:

– Кто эти, там, на дороге? И чего им от нас надо?

Юрик поразился (в очередной раз) способностям подруги сразу улавливать самую суть происходящего. Ей всё равно было, откуда тут взялся этот парень. Её прагматичный мозг сразу выцепил главное: опасность исходила от тех, на дороге. Значит, нужно выяснить источник этой самой опасности, а всё остальное, менее важное, можно и «на потом» отложить.

Судя по всему, парень был того же мнения о девушке, что и Юрик, потому что ответил ей:

– Это люди Акки. Для чего ему нужны вы – я пока не знаю. Но скоро и это прояснится. А пока ступайте за мной, и как можно тише. Те, на дороге, скорее всего, в лес не сунутся, но кто их знает. Акка, хоть и урод, но шаманскими штучками владеет неплохо. Но, к счастью, его там с ними не было. Иначе так просто нам уйти бы не удалось.

И, не говоря больше ни слова, он развернулся и скользнул под полог леса.

Юрка только диву давался, как это ловко у него получается – да ещё почти в кромешной темноте. Конечно, Юрик и сам был не промах, и много на что был способен, но так ходить по лесу он всё же не умел. Вот Нюська – та могла.

При воспоминании о пропавшей подруге он тяжело вздохнул. Ему почему-то на мгновение показалось, что пропавшая подруга сейчас с укоризной смотрит на него. Какая-то смертная тоска вдруг навалилась на Юрика, сдавливая горло тяжёлым спазмом.

Татьяна осторожно тронула его за плечо и участливо спросила:

– Юрик, ты как? Что-то болит?

Юрка чуть не разревелся от досады. Они что, все…?! За кого его принимают?! За «маменькиного сыночка»?! Ну, этот, с хвостом, ещё ладно! Но Татьяна-то куда?!

Сжав челюсти, он с трудом выдавил из себя:

– Всё нормально. Нюську вспомнил… Она по лесу гонзать была мастерица, ничуть не хуже этого, как там его…

Татьяна услужливо подсказала:

– Кажется, его зовут Марат. Он друг Сурмы…

Юрка фыркнул:

– Ну да, «друг»… А заодно и друг Иршада, если помнишь. И нашим, и вашим. Разведчик, блин!

Он бы даже самому себе не смог сейчас объяснить, чего он взъелся на этого парня. Ведь, если разобраться, он их спас от тех, что на дороге. Угу… Спас… Ещё нужно разобраться, от чего и от кого он их спас.

Но, как бы он ни сердился, приходилось признать, что Марат появился очень своевременно. От тех, что устроили завал на дороге (а в том, что этот завал был подстроен, Юрик не сомневался), он всей кожей ощущал исходящую опасность. Она словно густое туманное облако расползалась по дороге там, перед автобусом.