Ирина Эльба – Ведьмина тайна (страница 25)
– Хорошо, больше не буду скрываться, – прошептал он прямо в губы.
А я с трудом уловила смысл его слов. Голова снова закружилась, но теперь от сладкого, тягучего поцелуя. Казалось, что от переполнявших чувств на кончиках пальцев заискрит магия. Но по мере того, как меня накрывало понимание, глаза от удивления и возмущения становились похожими на блюдца. Князь только усмехнулся и, не дав мне сказать ни слова, вновь поцеловал. На этот раз страстно и горячо, сжимая так крепко, что перехватывало дыхание.
От такого напора все мое возмущение, как и вопросы, смыло волной возбуждения. Яромир был то нежен до умопомрачения, то обжигающе горяч. Сладкая боль от его укусов заставляла впиваться ногтями в спину, сторицей возвращая ощущения. В какой-то момент мне показалось, что вместо нежнейшего шелка сорочки на мне мешковина – настолько чувствительной стала кожа. Но сорвать одежду Яр не позволил, перехватив мои руки. Раздеть меня он хотел сам.
Раньше наши встречи проходили в полной темноте, и теперь я понимала его желание смотреть… видеть… ласкать не только руками, но и взглядом. Я боялась даже на миг смежить веки. Читать желание в темном омуте его глаз, видеть восторг, восхищение – это было отдельное наслаждение. Когда он встал на колени, расположив ноги по обе стороны от моих бедер, я замерла. Светлый мир… Даже несмотря на цвет волос, он действительно был светлым, сияющим, как солнышко. Его невозможно было не любить.
В невероятных мерцающих глазах появились бесенята. Князь явно что-то задумал. Он свел ладони вместе и чуть слышно зашептал. Затем не спеша начал разводить руки в стороны, а между ними появился радужный полупрозрачный шар, вращающийся в разные стороны. Когда Яромир закончил шептать, он подбросил шар к потолку. По комнате разлилась тихая проникновенная мелодия. После этого Яр потянулся к верхней пуговице на своей рубашке и расстегнул ее. Его пальцы медленно спустились к следующей. Все это он делал, пристально глядя мне в глаза. При виде раздевающегося под красивую музыку любимого мужчины у меня во рту пересохло. Я непроизвольно облизала губы, и это не укрылось от моего соблазнителя. Отбросив рубашку в сторону, он взялся за ремень брюк. Я сжала пальцами простыню, пытаясь сдержать рвущееся наружу желание. Низ живота предвкушающе заныл. Яромир наклонился и поцеловал меня, при этом одна его рука накрыла лоно, и я не сдержала стона. Бедра непроизвольно сжались в попытке удержать, продлить мучительную пытку. Но не тут-то было.
Яр взялся руками за низ моей сорочки и неспешно потянул ее наверх, а его губы коснулись живота. Я вздрогнула от этого мимолетного касания – словно бабочки вспорхнули и перелетели с одного места на другое, потом выше, и еще… Руки поднимали шелковую ткань, оголяя кожу, и губы следовали за ними. Я непроизвольно выгнулась.
– Яроми-и-ир! – простонала я, когда его рот захватил в плен горошину соска.
Мольбы о помощи были проигнорированы: оставив в покое одну грудь, князь переключился на другую. Его руки в это время продолжали путешествие по моему телу, скользя, оглаживая, сжимая так, что хотелось остановить мгновение, в надежде продлить удовольствие… или пытку?
Вывернувшись, я обняла Яра ногами за талию. Довольный рык был мне наградой. Больше не медля ни минуты, он вошел в меня, и мир перестал существовать. Остались только я и он, сошедшиеся в вечном танце влюбленных.
* * *
Попав в пелену тумана, мы на какое-то время в нем зависли. Наум сумел перехватить меня так, что теперь я не висела пыльным мешком у него на плече, а благородно возлежала на руках. Но менее странно от этого не стало. Я не заметила, как крепко обняла богатыря за шею и зажмурилась. Не знаю, сколько времени мы так провисели, прежде чем внезапно полетели вниз после яркой вспышки. Я закричала, но Наума не выпустила. Так мы и упали в воду – сначала он, а затем я.
Эх, когда же я научусь держать рот закрытым? Теперь в него залилась вода, вызвав противное жжение в груди. Если бы не общие навыки по выживанию, пошла бы камнем на дно, на радость русалкам.
На поверхность мы с Наумом вынырнули одновременно.
– Так вот о каком свидании ты мечтал?! Утопить меня хотел?! – Я в сердцах хлопнула ладонью по зеркальной глади, отражающей солнечных зайчиков.
– Если бы хотел тебя утопить, сделал бы это давным-давно! – Богатырь тоже начал заводиться.
Неожиданно он развернулся и поплыл к берегу, сильными гребками рассекая воду. Я тоже отлично плавала, поэтому настроилась догнать и перегнать этого позера. Но не тут-то было. Длинная юбка облепила ноги, мешая плыть. Я фактически барахталась на месте. Что ж за день такой…
– Помочь? – раздался за спиной обволакивающий низкий мужской голос.
Я попыталась обернуться, но тут же ушла под воду. Еще не успела ничего предпринять, как на талию легли крепкие ладони и вытянули меня наверх.
– Енисей, – пробормотала я, стоило отплеваться и рассмотреть наглеца. – Ты что со спины подкрадываешься? Знаешь ведь, что и вдарить могу.
– Так что, помочь? – проигнорировал мои слова хозяин озера, больше похожий на водяного, чем на фараона*.
Его большие студенистые глаза слегка фосфоресцировали, и это завораживало. Собственно, так он и привлекал новых жертв в свои владения – зачаровывал.
– Тебе помочь? – будто эхом донесся тот же вопрос, но теперь со спины. – Ни на минуту нельзя оставить одну!
Не дожидаясь ответа, Наум закинул меня на загривок и поплыл обратно к берегу. По тихому плеску за спиной я поняла, что Енисей решил не вмешиваться и оставил нас. Было что-то умиротворяющее в том, чтобы плыть на спине любимого мужчины… Как ни боялась я признаться самой себе, но Наум стал для меня тем самым – неповторимым, незаменимым, незабываемым. Сплошные «не», а я так хотела сказать ему «да».
– На мне проклятие лежит… Смертельное.
Зачем я это сказала, сама толком не поняла, но вдруг почувствовала, что устала, что не хочу больше ничего от него скрывать. Будь что будет. Отвернется – значит, судьба такая, но самой снова оттолкнуть или уйти сил не было. О том, что мои слова достигли сознания богатыря, я догадалась, когда мы внезапно нырнули под воду.
– Марья, ты б хоть дождалась, пока до берега доплывем! – отплевываясь, возмутился Наум, как только мы вынырнули. – Не испугалась? Вот и славно.
Не произнося больше ни слова, богатырь вновь забросил меня себе за спину и поплыл. На берег он выползал, тяжело дыша. Да-а-а… далековато нас выкинула магия, но хотя бы озеро оказалось родное, любимое – на котором стоял «Клевер».
– Почему ты сразу не сказала?
Мы лежали на траве и сушились на солнце. Я подползла под бок Наума и затихла, впервые за долгое время почувствовав умиротворение.
– Не знаю… Испугалась. Мы тогда были на задании, и мне это проклятие случайно прилетело. Яр потом говорил, что я должна была сразу погибнуть, но я потеряла сознание, и брат сумел скорректировать нити судьбы, отсрочив приговор.
– И… сколько тебе осталось? – сиплым, едва слышным голосом спросил любимый и крепко прижал меня к себе.
– Не знаю… Не очень много. Ночные приступы становятся все сильнее и дольше, а это не очень хороший признак.
– И напоследок ты решила поиздеваться над мужиками? К чему это все? Этот отбор?
Я не выдержала и рассмеялась. Перевернулась на бок, чтобы заглянуть Науму в лицо.
– Недавно мы узнали, что проклятие можно снять…
– И ты молчала?! – возмутился богатырь, подскакивая на ноги.
Непонятно, как так вышло, но я вновь была у него на руках.
– Рассказывай, как и что нужно делать.
Ответить я не успела – поднялся ветер, загромыхало небо, и непонятно откуда прибежала толпа народа.
– Вот он где! Мы тут с ног сбились, чуть об защиту не размазались при переходе, а он девицу уворовал и счастлив!
Какая-то блондинка в окружении самых знаменитых сватов открытых миров двигалась в нашу сторону.
– Как вы меня достали! – прорычал Наум над ухом, чуть не оглушив.
– Наум, глупо бегать от своей судьбы, а от братьев Потаповых – и подавно!
– Мне такая судьба не нужна. Я сам решу, чего… и кого хочу.
– После того как ты заставил нас за собой побегать, даже не надейся сам что-нибудь решить! – возмутился Дарий Потапов.
Именно он приезжал к Яру на переговоры, поэтому его я знала по имени.
– Точно-точно, легко ты теперь не отделаешься! – засмеялся еще один из сватов. – Жить будешь долго, но не счастливо.
Я почувствовала, что Наум начал пятиться обратно к воде, при этом не выпуская меня из рук.
– Эй, медведи, хорош клиента запугивать, – усмехнулась блондинка, а я вспомнила, что это Маша – жена Дария, – а то придется их из воды вытаскивать.
Маша Потапова смотрела на нас с каким-то хитрым прищуром, и я поняла, что тут надо разбираться, а не сбегать. Но не успела я Науму и слова сказать, как от блондинки опять донеслось:
– Я вам всегда говорила: сердце само свою половинку чувствует, недаром он сейчас ее так крепко к себе прижимает!
– Э-э-э, не понял, – заинтересовался Наум разговором незваных гостей.
– Что тут непонятного… Бери свою суженую, и давайте уже поговорим в более приятной обстановке. Я устала и хочу есть!
_______________________________
*