Ирина Эльба – Нежданный фамильяр для бедовой ведьмочки (страница 27)

— Вы решились помочь совершенно незнакомой ведьмочке. И не одной. Помогаете инквизиторам бороться с тварями. Разбираетесь с зарвавшимися ведьмами. Не каждый готов на такое. 

— Для меня слово честь — не пустой звук. А то, что творит Кристиан и Черная — бесчестие для всех народов. Я не могу остаться в стороне. Воспитание не позволяет. 

— Уверена, из вас бы вышел хороший князь. 

— Упаси бездна от такого счастья! — передернул плечами Сархай. — Я не для того сбегал из дворца! 

— Не поняла, — пробормотала удивленно, косясь на наставника. 

— Не обращай внимания, — отмахнулся василиск, но я уже обратила. 

Обратила, задумалась, зависла. Попыталась сформулировать вопрос, но мысли путались. В итоге выдала, как есть: 

— Вы что, князь?   

Глава 16

— Не-а, — отмахнулся мужчина, и я даже как-то расслабилась. — Всего лишь претендент на княжеский титул.

— Ой… А я вас нагло вызвала. Интересно, что в законах говорится про покушение на жизнь и здоровье престолонаследников?

— Напомни, когда это ты покушалась?

— На здоровье — когда заставила ходить босиком по ледяному полу в замке. На жизнь — там же, чуть не подставив перед директрисой. Вот… бездна!

— Так, федьмочка, не ругайся.

— Федьмочка?

— Решил скрестить фею и ведьмочку. Зато никто не поймет, в чем прикол. Будут думать, что у меня дефекты речи, — хмыкнул василиск. — Что касается покушения: мы вроде уже обсуждали, что нас не так-то просто убить.

— Не просто, но реально, — я снова покосилась на яркий горошек, украшающий тело мужчины, и провела кончиками пальцев по ближайшей отметине.

От моего прикосновения мужчина вздрогнул и мягко перехватил пальчики, отстраняя.

— Болит, да? — спросила обеспокоенно.

— Побаливает. Но не раны, — с иронией отозвался наставник, вызывая волну недоумения.

Вот умеет он говорить загадками. Хотя и Сорель такой же. Сразу видно — родственники! Ой…

— А Сорель — он…

— А вот он как раз прямой наследник. Старший сын нынешнего князя.

— Василискам хана, — слова вырвались против воли, и я тут же смущенно зажала рот ладошкой.

—  Да ладно, он еще молодой. Нагуляется и успокоится. Всем свойственно в молодости совершать ошибки, но не все готовы их исправить. Это как раз и определяет характер.

— А если ошибки исправляются за чужой счет?

— Но он же смог найти «исправителей» и привлечь их к делу?

— Не поспоришь, — фыркнула я, и снова уделила внимание морю и закату.

Здесь он казался сказочным. Водная гладь превратилась в зеркальную поверхность, смешивая верх и низ. Исчезли границы горизонта, и мир превратился в одну бесконечность, уходящую далеко-далеко, прямо к звездам. Розовые и золотые краски окончательно смешались, окрашивая реальность в неожиданные цвета и добавляя волшебства. Кое-где еще виднелись кусочки голубого неба, лишь добавляя яркости невероятным оттенкам угасающего дня.

— Спасибо, — произнесла тихо, чтобы не разрушать такой момент.

— За что?

— За все. За этот невероятный вид. За возможность узнать чуточку больше о себе. За вашу заботу. Действительно за все.

— В жизни каждой ведьмочки должна быть добрая фея-крестная, как из сказок, — с улыбкой отозвался Сархай, а затем задумчиво дополнил мысль: — Даже если сама ведьмочка — фея, а вместо доброй феи — василиск!

— А что — хорошая мысль! Каждой ведьмочке по василиску! — рассмеялась я.

— Что-то в этом определенно есть…

16.1

У моря мы провели две замечательные недели. Оказалось, у Сархая здесь имелся свой домик! Утром мы купались и загорали на пляже, днем василиск честно исполнял роль наставника, а вечером мы купались в водопаде, обогащенном какими-то магическими частицами. Правда, иногда мужчине приходилось отлучаться, а тогда меня учила госпожа Сияна. Сархай не говорил, куда уходит, но я догадывалась — решал вопросы с инквизиторами и ведьмочками. Я переживала и пыталась хоть что-то разузнать, но коварный василиск неизменно переводил тему и увлекал каким-нибудь новым алхимическим опытом.

Кому жилось хорошо, привольно, а главное — сытно, так что фамильярам. Госпожа Сияна прониклась глубокой симпатией к обоим и закармливала мелких до состояния надутых шариков. Шалунь уверенно рос вширь, отъедаясь за прошедшие десятилетия, демонстрируя увесистость попы.

— Хозяйка, чего нос повесила? — спросил он, когда я в очередной раз сидела одна в ожидании возвращения Сархая. — Пошли воровать бананы с пальмы?

— Зачем? Они же зеленые. Сходи к местным, они тебе спелых и так дадут.

— Ой, не, это скучно. А мне хочется драйва, веселья. Хорошо, не хочешь бананы, давай сбивать кокосы? Можем потырить ананасы.

— Йоптель, ты меня пугаешь! Не замечала раньше за тобой преступных наклонностей.

— Раньше мне не было скучно. Я везде ходил за бывшим хозяином и вместе с ним влипал в истории. А сейчас…

— Так иди, — оживилась я. — Заодно потом расскажешь, где был и что видел!

— Не выйдет. Бывший хозяин запретил тебя оставлять и шпионить за ним. Вот и сидим, скучаем. Хозяйка-а-а, пошли на дело! Хотя бы пирожки у госпожи Сияны стащим!

Шалунь радостно закивал, смешно подпрыгивая от нетерпения. И я почти согласилась, когда дверь в дом открылось и вошел Сархай. С одной стороны такой же как и всегда, но… что-то было не так. Даже не знаю, что именно меня насторожило. Вроде все как всегда, но… Что-то определенно изменилось.

— Добрый день… — поздоровалась осторожно, вглядываясь в мужское лицо.

— Очень доброе, федьмочка! — широко улыбнулся он.

— Случилось что-то хорошее?

— Невероятное! — улыбнулся василиск, а затем подхватил меня подмышки и закружил по комнате. — Это лучший день в моей жизни!

— Рада за вас, — икнула испуганно и взмолилась: — Только поставьте на пол, а то меня укачивает.

— Прости, — без капли раскаяния отозвался Сархай.

— Так что случилось?

— Ты даже представить себе не можешь, как я счастлив! Столько лет ждал этого дня и вот он!

— И-и-и?

— Я встретил ЕЁ!

— Кого?

— Свою единственную!

Кажется, где-то что-то упало. А нет, не кажется. Рядом на попу рухнули сразу двое: Йоптель и Шалунь. Я тоже хотела к ним присоединиться, но усилием воли удержала себя на ногах. В груди разрастался противный холод, постепенно расползаясь по всему телу. Зато глазам, наоборот, было слишком горячо.

— Поздравляю, — произнесла крайне неискренне, но василиск этого даже не заметил. — И кто она?

— О-о-о, вы знакомы. Это твоя бывшая директриса — Иветта Черная.

Бух! Теперь на полу сидели трое ­— два фамильяра и крайне шокированная федьмочка. Вот к ТАКОМУ жизнь меня действительно не готовила!

— Знаешь, чего я не понимаю? — словно не замечая направленных на себя шокированных взглядов, продолжал говорить василиск. — Почему не обращал на нее внимания раньше? Она ведь такая… такая…

— …не единожды уроненная метлой, — пробурчал Йоптель, складывая лапки на груди.

— … невероятная! Красивая, как сама ночь. Умная, как энциклопедический справочник. Горячая, как раскаленное железо!