Ирина Дынина – Зло многоликое (страница 11)

Они мирно дочитали сказку о гадком утенке, затем Вовку поцеловали на ночь и пожелали спокойных снов, затем выключили свет, и бабушка отправилась к себе.

И, пришло это..

Пришло зло и напало на них в темноте.

Нечто ужасное и жестокое схватило мальчишку за шиворот и не обращая внимания на пронзительные вопли мальчугана, потащило прочь, в комнату бабушки, а там, бросив на пол, точно ненужную тряпку, накинулось на перепуганную Марию Сергеевну, которая только-только начала вставать с постели, разбуженная криками внука.

Не смотря на свое больное сердце, бабушка сражалась, как лев, отбиваясь от волосатого существа, которое, каким-то, совершенно мистическим образом, проникло через запертую дверь в квартиру.

У существа были длинные, узловатые руки, пальцы-клешни, жесткие и невероятно сильные. Этими самыми клешнями существо вдавило женщину в подушку и уверенно душило, злобно сверкая желтыми, огромными, словно плошка, глазами.

Теща хрипела. Это были предсмертные хрипы перебитой гортани, но Пашка так и не понял этого.

Внезапно, туча закрыла луну и в комнате стало темно.

Пашка заорал, в ответ, заорал, заплакал Вовка, заскулил, словно брошенный в непогоду щенок.

– Мария Сергеевна, – закричал Павел, выхватывая из кармана зажигалку и пытаясь рассмотреть нападавшего в ее неверном свете – отзовитесь. Это я, Павел!

– Х-хозяиннн… – неожиданно раздалось из темноты и Павел, подняв зажигалку повыше, отшатнулся в сторону, пытаясь увернуться от чьих-то длинных рук с растопыренными пальцами, которые, о, ужас, заканчивались черными, очень острыми когтями. – Приш-ш-шел, хоз-зяин!

Но Пашка не хотел быть ничьим хозяином. В этот жуткий миг он совершенно позабыл о том, что притащил в квартиру тещи старый башмак, в который, по уверению Тамары, должна была вселиться сущность, способная выжить упрямую тёщу из трехкомнатной квартиры.

Но и в страшном сне не могло привидеться парню, что эта самая сущность нападет на старую женщину и на ее малолетнего внука.

Подобная дичь не укладывалась в голове, а лохматая тварь, сверкая влажными, умопомрачительно острыми клыками, надвигалась на Павла из темноты и вкрадчиво шептала:

– Хозяин-н-н… приш-шел!

Зажигалка полетела прочь, выбитая сильной лапой этого самого существа, которое, по всей видимости, боялось огня. Она упала на кровать, прямо на женщину, к этому времени уже переставшую хрипеть и затихшую. Огонь попал на гусиный пух, выпавший из разорванной подушки, мгновенно занялся, разгорелся и пополз дальше, по простыням, по рубашке, перепрыгивая на ковер, а затем и на шторы.

Лохматое существо взвыло и зверски оскалилось, надвигаясь на Павла.

– Хозз-яин-н-н! – вопило существо. – Огонь! Убить!

И прыгнуло прямо на остолбеневшего Пашку, который, опомнившись, задыхаясь от едкого дыма, подхватив на руки сына, пытался пробиться к выходу.

Но, не тут-то было.

Длинная, когтистая лапа неведомого чудовища схватила Павла за ворот рубашки и притянула к себе. Над самым ухом клацнули острые зубы, отхватив прядь волос и кусок кожи. Стало горячо и больно, по лицу потекла теплая струйка кожи, а существо, не отставая, второй лапой вцепилось в волосы и потянуло, сдирая их с головы мужчины, вместе с кожей.

Из последних сил Павел толкнул сына вперед и закричал Вовке:

– Беги! Беги прочь сынок!

Существо, а это и был домовой, одичавший, обезумевший от одиночества, темный и полный к ненависти ко всему живущему, зарычал и вцепился клыками в теплое, живое тело человека, который принес его в этот дом, обнадежил и предал, отдав новое жилище ненавистному огню.

Теперь предателю предстояло заплатить за содеянное. Одичавший домовой, вкусив крови, не собирался никого щадить.

– Убить! – завыло существо, подтягивая к зубастому рту орущую от ужаса, жертву. – Убит-т-ть!

Маленького Вовку буквально вышвырнула из страшной квартиры сильная отцовская рука. Мальчишка ревел в голос, подвывая от страха, а дом уже просыпался.

Пожар в квартире Марии Сергеевны усилился, по подъезду распространился запах гари, пополз темный, вонючий дым.

– Что случилось? – двери напротив распахнулись, из них высунулась растрепанная молодая женщина в одном халате и домашних тапочках. Она, сразу же заметила Вовку и унюхала дым.

– Матвей, хватай детей и документы! – закричала она дурным голосом, обращаясь к кому-то из своих домочадцев. – Горим! Пожар! Спасайтесь! – и, не возвращаясь в квартиру, сцапала за шиворот плачущего соседского мальчика. – Пойдешь с нами. Не убегай, сгоришь!

– Папа! Папа! – рыдал Вовка в голос. – Там папа, бабушка и чудовище!

Но женщина уже ничего не слышала – она громко кричала и тарабанила в соседские двери, поднимая людей с постели и приказывая им покинуть дом. Вовку она крепко держала за руку, словно опасаясь, что мальчик попытается вырваться и броситься в огонь.

Двери в жилище Марии Сергеевны она захлопнула, надеясь на то, что огонь удастся локализовать в пределах одной квартиры.

Очень скоро все жители этого подъезда оказались на улице и, задрав головы вверх, наблюдали за тем, как из окон квартиры на третьем этаже валят темные, вонючие клубы дыма.

Мила, примчавшаяся на такси к дому своей матери, обнаружила перепуганного Вовку, закутанного в чей-то чужой, клетчатый плед.

– У вашей матери горит. – женщина, вытащившая мальчика из дома, протянула Миле пластиковый стаканчик с водой. – Наверно, проводка. Старый человек, что вы хотите..

– Это не может быть так, в квартире недавно сделали дорогой ремонт. – пролепетала Мила, прижимая к себе Вовку и ощупывая на предмет повреждений. – Живой? Нигде не болит? Все хорошо, малыш. А, где бабушка и.. папа? Он не приехал?

– Бабушку убило страшилище… – снова завыл Вовка, внезапно пугаясь и вспоминая весь тот ужас, который ему довелось пережить. – Она лежала на кровати и хрипела, а папа бросился на страшилище и пропал.

Мила зарыдала, зарывшись лицом в макушку сына, пропахшую гарью, а, подоспевшие к этому времени пожарные, деловито оттеснили толпу прочь от дома.

Никем не замеченная, в стороне стояла одинокая женская фигурка.

Это была та самая красотка Тамара.

Она кривила губы и с ненавистью наблюдала за тем, как пожарные сражаются с огнем.

Она знала, что Павел мертв, как и мертво то самое существо, которое он притащил из заброшенного дома.

Тамара ненавидела своего любовника. Когда-то Пашка заставил Тамару сделать аборт. Тогда, он еще не был женат, и Тамара надеялась на то, что любимый рано или поздно сделает ей предложение.

Операция прошла неудачно. Тамаре сказали, что она больше никогда не сможет стать матерью.

Помнится, Пашка утешал ее, как мог, а потом, взял и женился на Людмиле.

У них родился сын, а Тамара осталась ни с чем.

Женщина очень быстро нашла себе мужа, но не спешила рассказывать Василию о своем горе. Василий был хорошим человеком, любил Тамару и надеялся, что очень скоро и у них народятся свои собственные дети. Тамаре было горько обманывать его, но, так уж решила судьба.

С Павлом женщина сохранила отношения, довольствуясь ролью любовницы и лелея мысли о мести.

Бабушкой Тамары была цыганка. Она-то и рассказала внучке о том, как можно отплатить неверному возлюбленному, используя нечистую силу.

Абсолютно сухими глазами Тамара наблюдала за тем, как из подъезда выносят тела, накрытые белой простыней. Ее не трогали крики маленького Вовки и плач Людмилы.

Против них она ничего не имела, но и жалеть никого не собиралась.

Она отомстила, удивляясь тому, что ее план, такой неверный и непредсказуемый, привел к нужному результату.

– Пойдем домой дорогая. – муж положил на плечи жены свои руки, прижал к груди ее тонкую фигурку. – Жаль, Павла.. Бедняга, как же он мечтал о том, что будет жить в этой квартире, избавившись от надоедливой тещи. Кто же мог подумать, что так получится?

«И, в самом деле, кто? – криво усмехнулась Тамара. – Кто же мог подумать?»

*

– Ваш муж убил вашу мать. – Милка молча вслушивалась в слова следователя, но не слышала почти ничего. – Из-за квартиры. Убил и решил скрыть следы преступления, устроив пожар. Все просто, поверьте моему опыту – убивали и за меньшее. Вам еще повезло, что он пощадил вашего сына.

– Мой сын все время твердит про чудовище. – робко заикнулась Людмила, которой было трудно примириться с мыслью о том, что ее Пашка – убийца, избавившийся от тещи ради квартиры.

– Не было никакого чудовища. – устало вздохнул следователь. – если, конечно, не считать чудовищем вашего мужа. Дети – очень впечатлительны. Покажите сына психологу и забудьте обо всем, как о страшном сне.

Мила, точно сомнамбула, поднялась со стула и вышла в открытую дверь. В коридоре ее дожидались друзья – Тамара и Василий, и маленький Вовка.

Жизнь продолжалась. Надо было думать о ремонте, решать вопрос с переездом и школой для Вовки. А, что до чудовища?

Грустно улыбнувшись, Людмила решила показать сына хорошему психологу. Против хорошего специалиста никакое чудовище не устоит.

Лишняя

Маринка очень не любила ходить по этой тропке, особенно вечером, по темноте. А сейчас и был вечер, темнота и поздняя осень.

В ноябре, последнем из осенних месяцев, темнеет рано. Вот, только что, еще серенький день прекрасно справлялся со своими обязанностями, как, бац – и на город упала тьма.