Ирина Денисова – Небо над пропастью (страница 12)
В торговом помещении она спросила, и ей тут же показали кабинет заведующей. Светлана Ивановна оказалась таких размеров, что ее огромная туша едва пролезала в двери. И лицо у нее было круглым и миловидным, без единой морщины. Подсознательно Рита всегда доверяла крупным женщинам, таким, как ее бабушка.
Кроме заведующей, в магазине работали всего два продавца, Рита оказалась четвертой в штате.
Светлана Ивановна самолично показала ей торговый зал, подсобные помещения, цех для фасовки товара. В подсобных помещениях стоял еле уловимый запах, смесь хозяйственного мыла, сырой древесины и пряностей. На стеллажах аккуратно расставлены товары в баночках, коробочках, россыпью.
Риту удивили большие деревянные счеты, на которых можно было не только складывать и вычитать, но и умножать числа. Раньше она никогда таких не видела, и думала, что умножать можно только в столбик, на бумаге.
Рита схватывала все на лету, и предстоящая работа была ей в радость.
Светлана Ивановна поначалу отнеслась к Рите почти по-матерински. Видя, как девушка старается, она часто задерживалась после смены, чтобы объяснить тонкости работы с накладными или научить правильно взвешивать сыпучие товары — «чтобы ни грамма мимо». Однажды, когда Рита никак не могла понять, как умножать на деревянных счётах, заведующая встала рядом, положила свою большую тёплую ладонь поверх Ритиной и провела костяшками, приговаривая: «Гляди, дочка, тут главное — разбить на десятки. Счёты, они как бабы в очереди: если сунутся все разом — ничего не выйдет, а если по порядку — любое число осилим». Рита тогда улыбнулась впервые за долгое время. Ей казалось, что она снова обрела дом.
В первый рабочий день ей даже разрешили пробить несколько покупок, показали, как работает касса, куда складывать денежные купюры, рассказали, как общаться с покупателями.
Теперь Рита просыпалась рано утром и ехала на работу в автобусе, полном таких же, как она, простых людей, добирающихся в пригород до места работы.
— Ну вот, мама, — мысленно отвечала она маме на просьбу учиться, чтобы не бегать как савраска между станками, — я и учусь.
Рита никакой работы не боялась, и могла делать все — от фасовки товаров и мытья полов до раскладывания товаров на полках, ей часто доверяли обслуживать покупателей за кассой.
Ей понравилось считать и перекладывать товары, она пыталась применять методы научной организации труда, превращать монотонные одинаковые действия в интересный, приносящий удовольствие процесс.
Покупатели были разными — и доброжелательными, тепло относившимися к новенькой, и такими, которым все не нравилось, и они старались придраться к каждой мелочи.
Рита училась вежливо общаться, соглашаться с чрезмерными придирками и критикой, откликаться на любую просьбу.
Получив первую зарплату настоящими хрустящими купюрами, Рита купила бабушке новые очки. Старые были с веревочками на дужках, и смотрелись дешево и нелепо.
Из помощников продавца ее быстро перевели в продавцы, досрочно присвоив разряд младшего продавца-кассира.
Когда приказ о повышении был подписан, Светлана Ивановна поманила Риту в подсобку и, оглянувшись, сунула ей в руки банку растворимого кофе — страшный дефицит по тем временам. «Бабушке своей занеси, — сказала она, пряча улыбку. — А то, я гляжу, она у тебя всё папиросы смолит, ты же для неё «Беломорканал» покупаешь? Пусть хоть раз угостится чем-то приличным. И не спорь, это тебе не взятка, а премия». Рита хотела отказаться, но увидела такую хитринку в глазах своей начальницы, что не смогла и взяла банку, чувствуя, как тепло разливается по душе.
Возвращаясь домой с работы, она издалека видела в окне бабушку, стоявшую у окна с дымящейся папиросой в руке. Бабушка волновалась и ждала Риту. Увидев родной силуэт, она ускоряла шаг, и усталость отступала — хотя бы на эти несколько метров до родного дома.
Рита привозила домой дефицитные продукты, и бабушка всем в округе рассказывала, какая она молодец, и как бабушка гордится внучкой.
Рита начала копить деньги, но через полгода поняла, что уйдут годы, пока она накопит на то, чтобы снять квартиру в Москве, и поступить в институт.
Лиза приезжала нечасто, ее закружило в водовороте столичных развлечений. Ее новая жизнь оказалась совсем не такой, как у них в их задрипанном, по ее собственным словам, городке. Она с пренебрежением отзывалась о «зачуханном окраинном магазине».
— Зато здесь я у себя дома, и ни от кого не завишу, — мысленно отвечала Рита.
Все же, она немного завидовала подруге, окунувшейся в водоворот столичной жизни, но пока даже мечтать не смела ни о чем другом.
Глава 8. Недостача
Сегодня Рита проснулась в шесть часов, хотелось поскорее попасть на работу, в свой любимый магазин. Должны привезти заказанный вчера товар, наверняка уже к девяти часам скопится очередь из покупателей, всегда заранее знавших о том, что и почем должны привезти.
Но ее ждал неприятный сюрприз — на дверях красовалась табличка «Магазин закрыт на переучет».
Рита немного опасливо вошла в дверь и увидела двух незнакомых теток, они сидели за двумя сдвоенными столиками и перебирали в руках бумаги — накладные, кассовую книгу и акты предыдущих ревизий.
Заведующая стояла, нависая над ними. Она сегодня не улыбалась, а ее круглое, как у русской матрешки, лицо выражало озабоченность.
— Давай, новый продавец, принимайся за работу, — грубо сказала она. — Считать будем!
Рита поразилась её тону. Впрочем, понятно, занервничали все, ревизия — это очень серьёзно.
Три дня они все перекладывали и подсчитывали товары, подписывали акты ревизии. От бесконечных бумаг рябило в глазах, запах пыли от кассовых книг и стопок накладных смешивался с привычными магазинными запахами и вызывал тошноту. Голова кружилась. По мрачному выражению лиц присутствующих становилось понятно, что дела идут не очень хорошо, а дебет с кредитом не сходится.
— Только бы все было хорошо! — бессонными ночами просила кого-то невидимого Рита. — Наверное, это я виновата, предупреждала же меня Мария Ивановна, что работать в торговле — большая ответственность. Я должна была отнестись к работе более серьезно.
Неожиданно для всех выяснилось, что за последние полгода образовалась большая недостача.
— Это она виновата! — сказала толстая заведующая, показав на Риту пальцем.
Рита опешила — ей казалось, что Светлана Ивановна относится к ней по-доброму, она никогда раньше не позволяла себе грубостей или оскорбительного тона. За что она вдруг ее возненавидела?
— Дали практикантку нам на голову, считать совершенно не умеет. Недостача образовалась только по ее вине!
Каждое слово Светланы Ивановны вонзалось острыми ножами в тревожно забившееся сердце Риты. Она пыталась встретиться взглядом с заведующей, но та упорно отводила глаза.
— Да, у нас всегда были хорошие результаты ревизии, пока к нам эту неумеху не прислали! — подтвердила старшая продавщица.
После долгих споров и пререканий команда ревизоров из двух человек заявила:
— Можете заплатить недостачу на месте, и подпишем акт ревизии, чтобы и волки были сыты, и овцы целы.
Но платить никто не хотел, все утверждали, что это молоденькая и неопытная практикантка не умела и не хотела работать, она слишком увлеклась, чтобы казаться для всех хорошей, панибратствовала с покупателями, не видела нечестность и махинации некоторых известных всем личностей. Только по ее вине в кассе постоянно не хватало денег.
На Риту повесили недостачу в четыреста рублей, для неё, вчерашней школьницы, это была немыслимая сумма.
Следующие две ночи снова были бессонными. Рита
Рита не хотела рассказывать бабушке обо всем, а больше всего она боялась, что узнает мама. У мамы только начала налаживаться заграничная жизнь, а тут дочка, которую обвиняют в растрате казенных материальных ценностей. Хорошее начало трудовой деятельности!
Она пошла в отдел кадров и рассказала все начальнице, которая так тепло к ней отнеслась вначале. Но сейчас Мария Ивановна была не в духе и говорила строгим и злым казенным голосом.
— Срочно нужно погасить недостачу. — Приказала она. — Или ты хочешь, чтобы хороших людей по твоей вине посадили в тюрьму? У нас и за меньшее строго наказывают. Даю тебе срок три дня, чтобы внести деньги в кассу.
Рита плакала, она не хотела рассказывать бабушке. Но рассказать все же пришлось.
Бабушка, не сказав ни слова, вышла из дома. Рита с замиранием сердца ждала, когда бабушка вернётся, может быть, купит бутылку беленькой, чтобы успокоить нервы, и придёт домой в хорошем расположении духа.
Бабушка пришла только к вечеру. Лицо у неё было серое, как пепел в её любимой пепельнице.
— Вот, — сказала она, выкладывая на стол мятые купюры и горсть мелочи. — Здесь всё, что было. Четыреста рублей. И ещё заняла пятёрку у Клавдии, чтобы тебе на проезд осталось.
Рита смотрела на деньги и не могла дышать. Она знала, что бабушка долго копила на собственные похороны. Всегда говорила:
— Хоронить меня будет некому, я уж сама о себе как-нибудь позабочусь.
— А как же... книжка? — прошептала Рита.
— Закрыла я книжку, — отрезала бабушка и, отвернувшись, стала смотреть в тёмное окно.
На следующий день бабушка поговорила с начальницей отдела кадров, и большая проблема разрешилась. Они договорились, чтобы вопрос окончательно уладили и Риту уволили по собственному желанию.