Ирина Дементьева – Эхо земных грехов (страница 6)

Я не нашлась, что ответить. Была ли мама права в своей теории? Я на тот момент не знала, но ослушаться её я не рискнула. Тем же вечером я улетела в Москву.

И вот с того момента и начались проблемы.

…

«Люська, дрянь такая, открывай дверь! Иначе я сейчас ментов вызову и тебя быстро с твоим убогим отсюда вышвырнут»!

За дверью в очередной раз надрывала свои голосовые связки хозяйка квартиры. За годы жизни она изрядно натренировала высокие ноты и прикупила набор кастетов, чтобы её удары во входную дверь звучали убедительнее.

Я поморщилась, пытаясь справиться с подступившей тошнотой. Ещё минуту назад я была в отключке после вчерашнего праздника. Сложно было даже вспомнить, где и как он закончился, но раз за стеной надрывалась мерзкая Стёпка или как она велит себя называть Степанида Витальевна, то домой я всё-таки добралась. И знакомый раскатистый храп сбоку говорил о том, что Марсель тоже со мной. Я откинула плед в сторону и сползла с кровати. По телу пробежали мурашки от холода, окна квартиры были настежь распахнуты, а я была совершенно голая.

– Люська! Я сейчас выломаю дверь, – не успокаивалась Степанида.

– Да иду я, заглохни! – выкрикнула я, – Дай хоть трусы надеть, стерва!

Я закопалась в груде разбросанных по полу шмоток и, отрыв первую попавшуюся майку и мужские трусы, натянула на себя и прошлёпала к двери.

Проскрипев замком, я немного приоткрыла дверь, но тут же отлетела в сторону, когда Стёпка с размаха толкнула её прямо со мной, вцепившейся в ручку.

– Ты совсем из ума выжила? – крикнула я, – Сломаешь же!

– Заткнись, убогая! – она огляделась вокруг и вся позеленела от омерзения, – Что вы здесь устроили? Какого чёрта превратили квартиру в бомжатник?

– Не неси ерунды, – я вздохнула и закрыла дверь, чтобы ушлые соседи не грели уши, – Ты мне такой её и сдала. И уже год как обещаешь починить туалет. А мне приходится, как кошке ходить в лоток.

– На какие шиши мне тебе что-то чинить? – взбеленилась Степанида, – Ты мне квартплату за три месяца просрочила, так что гони деньги или вылетишь отсюда, как та самая дранная кошка вместо со своим лотком.

– Да мы же заплатили на прошлой неделе, что ты несёшь? – я побелела от злости и страха остаться без жилья, заорав громким фальцетом, – Марсель тебе лично заплатил за два месяца.

– Мне твой сморчок ничего не платил, – отрезала Стёпка, – пришёл, навешал какой-то лапши про умершую бабушку и пообещал в этом месяце отдать все долги с компенсацией. И где всё это?

Я обхватила ладонью лоб, пытаясь уменьшить боль от сильнейшей мигрени, начавшейся ровно в тот самый миг, как в квартиру залетела Степанида.

– Вот же гад! – выругалась я и кинула в него его же ботинком.

Но он был до того пьян, что даже не почувствовал, как подошвой получил прямо в нос.

– Что? Подставил тебя твой красавчик? – заржала в голос Стёпка, – А нечего быть такой дурой. У него на лице было написано, что он моральный урод.

– Но кошелёк то был полон, – поморщилась я.

– И где же тогда бабки?

– Не знаю, – прошептала я, чувствуя, что в глазах уже темнеет от боли, – У меня нет денег сейчас.

– Тогда к вечеру, чтобы вас тут не было, – отрезала Стёпка.

– Нет! – заорала я, – Я найду, обещаю! Не выгоняй, пожалуйста. Мне некуда идти.

– А мне какое дело? Мне деньги нужны! Это ты молодая и красивая, тебя любой мужик купит, что захочешь. А я уже старая, и никому не сдалась, мне нужны деньги, чтобы выживать.

– Я найду, я клянусь! – я умоляюще взглянула на бабку, – Погоди.

Я рванула к Марселю. Он всё ещё спал, абсолютно не реагируя на происходящее вокруг. Вытащила его руку из-под одеяла и стянула с запястья его часы.

– Вот, они дорогие, я проверяла. Сдашь в ломбард и получишь оплату за полгода, – я протянула Стёпке часы.

Она не колебалась ни секунды, тут же схватила их и убрала в карман мерзкого, цветастого халата. Довольно потерев руки, она ещё раз огляделась вокруг, затем посмотрела вновь на меня и сказала:

– А твой тебя за такой финт не прибьёт? Мне ещё с твоим трупом не хватало разбираться!

– Выживу, – буркнула я, – Этот мусор к вечеру отсюда уже съедет на помойку. Зря только потратила на него своё время. Пусть только деньги вернёт.

– Первая здравая мысль в твоей башке, – ядовито отозвалась бабка, – Ты на трезвую вроде и не такая дура, как кажешься. Завязывала бы.

– Только после тебя, – оскалилась я, – Сейчас сама же побежишь за бутылкой, – я указала Стёпке на дверь.

– Мне то что? Я уже своё отжила. А как мне сдохнуть, решу сама, – плюнув на пол, она вышла из квартиры и, прокручивая часы в руке, стала спускаться по лестнице вниз на свой этаж.

Я в ярости захлопнула дверь, затем понеслась опрометью на кухню, взяла из шкафа большую кастрюлю, налила туда холодной воды и потащила её к кровати.

– А теперь насчёт три: раз, два, три! – громко прокричав, я вылила на Марселя всю воду из кастрюли до самого дна.

– Сука! – он подскочил, как подорванный на мине, с его волос стекала вода, трусы под тяжестью практически спали вниз, оголяя его задницу, – Ты что творишь?

– Я тебе сейчас расскажу, ублюдок! Но сначала ответь мне, где деньги, которые ты должен был отдать за квартиру? – заорала я и швырнула в него пустой кастрюлей.

Марсель тут же выпрямился, стянул вниз мокрые трусы и откинул в сторону, как грязную тряпку.

– Я просто решил подзаработать. Подумал, что грымза может ещё пару дней подождать, – он натянул джинсы и стал копаться под кроватью в поисках футболки.

– Так и где деньги? – я рванула к нему и со всей силы отдавила ему руку своей ступнёй, пока он на корточках застыл около кровати.

– Отпусти, дура! – скривился он, – Сегодня будут твои деньги. Собирайся лучше в клуб, там игра наклёвывается. Сама посидишь в баре, а я пока разложу нам партию.

– А какого чёрта ты поставил на кон мои бабки? – я ещё раз со всей силы наступила на его руку и отошла в сторону.

Марсель схватился за повреждённую ладонь и, ехидно улыбнувшись, сказал:

– Между прочим, ты отдавила мне рабочую руку, теперь самой придётся стараться, а мне как раз не помешает расслабление перед вечерней игрой.

– Иди к Стёпке, она тебе устроит сеанс глубокого массажа.

– Да брось, детка. – Марсель подошёл ко мне вплотную и прижал к стене, – Что ты завелась то? Стёпка вечно на всех орёт от того, что бутылки под рукой нет. Ты лучше подумай о нас, – он расстегнул ширинку на джинсах, – нам необходима твоя ласка.

Он схватил мою руку и положил её к себе на член, а сам засунул свой язык мне в рот, не дав возможности ответить. Я сделала вид, что признала своё поражение и в очередной раз отдалась ему, так и не поимев с него ни рубля.

…

«Вход только по личному приглашению хозяина» – прогудел, словно пароходная сирена, огромный костолом у входа в вип-комнату ночного клуба.

Марсель закопался в карманах своих единственных оставшихся приличных брюк и достал оттуда игральную фишку с выцарапанным на ней крестом. Охранник удовлетворённо кивнул и отошёл в сторону от двери.

– Так, малышка, – Марсель повернулся ко мне, – пойду подзаработаю деньжат. А ты пока погуляй, потанцуй у бара. – он всунул мне в ладонь помятую пятитысячную купюру, – Поцелуй на удачу.

Я вороной цокнула его в щёку в надежде, что смогу пробить ему черепушку и забрать свои деньги, пока он их окончательно не проиграл. Однако, о чём бы я сейчас не думала, он уже забыл о моему существовании. Внутри Марселя кипела бушующая страсть, все его мысли сводились к игре. Эта болезнь поглощала его всё сильнее и сильнее с каждым днём. Я слишком поздно поняла, какую ошибку совершила, связавшись с ним. Как и любой бедняк, желавший прорваться в высшее общество, он умел пускать пыль в глаза, а в купе со смазливой внешностью его единственный дорогой костюм, который он купил на последние деньги, служил ему визитной карточкой для прохода в те заведения, куда обычных людей никогда не пустят. Совсем скоро он наладил нужные связи, и его жизнь заиграла яркими красками. Новые знакомые, которые с детства привыкли жить, не считая денег околдовали Марселя, а он в свою очередь сделал всё, чтобы ни одна тусовка не обходилась без него в списке гостей. Никто не мог догадаться, что стоило ему выйти из стен модных клубов или сойти с яхты, где проходил очередной светский раут, он открывал свой пустой кошелек и с тоской уходил в ближайшую ночлежку, ожидать нового шанса разбогатеть. А дальше судьба стала играть с ним, как в клубок с котёнком. Имидж богатого повесы и глупца сыграл ему на руку и сильные мира сего решили сделать его своей закуской и пригласили за свой игральный стол. Им не составило труда разбудить в Марселе азарт и, угостив его первым лёгким выигрышем, прочно подсадили его на иглу любого заядлого игромана. Так перебираясь от выигрыша к выигрышу, он всё-таки смог арендовать себе квартиру в престижном районе и даже имел за душой неплохой аварийный запас валюты, так как, чтобы оставаться в игре, надо было иметь возможность сделать ставку. Если же он проигрывал, что случалось довольно часто, с деньгами расставаться он не хотел, поэтому в качестве расплаты он оказывал различные услуги победителям. Сначала эта была какая-то мелочь из серии побывать на нудном мероприятии под чужим именем, затем проигрыши становились крупнее, а задания заковыристее. Марселю приходилось скрывать у себя запрещённые препараты и нарываться на драки в баре, чтобы отвести внимания на себя, даже приходилось ночевать в полиции в качестве подозреваемого в преступлении, чтобы реальный виновник успел скрыться за границей. Но Марселя это не останавливало, он был готов на всё, лишь бы оставаться в мире богатства и роскоши. И так бы всё и продолжалось, если бы в соседнюю арендованную квартиру не въехала я. Нам хватило одного взгляда, чтобы влюбиться и не хватило мозгов понять, что друг на друга смотрят два одинаковых шакала, прикрывающие дорогой оболочкой свою алчность и опостылевшую бедность. Это был роман-искра, мы оба думали, что нам невероятно повезло влюбиться в человека со статусом и деньгами. Марсель расслабился и тратил на меня все свои отложенные деньги, а я наслаждалась страстным романом, будучи полностью уверенной, что мне невероятно подфартило сразу найти подходящего человека для продолжения своей привычной безбедной жизни.