Ирина Дементьева – Эхо земных грехов (страница 2)

И в завершении списка нужно добавить ещё один тип пассажиров, которые вне зависимости от класса полёта всегда опаздывают. Их философия жизни одна из самых расслабленных, а нервная система практически непробиваемая. Даже если их имена будут скандировать на весь аэропорт на всех языках мира с просьбой скорее пройти на посадку, они всё равно, никуда не торопясь, допьют свою чашку уже остывшего кофе в местном ресторане и, медленно постукивая каблуками по кафельному полу, наконец, соизволят явиться на посадку.

Таким был последний пассажир бизнес-класса. Он зашел в зал ожидания будто ему здесь принадлежало всё вплоть до алюминиевой ложки в кафе. Оглядев всех озорным взглядом, он улыбнулся и уселся рядом с женщиной с тревожной сумкой. Широко расставив ноги, он облокотился на спинку сиденья и, словно орёл свои крылья, развёл руки в стороны, положив их вдоль всей лавочки. Женщина нервно икнула, машинально сжала ручки своей сумки и ещё сильнее выпрямила и без того напряжённую спину. Мужчина оценил блуждающим взглядом силуэт его соседки и громко ухмыльнулся, раздувая свои густые чёрные усы, которые ему совершенно не подходили. Сам он был весьма щуплый на вид, однако одежда на нём была чересчур громоздкая, начиная от тяжёлых ботинок, которые, казалось, были велики ему размера на два и заканчивая кожаным плащом с накладными плечами, из-за которых его голова смотрелась ещё меньше, чем была на самом деле. Однако, несмотря на нелепый вид, его взгляд был настолько уверенный в себе, даже немного надменный. Он без зазрения совести рассматривал каждого пассажира, не отводя взгляда, даже если его ловили за неподобающим любопытством, от чего он вызывал дискомфорт просто своим присутствием рядом.

Появление человека, поведение которого выходило за рамки приличия, заставило нервничать каждого, кто ждал посадки. Им пришлось вырваться из мира собственных переживаний и по новой начать оценивать риски. Пассажиры стали поглядывать на табло, желая как можно скорее покинуть некомфортную ситуацию.

Тем временем аэропорт продолжал жить своей жизнью, совершенно не ощущая нарастающего напряжения пассажиров. Сотрудники ходили по коридору, без остановки о чём-то переговариваясь, обсуждали семейные неурядицы и планы на выходные, как будто их и вовсе не касалось, что вокруг них сидели люди, жизнь которых застыла в ожидании предстоящего полёта.

Первой не выдержала женщина с тревожной сумкой, она словно на пружинах подскочила с лавочки и, волоча за собой свой баул, остановила проходящую мимо сотрудницу аэропорта. Решив выплеснуть на неё всё своё скопившееся недовольство, она противным, звенящим голосом сказала:

– Это уже ни в какие ворота не лезет! Мы ждём нашего рейса уже четвертый час. Вы нам не даёте никаких объяснений. Что происходит?

Едва по залу разнёсся скрипучий голос пассажирки, как все сидящие рядом повернулись в её сторону и стали прожигать испуганную сотрудницу взглядом.

Совсем ещё юная сотрудница аэропорта понимала, что находится в зале бизнес-класса, и здесь на вопросы пассажиров нужно отвечать. Однако, разволновавшись, она совсем забыла, что внутреннюю информацию распространять среди пассажиров было строго запрещено, чтобы не селить панику и недовольство, но испугавшись скандала и последовавших бы после него жалоб в её адрес, как на духу выпалила:

– Прошу вас подождать ещё немного. Ваш самолёт совершил экстренную посадку в другом городе. Ваш рейс перенаправлен на другое воздушное судно, сейчас его как раз готовят к вылету. Как только пилот будет готов, а самолёт проверен, сразу же объявят посадку.

– А по каким причинам наш самолёт экстренно сел? – вышел вперёд врач, уже буквально обливаясь потом от волнения.

– Точно не могу вам сказать, сообщений о поломке не поступало. Скорее всего высаживали пассажира, – сотрудница пожала плечами и поспешила скрыться, не желая накликать на себя ещё больший гнев начальства.

Врач нервно сглотнул, достал из кармана носовой платок и, сняв фуражку, протёр вспотевший лоб, весь изрезанный красными ссадинами.

– Замечательно, – женщина, поставила сумку на пол и, раздражённо скривившись, процедила, – из-за какого-то дурака все должны страдать. Когда уже примут соответствующие наказания за нарушения норм поведения? Тогда бы люди заранее думали стоит ли в обществе показывать свой психоз.

Все вокруг удивлённо переглянулись, не ожидая такой агрессии от скромной тётки. Только лишь усатый мужчина довольно засмеялся и, подойдя к женщине, в очередной раз окинул её цепким взглядом, затем пнул носком своего тяжёлого ботинка её сумку и сказал:

– Милая у вас сумочка. Как вы только смогли уместить её в ручную кладь?

Женщина фыркнула, затем схватилась за ручки своей сумки и, гордо вскинув подбородок, вернулась обратно на своё место.

Девушка, сидевшая за столиком, отложила свой журнал, завороженно наблюдая за вялотекущей перепалкой. Она цеплялась взглядом за каждое движение странного мужчины, который, несмотря на тёплое лето, кутался в огромный плащ, будто ему было холодно, ей даже на секунду показалось, что у него застучали зубы от озноба. Но едва он увидел на себе взгляд девушки, тут же расправил плечи и, откинув полы плаща, положил руки в карманы брюк. Взгляд девушки машинально прошёлся по телу незнакомца, но не произвёл впечатления, ровно как и его дешёвый наряд.

Мужчина подошёл к высоким окнам, разглядывая взлётную полосу. Он бормотал про себя что-то несвязное, делая вид, что рассматривает крылья подъехавшего самолёта, но на самом деле он вглядывался в отражение окна, где с большим интересом наблюдал за своими попутчиками. Ему была интересна реакция каждого на своё появление, ему нужна была эта реакция. Он наслаждался неприязнью в глазах дёрганой тётки с огромной сумкой, видел снисхождение в глазах упакованного бизнесмена, интерес в глазах молодой девчонки и неподдельный страх в глазах врача.

Ему хотелось большего, поэтому он, громко рассмеявшись, повернулся ко всем присутствующим и сказал:

– А вот и наш самолёт. Ожидание подошло к концу, дамы и господа.

Все взглянули на стоявший рядом с выходом на посадку самолёт и с облегчением выдохнули. Внутри у каждого затеплилась надежда, что скоро их жизнь пойдёт своим чередом. Бросив все свои дела, они прошли к стойке проверки билетов. Уже через пять минут в коридоре появилась та самая сотрудница, она постаралась изобразить улыбку и провела пассажиров на посадку.

Дождавшись, когда все опоздавшие, наконец, займут свои места, самолёт выехал на взлётную полосу. Пилот переключил все необходимые настройки на табло управления, подготавливаясь к взлёту. Пол под ногами пассажиров задрожал, и самолёт начал разгон. Пассажиры в предвкушении затихли: кто-то уткнулся в книжку, стараясь отключиться от происходящего, кто-то ещё до взлёта начал принимать терапевтические дозы алкоголя, некоторые и вовсе вжались в кресло и тихо молились о помиловании своей души. Что конечно было абсолютно глупым решением, ведь находясь в тесном самолёте бок о бок ещё с сотней таких же перепуганных душ, надо молиться о спасении всей сотни, иначе смерть одной неизбежно потянет за собой другую. Ведь сейчас их судьбы представляют собой один цельный организм, убив одну составляющего которого, убьёшь и всё существо целиком.

Пассажиры эконом класса как никто другой чувствовали эту связь в отличие от счастливчиков в бизнес-классе, которые упорно старались не замечать сковавших их обстоятельств. Но это чувство мнимой свободы продлилось совсем недолго. Ведь стоило самолёту набрать высоту, как события стали развиваться совершенно непредсказуемым путём.

«Уважаемые пассажиры, Командир корабля Солохов Виктор Семёнович и экипаж приветствуют вас на борту самолета Airbus А 420. Наш самолёт совершит полёт по маршруту Москва – Анталия. Время в пути составит три часа двадцать пять минут. Спасательные жилеты находятся под сиденьями ваших кресел. Кнопка вызова бортпроводника находится на верхней панели. В течение полёта вам будут предложены прохладительные напитки и горячий обед. Пожалуйста, пристегните ремни. Экипаж и я желаем вам приятного полёта», – в колонках раздался мелодичный голос пилота.

Пассажиры с неохотой пристегнули ремни. Стюардессы методично проходили ряд за рядом, убирая лишние вещи с прохода, и проводили обязательный инструктаж на случай аварийной ситуации, хотя точно знали, что их никто не слушал.

Бизнес-класс с большей неохотой отзывался на замечания о соблюдении правил, однако в небе законы для всех были едины, поэтому даже им приходилось повиноваться. Но им, как капризным детишкам, вскоре принесли подарки в виде приветственного бокала шампанского.

Тревожная женщина была настолько расстроена тем, что ей пришлось убрать свою сумку на полку ручной клади, и теперь чувствовала себя очень неуютно и от этого стала в два раза подозрительнее обычного. Поэтому сразу же отказалась от угощения, заявив, что она пьёт только проверенные напитки, и у неё всё с собой, и указала пальцем вверх на полку с ручной кладью.

Девушка, сидевшая рядом с ней, лишь закатила глаза и, не спрашивая разрешения, взяла у стюардессы сразу два бокала и поставила на столик перед собой.

– А я вот живу на полном доверии, – усмехнулась она и залпом осушила первый стакан.