Ирина Чарова – Если босс – дикарь. Правила выживания (страница 55)
– В больнице, чудо – слабо улыбается, щелкая меня пальцем по носу.
А я краснею от стыда.
Потому что меня рядом с ним не было.
– Да как же…
– Я сначала весь день в номере пролежал. Ждал, когда само пройдет. А оно к вечеру как поперло! И таблетками не сбивается. Ну я сел и поехал в больницу. А лекарь меня на всю ночь в отделении задержал. Ерунду какую-то в вены капал.
– Вы что, поехали на машине в таком состоянии? – ахаю я.
И сама его к постели разворачиваю.
Выглядит он и впрямь очень болезненно.
– Стрелецкая, ну а че делать-то было…
– А телефон?
– Телефон в машине забыл. А сегодня выхожу из больницы – ни машины, блядь, ни телефона! Припарковался не в том месте. Эвакуатор все утащил. Представляешь, да, Ирочка? Я, больной, был вынужден с этим разбираться.
Представляю.
И от того, что меня с ним рядом не было, у меня прямо сердце не на месте…
Но ничего.
Зато сейчас я все компенсирую!
– Так. Давайте в постель – шмыгнув носом, взбиваю ему подушку. – Я вас сейчас быстренько вылечу.
– Ира!
– Никуда не уйду! Даже не спорьте! Давайте, ложитесь…Быстро!
А босс особо и не спорит.
Так… Бурчит для приличия что-то себе под нос.
Но, опустившись на постель, всё-таки не сводит с меня взгляда, полного обожания.
Будто у меня над головой нимб, а с потолка на мою фигуру падает поток божественного света.
– Рассказывайте. Чем вы лечитесь? – серьезно перехожу к делу.
– Знаешь, Ирочка, чем придется – с тяжким вздохом отвечают мне, закутываясь в одеяло.
И глаза отводят.
А на столе у постели я вижу полный набор лекарств – жаропонижающее, отхаркивающее, витаминки.
Но кто-то явно нарывается на заботу.
Улыбаюсь…
И это тот узурпатор, который держит в страхе весь коллектив?
– Горло у вас болит? – спрашиваю, снова напуская на себя деловой вид.
– Не то слово…
– Прополоскать надо! – решаю я.
– А еще у меня уши только что стрелять начали – басисто жалуется этот медведь, прямо-таки с надеждой заглядывая мне в глаза.
– Ой…Ужас.
– Ага. И, знаешь, Ирочка, чувство такое, будто там палят из гранатомета…
– Бедный – искренне сетую я. – Это самое ужасное.
– Благодарю за сочувствие.
– Мы их закапаем!
– Как прикажете…Я, признаться честно, сейчас готов на любое насилие с вашей стороны.
– А давайте-ка я вам и мёда принесу! У меня как раз на такой случай есть. Хотите? И бабулино малиновое варенье. Чай пить будем.
– Ну если только бабулино. Буду очень признателен – скромно отзывается мой босс.
Весь просто образчик смирения и печали.
– Температуру давно мерили?
– Давно…
– А где градусник?
Но босс, явно страдающий помимо простуды еще и критическим уровнем воспаления хитрости, снова отводит взгляд.
– Потерял.
Врет.
По лицу вижу!
– Но у вас ведь, Ирочка, есть губы, а у меня, на такой случай, как раз предусмотрен лоб! – и с трагичным видом слегка вытягивается мне на встречу головой. – Приступайте!
Ну всё…
Кажется, больной окончательно смирился со своим положением, понял, что я все равно никуда не уйду и решил настрадаться на славу.
Хитрый плут.
Но я и не против.
Лишь улыбаюсь, наблюдая за его театральным трагизмом и, вспоминая рассказ Евгении Михайловны, чуть поддаюсь вперед, нежно касаясь губами его лба.
Глава 39
Босс, как бородатая Аленушка, покорно лежит в постели, обмотанный моим шерстяным шарфиком на голове.
Все тяготы лечения переносит с достоинством – горло героически прополоскал, таблетки послушно выпил.
И сейчас, пока я расставляю у кровати ужин, следит за мной с нескрываемым обожанием.
Взгляд у самого хоть и измученный, но счастливый.
Еще бы…
Купается в заботе, как сыр в масле!
Но, пока я занята делом, блестящие глаза, будто против воли, так и скашиваются к разрезу на моей груди.
Сначала легонько, невзначай…
Но постепенно взгляд босса приклеивается ко мне напрочь.