Ирина Барбат – Как выжить после смерти (страница 3)
Результаты анализов подтвердили 3–4 недели беременности. Помню очень тихую радость мужа, только в глазах светились неподдельное счастье и радость. Он был сдержан, впрочем, как всегда. Но я знала, что у него внутри, ощущала весь спектр его переживаний. Начались недели предвкушения общего маленького счастья.
Мы молчали целых 17 недель – как говорится, чтобы не сглазить. Знали только самые близкие: моя мама и свекровь. На удивление врачей, в мои 36 лет беременность протекала хорошо. Я не узнала, что такое токсикоз первого триместра беременности. Порхала, как птичка. Привычные дела, заботы, дочь, собаки – все эти хлопоты давались легко. Не зря говорят, что беременность окрыляет женщину. Гормоны счастья переполняли все мое естество. Но был один страх: как воспримет эту новость моя семилетняя дочь, которая привыкла к тому, что она одна и только ей достается все мамино внимание и забота. Первый ребенок в семье может очень ревностно отнестись к появлению малыша. Я понимала, что ее реакция может быть непредсказуемой, поэтому все эти 17 недель готовила ее к моменту оглашения новости о ребенке. Задушевные разговоры сводились к вопросам между делом о ее отношении к идее появления брата или сестры. Приводила примеры таких историй, подробно рассказывала о своих отношениях со старшим братом. Я надеялась, что все пройдет как по маслу. Вопрос реакции старших детей всегда беспокоит вновь беременную женщину. Это очень тонкий, волнующий процесс, который может принести множество негативных мыслей и эмоций. Моя уверенность в положительном исходе разговора с дочерью померкла после слов дочки о том, что она не хочет никакого братика или сестренки. Не хочет. Гром среди ясного неба. Полная растерянность и непонимание дальнейших своих шагов. Я понимала, как важно правильно настроить ребенка на появление младшего уже во время беременности матери. Это залог гармоничного существования семьи после рождения нового малыша.
Тем временем, появился уже небольшой аккуратный животик, и молчать дальше становилось невозможно.
Как же я переживала в тот день, когда решилась, наконец, поговорить с дочерью. Я понимала, что от ее ответа не изменится мой настрой на ребенка, но мне было очень важно сохранить близость с дочерью. И мне было жизненно необходимо ее принятие этого момента. Мои отношения с ребенком строились с позиции дружбы с самого ее рождения. У нас очень тесная связь, и мне было страшно разрушить ее. Зная свою дочь, я могла предположить, что она может воспринять эту новость как предательство, мое предательство. Я прокручивала в своей голове все мыслимые и немыслимые сценарии разговора, заранее подбирала слова и объяснения. Голова вспухла. Мне казалось, что мой мозг начинает отказывать мне в логичности и ясности. Голос слегка дрожал, ладони вспотели. С большим трудом успокоила себя и усадила за стол переговоров.
Дочь понимала и чувствовала, что я что-то хочу ей сказать, поэтому она начала этот разговор сама. Аккуратно села напротив и спросила: «Мам, что ты хочешь мне сказать такого, что так напряжена и переживаешь?»
Вот в этом вся моя дочурка! Взрослая не по годам и очень чуткая, она чувствует меня как никто другой. Наверное, я хорошо воспитываю свою дочь. После ее вопроса я выдохнула. Мне показалось, что весь воздух, который был внутри меня, вырвался на свободу. И на этом долгом выдохе я выдала простую фразу: «Дорогая, у нас будет ребенок. У тебя будет братик…»
Минутная тишина. Такая, что резала мне слух. Округлившиеся глаза дочери, ступор, замирание и резкий смех, похожий на истерический. Минут пять странного состояния у обеих. Но потом дочь радостно посмотрела на меня и сказала, что рада, что будет именно мальчик и ей не придется делиться с ним своими вещами. Безумное облегчение у меня, тело обмякло и расплылось по стулу. Все. Я это сделала. Моя дочь меня поддержала. Конечно, я понимала, что это только начало нашего пути по принятию этой ситуации, но тогда вдруг стало так легко и просто. Что делать дальше, я прекрасно понимала.
Так что же стоит делать, чтобы первый ребенок или старшие дети приняли факт того, что появится еще один малыш?
Надо постараться максимально вовлечь детей в процесс подготовки к родам. Вместе обустраивать детскую комнату, ходить по магазинам за вещами и необходимыми принадлежностями для малыша. Стараться показать, что дети будут частью этой новой для всех жизни, что они активные участники этого процесса. В этом случае у детей не возникнет чувства отстраненности. Они будут понимать, что так же важны для мамы и папы, вне зависимости от появления нового члена семьи.
Это важная часть подготовки, но есть и более значимая сторона: нужно объяснять детям, как все изменится в общей жизни, в быту.
В этот период в головах старших детей есть один главный вопрос.
«А будут ли мама и папа меня любить так же, как раньше, когда появится малыш?»
Этот вопрос ребенок может вам и не озвучить, но вы должны понимать, что он очень ждет ответа именно на него. Ваша задача – давать этот ответ каждый день: своими словами, поступками. Поступки зачастую важнее слов. Поэтому делайте упор на то, чтобы показать, как важен для вас старший ребенок (или дети). Проводите больше времени вместе, проявляйте неподдельный интерес к его делам и проблемам. Главное – не уходить с головой в беременность, ожидание и подготовку, забив при этом на чувства и переживания старших детей. Купить какие-то вещи вы всегда успеете, а вот проявить любовь, внимание к старшим детям нужно именно сейчас. Важно не упустить момент, чтобы появление нового маленького человека было желанным для всех членов семьи.
Несмотря на наш тесный контакт с дочерью, на протяжении всей беременности она регулярно задавала мне один и тот же вопрос: «Мам, ты точно не станешь любить меня меньше?»
И каждый раз мы подолгу говорили об этом.
Резус-конфликт
Мое сердце остановилось ровно в ту секунду, когда сердце моего мальчика перестало биться. Боли не было, помню только то, что резко стало не хватать воздуха, и ком в горле был огромный. В тот момент я еще не знала, что сына больше нет…
О том, что такое резус-конфликт матери и ребенка, я узнала еще в первую беременность. Мне «повезло» родиться с отрицательным резус-фактором, еще и группа крови самая редкая, четвертая.
Резус-конфликт возникает, когда у матери отрицательный резус, а у отца ребенка – положительный. Если повезет, плод унаследует отрицательный резус матери. Но мне не повезло. В первую беременность дочь унаследовала положительный резус.
Во время первой беременности конфликт, как правило, не наступает. Поэтому особых сложностей у нас не было, но врачи контролировали показатели крови на наличие резус-конфликта.
Увидеть наличие конфликта можно, начиная с 28-й недели беременности. Раньше он не проявляется. Поясню для тех, кто не знаком с темой: если у «отрицательной» матери «положительный» ребенок, может возникнуть конфликт. Иммунитет матери считает плод чем-то чужеродным и начинает защищаться, разрушая его кровь. Одним словом, материнский иммунитет убивает ребенка. Конечно, медицинскими терминами этот процесс описывается иначе, не так страшно. Но суть такова. Ребенок испытывает недостаток кислорода – гипоксию. А при гипоксии могут возникать разного рода патологии, вплоть до смерти плода.
В 28 лет, будучи беременной дочерью, я вообще ничего об этом не знала, возможно, как и многие из тех, кто сейчас читает мою книгу. Мне объяснила мой гинеколог, когда сказала, что нужно сделать дополнительный анализ крови на наличие антител к резус-фактору.
С дочерью конфликта не случилось: первая беременность. А вот с сыном везение было не на нашей стороне.
Тогда, десять лет назад, никто из врачей почему-то не сказал мне, что после родов нужно ввести сыворотку иммуноглобулина, которая пусть и не спасла бы от возникновения такого конфликта при последующих беременностях, но существенно снизила бы его вероятность. Но увы и ах! Тогда мне не вкололи сыворотку. А я про это ничего не знала, поэтому и настоять не смогла.
И вот моя вторая беременность. Такая желанная, такая выстраданная, такая легкая в физическом плане. Я порхала как бабочка! Анализы в норме, ни одного дня токсикоза, давление – хоть сейчас в космос. Первые скрининги и УЗИ – в норме! После каждого похода в женскую консультацию на моем лице расплывалась счастливая улыбка: все хорошо! Полет отличный! Летим дальше!
Вся эта легкость закончилась на 28-й неделе… Но, прежде чем продолжу, потребуется еще пара замечаний о сыворотке иммуноглобулина. Если в паре «отрицательная» мама и «положительный» папа, для снижения риска конфликта резус-факторов матери и ребенка как раз на 28-й неделе беременности можно ввести эту сыворотку.
Почему именно на 28-й неделе? Срок действия сыворотки около 12 недель. Сделав укол в этот период, можно существенно снизить риск конфликта на остаток беременности. Тут есть одно НО: сыворотку вводят только если на момент введения в крови матери нет антирезусных антител.
Теперь можем вернуться к моей 28-й неделе. С врачом все проговорили и запланировали введение сыворотки, но для начала я сдала анализ крови. И вот тут начался ад. Анализ пришел положительный. В моей крови уже были антитела. Сыворотку колоть было бесполезно. Оставалось только одно: контролировать уровень антител в крови каждые две недели и оценивать состояние ребенка с помощью допплерометрии. При нормальном течении беременности данное исследование назначается один-два раза за всю беременность. При угрозах, таких как резус-конфликт, – по необходимости. Допплерометрия происходит как обычное УЗИ, разница только в том, что используется специальный датчик. Допплер помогает своевременно выявить гипоксию плода и избежать проблем еще до того, как ребёнку будет угрожать опасность, или же свести негативные последствия к минимуму. Исследование направлено на оценку состояния кровотока ребенка. Полученная информация помогает врачу оценить проходимость и состояние сосудистого русла, наличие отклонений, блокирующих кровоток плода; насыщение кровью и питательными веществами всех тканей ребенка; проходимость и состояние пуповины, обвитие шеи младенца; эффективность работы плаценты; состояние и работу кровеносной системы женщины в период беременности. Без этой жизненно необходимой информации специалисты не смогут выбрать правильную тактику родов, что ставит под угрозу здоровье и жизнь ребенка.