Ирина Ари – Рождение Расколотого бога. Книга 1 (страница 7)

Надежда – так звали мою жену. Я давно пережил тот кошмар, который переломал всю мою жизнь. Запил, забил, умер и воскрес другим человеком. От Надюхи осталось только тепло и да, наверное, любовь. Тихая такая, спокойная, вечная.

Я покрутил эту идею: давать ИИ имя жены странно, вроде даже унизительно для моей памяти. Но бред это все. Вытираясь полотенцем, я вспомнил, что и систему, в которой мы теперь обитаем, тоже назвали как-то… не помню, но в переводе означает “Надежда”. Хмыкнул. Надо переслушать последнюю мнемозапись капитана.

Надя ждала меня в кабинете, расположившись на стуле рядом с рабочим столом.

– Привет.

– Здравствуй.

– Ага, значит, все же на «ты», – я улыбнулся. – Спасибо и за второе успокоительное.

– Это было снотворное. Очень легкое. Тебе было надо.

– Ну, тогда спасибо за снотворное. И за то, что окно закрыла.

– Если тебе так не нравится лес, можешь поставить море или степь, у нас в базе почти тысяча пейзажей.

– Да нет, все нормально.

Я походил по кабинету, заметил, что с центрального бара исчезли все пустые бокалы из держателей. Странно.

– Слушай, а как здесь с едой? Просто придумать, и ешь – не хочу?

– Нет. Сначала нужно сходить в лес, добыть зверя, затем его освежевать, для шкуры есть утилизатор, если ты, конечно, не захочешь осваивать кожевенное мастерство, дальше разделать мясо..

Я потихоньку офигевал. Эти придурки разрабы могли ведь и такого накрутить! Реал? Нате вам реал. Это что, мне теперь в первобытного охотника превращаться? И тут девушка расхохоталась, аж бумаги выронила из рук, очки сняла, давай слезы утирать:

– Ну ты даешь!! Повелся! Не ожидала.

– Вот же коза! Когти грокка, развела меня как младенца. Но на душе стало легко: простила, значит?

– А я тебе имя придумал. – Я улыбался. И не своей фирменной улыбочкой ловеласа, а искренне, с удовольствием.

– Хм, какое?

– Будешь Надей, Надюхой, Надеждой?

Она долго молчала, смотрела на меня пристально. Наверное, личное дело мое читала. Господи, я совсем сбрендил. Ей для этого миллисекунды хватит.

– Это, это большая честь. Спасибо!

– И давай мы обсудим вчерашнее, но только после завтрака. Жрать хочу, сил нет!

– Позавчерашнее.

– В смысле?

– Ты спал больше суток.

– Упс, теперь понятно, почему я так хочу есть.

Она улыбнулась, встала.

– Пойдем. Ты же не думал, что этими двумя комнатами ограничивается наш корабль?

Ого! Сюрприз!

Из моего двухкомнатного “люкса” мы попали прямо в коридор. Подсознательно я ждал, что дверь откроется как-то фантазийно: разделится на лепестки и скрутится, станет порталом или растворится. Но все было прозаично: она скрылась в стене.

Коридор был… коридором. Цвета металлик, с какими-то лючками и люками, причем по всей его окружности. “Круглое? Берем!” – видимо, так думал дизайнер, выбирая элементы для проекта Ковчега.

– Восемьсот двадцать три года, – Надя быстро взглянула на меня.

– Что “восемьсот двадцать три года”? – не понял я.

– Столько времени я провела в одиночестве. Или 318 местных циклов.

Я присвистнул.

– Впечатляет! А ты что, читаешь мои мысли? – Было, мягко говоря, неуютно.

– Нет, конечно, я посчитала, что тебя это точно должно заинтересовать.

– Математика – царица наук. Все-то она может посчитать, – проворчал я, сворачивая вслед за Надей в очередной рукав коридора.

– Здесь должен быть лифт, но я пока не успела его восстановить. Так что у тебя два варианта. Первый должен в очередной раз подчеркнуть реальность происходящего; второй – докажет обратное. Выбирай.

– Стоп-стоп. Я не понял. Из чего выбирать? Что за варианты?

– В первом мы пойдем ножками по лестнице вниз 15 этажей; во втором – окажемся в кают-кампании сразу. – Надя старательно не смотрела мне в глаза.

– Уф, Надь, ну, второй раз уже не выйдет! Хорош меня разыгрывать.

– А жаль, – Надя, наконец, посмотрела на меня с улыбкой. – Тогда прошу!

Она провела рукой по светящемуся на стене ромбу. (Ух ты, не кругу! Кто-то отобрал у дизайнера комп на время?) Сначала проявилась дверь. Второе движение Надиной руки ее открыло.

Мягкие диваны стояли… кругом. (Дизайнер выгнал помощника и взялся за интерьеры сам). К противоположной от входа стене был приделан огромный экран. Нет, правильнее сказать, там вся стена была экраном. Справа от входа находились кухонные автоматы, печки, мойки, утилизаторы, шкафы с посудой и разовыми разогревающимися приборами, холодильники. Короче, все, необходимое небольшому коллективу, управляющему кораблем. Дальше стояли столы со стульями. А слева от круговых диванов, видимо, были библио, видео и прочие -теки.

– Надежда, признайся, ты хоть иногда населяла все эти помещения воображаемыми людьми?

– У меня нет воображения.

– И все же?

– Нет.

Желудок злобно гавкнул. И я рванул к шкафам и холодильнику. Было все, просто все. Я аж завис. Вот же, когти грокка, я как буриданов осел, сейчас помру от голода. Нет уж. Быстро схватив запакованный бургер и сунув его в печь на разогрев, я достал упаковку с мелким молодым картофелем, сваренным в масле с зеленью, высыпал ее содержимое в тазик (это точно не тарелка!), добавил туда пару хороших таких котлет с мою ладонь величиной и поставил все это великолепие разогреваться.

Бургер к тому времени подрумянился, упаковка сама вскрылась и по кухне поплыл запах. Ох, мамочки, мой живот просто взревел. Надя аж вздрогнула и со страхом на меня покосилась:

– У тебя там глисты что ли?

– Очень смешно!

Я дрожащими руками (честное слово, сам удивился), запихивал этот дивный кусок воображаемой еды себе в рот. Мне было все равно, насколько он настоящий, потому что он БЫЛ РЕАЛЕН, ВКУСЕН, ЖИРЕН… Он был прекрасен.

– Фя бы фофе! – мечтательно произнес я, посматривая на девушку со значением.

– Не-не, даже не проси, я тебя боюсь, ты и меня съешь.

– Ну, пофафуся! – я сделал большие умильные глазки, но попытка улыбнуться не удалась. Я боялся потерять хоть кусочек этой пищи богов. Пришлось похлопать ресницами: с раздутыми щеками это должно было смотреться!

– Как-как?

– Пофааафуся!!!

Надя прыснула:

– Ну раз “пофафуся”…

Быстро подошла к кофейному автомату, поколдовала с его кнопками. Автомат заурчал, и к запаху божественной еды добавился запах божественного напитка.

– О-о-о, – простонал я, когда смог заглотнуть бутер и сделать глоток кофе.

– Да уж, теперь я понимаю, почему в сказках доброго молодца надо было сначала накормить…

– Дааа, теперь можно начинать есть.